— Я буду, сэр. Вы узнаете меня по футболке с уткой.
На Гранд-финал большого общегородского турнира Лос-Анджелеса по аркадным автоматам Линда надела привычное серое худи, но на спину ей мы нанесли логотип с уточкой-канальей. На всякий случай без надписи с названием студии, чтобы не сочли за рекламу. Крутой чоло-утёнок — это ведь просто прикольный арт, он ничего не рекламирует и не призывает проводить его между рядами труб. Так ведь?
Предварительно созвонились с организаторами и узнали, куда приехать, что при себе иметь и иные мелкие детали.
— Вам нужно явиться на парковку студии к восьми утра и рассчитывайте, что съемки займут весь день и весь следующий, если пройдете в финальный этап, — устало, как по-заученному объяснял парень с телевидения. — Вам разрешено взять с собой до трёх зрителей, нам они все равно нужны для создания массовки.
— А правила соревнования? — спросила LK.
— На выбывание. Шестнадцать чемпионов отборочных в крупнейших игровых залах городского округа Лос Анджелес играют попарно. Победитель в паре определяется, когда кто-то наберет тридцать тысяч очков, либо его противник лишится всех жизней. В финале планка повышается до шестидесяти тысяч. Советую потренироваться, если не заходили так далеко. В первый день определятся полуфиналисты, во второй — выявят чемпионов Лос-Анджелеса. Лидер турнира выходит в национальный финал, который будут проводить осенью.
— То есть мне надо не только не совершать ошибок, но и играть быстрее противника. Я поняла, — подтвердила Линда и ее улыбка стала довольной. Понимаю, почему. «Монстр из Каньон Плаза» невероятно быстра. Окажись соревнование на выносливость — возможны всякие варианты. Но именно на скорость набора очков моя девушка вне конкуренции.
— А что будет, если кто-то из участников не явится? — спросил я, приблизившись к трубке.
— Возьмем запасного из числа зрителей. Да хоть бы и тебя, парень. От того, что кто-то быстро провалится, общая зрелищность не пострадает. А потому не опаздывайте, игроки не незаменимы.
Он даже не представляет, насколько быстро я сольюсь в случае, если придется соревноваться. Хотя бы тысячу очков не каждый раз набираю.
И вот, утром субботы, в которую спать неохота, мы с Линдой находились на парковке возле телестудии.
— Крис, я хочу заключить с тобой пари на свою победу. Если я выиграю, исполнишь одно моё желание. Хорошо?
Я бы выполнил почти любую ее просьбу и без всяких турниров с раздавленными лягушками. Но, видимо, ищет дополнительную мотивацию.
— Договорились. Какое, если не секрет?
— Мы с тобой пойдем на выпускной бал. Да, ты закончил школу, но я в ней еще учусь и потому имею право взять с собой кавалера не старше двадцати.
Я тот еще сухарь и на моей самой совершенной из планет танцам уделяют ноль внимания. Но понять молодую девушку, не желающую пропускать распиаренное массовой культурой мероприятие, я способен. Пусть Линде и не стать королевой бала из-за пещерных стандартов красоты, это не значит, что ей не хочется принарядиться и почувствовать себя красивой.
— Тебе придется как следует постараться на турнире. А потом еще больше после него, так как научить меня танцевать за оставшийся срок — невероятно сложная задача. Выиграй — и я это сделаю.
В любом случае с ней станцую на этом их дурацком балу, и Линда наверняка это понимает, но каждая крупинка мотивации сегодня ей не лишняя, а потому напираем на важность победы.
— Спасибо!
Так у проходной уже начался кучковаться народ. Как подростки, так и вполне себе взрослые люди. Узнал крепкого латиноса в зеленой бандане — он стал чемпионом в одной из дисциплин в Каньон Плаза. Ну как узнал — в лицо, не по имени. Надеюсь, он не из банды, враждебной моей крыше.
Записались у местных секьюрити. Те отметили, что Линда — участница. Подождали, пока наберётся народу побольше и провели нас внутрь.
