Я не знала, что в уме Саши. Зачем он так со мной поступил. Я задавала себя этот вопрос уже миллион раз.
После недели я приняла его решения. Казалось, я готова забыть о нем. Разве я не должна была радоваться? Ведь я знала, что итог будет таким. Более того, я сама хотела уйти. Так в чем же теперь дело? Почему я тоскую по Медведю? Почему мое сердце болит, когда думаю о нем?
Когда уходила из его дома, была уверена, что проведу все свои ночи в холодной постели, одна и буду жалеть себя. Буду плакать в подушку. Но ничего такого не случилось. Дом встретила меня холодом и непривычной тишиной. До самой ночи я делала в доме уборку, везде запылилось в мое отсутствие. В школе все косо смотрели на меня, шептались, когда я отворачивалась к ним спиной. Если раньше такое положение дел меня пугал и нервировал, то сейчас мне не до них.
Только потеряв то хрупкое счастье, что обрела, я поняла, как была идиоткой, когда не дала шанс Александру. Но что теперь думать об этом, верно?
— Я тебя точно не стесню? — В который раз задаёт один и тот же вопрос Лера.
— Прекращай, квартира двухкомнатная, конечно, не твои хоромы, но мы оба поместимся, — отбиваюсь от неё. Лера вздыхает.
— Если бы не эта дурацкая ситуация с трубой, я не пришла бы, — объясняет она.
— Ничего, оставайся столько, сколько хочешь. Я все равно одна живу, а с тобой хоть время быстро пройдет.
Смотрю на подругу и хочу присоединиться к ней. Сейчас особенно остро хочется забыться. И хоть алкоголь только временное решение, но даже этому была бы рада. Но нельзя. Теперь, когда я прохожу лечение против своего «бесплодия», я должна забыть о них.
Лера запирается в своей комнате и до вечера не выходить оттуда. Даже на работу не спешит, что удивительно для неё. Это не похожа на Валерию, которую я знаю. Но не решаю малодушно промолчать. Мне бы своими тараканами и проблемами решить, что делать.
— Давай сходим в клуб? — предлагает Лера на следующий день. — Наши сегодня в Москве, отмечает день рождение.
Я только киваю головой. Я слушаю Леру, но не слышу. Нужно что-то делать со своей апатией.
— Хорошо, давай сходим.
В клубе мы сразу находим старых друзей. Костя, Антон, Вика, Эмиль, мы все выросли в одном доме. С пленок знаем друг друга, но во взрослой жизни потеряли связь. Я смотрю на них и в который раз убеждаюсь, как сильно я растворилась в браке. В Викторе, который запрещал мне видеться с друзьями. Принимала его запреты, как должное.
Мы сидим, вспоминаем детство. Парни знакомить нас со своими избранницами, девочки пока не успели выйти замуж. Из компании только я одна вышла замуж и одна девочка, которая сегодня не смогла приехать.
— Я открыл свой бизнес. Правда, сейчас некоторые трудности, — делиться с нами Костя. — Но ничего, где наша не пропадал, прорвемся!
Рядом с ними я забываю про свое горе. Отвлекаюсь, делюсь своей жизнью. Оказывается многие в курсе моей ситуации. Меня не трогает их жалостливые лиц, потому что мне плевать на Виктора и наши отношение. Я забыла его. Прорвалась из наших отношениях. И благодаря Саше.
В какой-то момент мой затылок начинает жечь. Поднимаю голову и верчу по сторонам, но не нахожу источник своего волнение. Здесь полно народа, и это может быть кто угодно.
— Разве это не Тарасов?
— Где? Точно Тарасов, — шепчутся парни, обсуждая какого-то Тарасова. Видимо крупная шишка, раз парни за столом заволновались.
— Он идет в нашу сторону? — недоумевает один из них.
Я поднимаю голову как раз в тот момент, когда рядом с нами, точнее с Лерой выровняется высокий мужчина, восточной внешностью, который кажется мне смутно знакомым.
— Всем добрый вечер, — звучит бархатный, густой голос. Я замечаю, как Лера неестественно замирает, а после стремительно бледнеет. — Вы не будете возражать, если я украду вашу подругу на пять минут? — обращается к Эмилю, который сидит рядом с ней. Его рука свободно лежит на плече подруги.
— Д-да, конечно.
Но мужчина уже не слушает его. Хватает застывшую Леру под локоть и уводит за собой.
— Что это было?
— Они знакомы?
— Таня, ты что-то знаешь?
— Вот же чертовка, могла познакомить нас с ним.
Я не знаю, почему все за столом так зашумели. Но ещё не скоро закрыли тему Тарасова, который, оказывается тот ещё шишкой.
— Давайте лучше танцевать, — предлагает Вика.
Я не хочу сидеть здесь в одиночке, поэтому сразу соглашаюсь на эту идею. Но беспокойство за подругу не отпускает.
К тому времени, когда парни присоединились к нам, они изрядно успели выпить. Они жмутся к нам, позволяет себя вольности, забыв, что с ними ещё их девушки. Если раньше не обращала на это внимания, — ведь что случилось, мы же росли вместе, но сейчас это вызывает у меня отторжение. Они не Саша. Руки, которые трогает меня, не желанные. Но я приказываю себя успокоиться. Я все сама выдумываю. Нужно просто смотреть на это проще. И перестать думать об одном Медведе.
Парни крутить меня вокруг своей оси, и когда я останавливаюсь, вижу перед собой Волкова.
— Уже галлюцинации начались, — бубню себя под нос, и опустив голову, быстро покидаю танцпол. Мне срочно нужно в дамскую комнату.
В туалете запираюсь в кабинке и даю волю слезам, которые жгли глаза весь вечер. Момент, когда у меня случилось галлюцинация может прорвал мою барьеру. Не знаю, но слезы не могу остановить.
— Мужчина, что вы делаете? — слышу возмущенный голос. — Это вообще-то женский туалет!
Быстро стираю слезы, которые бегут с глаз. Но замираю, когда слышу знакомый голос:
— Пошла вон!
Этот голос я не смогу ни с чем перепутать. И чтобы убедиться, что я не сошла с ума, быстро открываю замок. Не успела толкнуть дверь, как она сама поддалась.
— Саша…
Не знаю, что это: галлюцинация, как я была убеждена, или правда. Но Саша, который стоит передо мной, не спешит исчезать.
— Я позову охрану, — вникает в мой разум голос той женщины. А затем хлопок двери. Наконец, мы с Сашей остались наедине.
— Что случилось? — Саша подходит ко мне. Он делает только шаг, но и этого хватает, что сократить то жалкое расстояние между нами. — Почему ты плачешь? Обидел кто?
Саша хмуриться. Его тело напряженно застыло.
— Та-ня… — начинает грозно, но я поддаюсь