Чего-то прямо-таки особенного и ультрасовременного я от организации не ждал, а потому не сильно разочаровался. Студия — огромный павильон, похожий на ангар для цеппелина. Яркое освещение только в центральной части. Там, где возвели помост с парой аркадных автоматов и поставили два больших проекционных экрана, чтобы показывать, что там у игроков. В части студии, не освещенной софитами, как будто бы клубилась «бесконечность тьмы». И тысяча глаз смотрела в сторону сцены с трибун. И ночь звала меня. Вот про Синий трактор и другие сплагиаченные песни удачных аналогий не возникло.
Помощники режиссера, или как они называются, проверили, кто мы такие и выделили место прямо в первом ряду, неподалеку от судейских, как в КВН, столиков.
— Ким, вы играете во Фроггер, это где-то через три часа. Колон? Насчет вас было пожелание пообщаться от приглашенных гостей. Сами подсядете к ним за стол в перерыве между дисциплинами, когда поймете, что никому не помешаете. Кто там у меня дальше в списках? Эриксон! Где тут Свен Эриксон⁈
Какое-то знакомое имя. Вроде бы спортсмен или тренер. Скорее всего, совпадение.
Много скучной суеты с рассадкой и на помост вышли ведущие — мужчина лет шестидесяти в показавшемся мне устаревшим синем костюме и с залитыми лаком волосами, а также подросток лет пятнадцати, полный харизмы живчик. Показался мне похожим на молодого Киану Ривза.
— Вау! Это же Честер Хартман! И Мэтью Лаборто! — шепотом восхитилась Линда. — Я думала, мистер Хартман давно завершил карьеру на ТВ. Что он вообще тут делает? А Мэтт молодец! Ты знал, что он вместе с братом основал благотворительный фонд для покупки аркадных автоматов в сиротские приюты? И в сериале он так мило смотрится…
Я не ревную! Не ревную к какому-то мальчишке, сколько бы игрушек он в детские дома ни отправил. Я сделаю больше добрых дел! Надеюсь, не заскрипел зубами слишком громко. Линда всего лишь факты озвучила, о том, что пацан — актер из сериала. Понятия не имею, какого.
Выступление ведущих вышло забавным. Не знаю уж, по сценарию или на импровизации. Старик нес чушь про кибернетические миры и наступившее будущее, совершенно не въезжая в происходящее. Пацан пытался вернуть его в реальность. На проекционных экранах в это время запустили Пэк-Мэна, но первых участников пока не вызывали.
— Только взгляните на нашего главного героя! Желтый диск, похож на головку сыра или на пиццу без одного куска! То, что он постоянно жует — настоящая аллегория на современное общество потребления, — начал разглагольствовать пожилой ведущий.
— Это мистер Пэк-Мэн, Честер. А преследующих его призраков зовут Блинки, Пинки, Инки и Клайд. У каждого из них свой алгоритм поведения и опытные игроки, такие, как у нас на турнире, знают, что ожидать от них. Блинки — преследует, а Пинки пытается выйти игроку наперерез…
— А ты, я гляжу, разбираешься, Мэтт. Ну да, ты же подросток.
— Я несколько раз участвовал в подобных соревнованиях и занимал призовые места, — не без гордости похвалился мальчишка.
— Снято! — скомандовал телевизионщик.
— Далее у нас интервью с девушкой-геймером и можно начинать соревнования, — расслышал я реплику режиссера и камера повернулась в нашу сторону.
Это вообще честно — вот так вот лезть к спортсмену перед ответственным матчем? И самое паршивое, что если возмутиться вслух, сделаю только хуже — подскажу Линде, что ей положено волноваться.
— Итак, у наз здесь мисс Линда Ким, игровой псевдоним LK, — представил смущенно замершую Линду старик. — На отборочных она показала третий результат среди всех участников в дисциплине Фроггер. Что это вообще за игра такая, Мэтт?
— Одна из лучших динамичных аркад на сегодня. В ней нужно перевести лягушку через дорогу и реку, — дал справку подросток, — по моим записям, у мисс Ким неофициальное третье место по числу набранных баллов. Это потрясающе. Хочется спросить, есть ли у участницы парень.
Щечки чемпионки Каньон Плаза, вынужденно снявшей в студии капюшон, вспыхнули румянцем. Как мне показалось, больше от гнева на сломанный джойстик, чем смущения. А у меня появилось желание съездить молодому актеру по морде, чтобы держал свои хуэвосы подальше от чужих девчонок.