Книгописец парил на огромных огненных крыльях в другой одежде и выглядел свежо, словно не он сражался последние несколько часов. Единственное, что указывало на его истощение, – почти закончившаяся татуировка на лбу. Он не сводил взгляд с Азеля, хоть и отвечал Илаю на вопрос.
Сина сразу среагировала на его тон, закрывая своим телом госпожу Марил. Илай закрыл Рису. Айон открыл рот от ужаса.
– Ты изначально знал, что Редлай не выберется живым после проникновения в замок Закариаса, – вещал Гилем ровным голосом. – Точнее так. Он и я – жертвы, которые не повлияют на процесс снятия проклятия с Айона. Логично, что в случае непредвиденных обстоятельств Редлай бы пожертвовал собой. Я его ринханто.
Азель крепче сжал шпагу.
– Ты убийца, Азелин, самый настоящий. И ты заслуживаешь возмездия. Скажи правду прямо сейчас. Я хочу услышать ее твоим голосом, – Гилем махнул рукой. – Все имеют право знать. Все пожертвовали многим!
– Это не имеет значения, – ровно ответил Азель. – Время еще не пришло. Редлай, он…
– Не произноси его имя, – рыкнул Гилем. – Не смей. У тебя нет никакого права, Азелин, – он специально бросался его настоящим именем.
– Редлай умер за великое дело, – бесстрашно продолжил Азель.
– Тебе конец, – только и прошептал Гилем. – Великий пожар. Очаг Великого пламени. Кровь предателя.
– Нет! Гилем, остановись! – только и успела закричать Сина.
В ладони книгописца закружилось пламя, которое через мгновение приобрело вид двуручного меча. Без промедления он атаковал Азеля со всей возможной скоростью и силой. Их оружия скрестились.
Сина воссоздала остатками пламени броню бога Ора-Ли-Ра, прикрывая госпожу Марил, Илай повторил то же самое для Рисы, образуя щит из чистого света. Айону пришлось думать на ходу, поэтому он ударил в землю кулаком и поднял несколько валунов перед собой.
Жар и огонь не прекращались даже после столкновения, поэтому все попытались отойти как можно дальше. Принц с трудом перетаскивал тяжелого Кайла ближе к руинам одного из домов.
Тем временем Азель и Гилем смотрели друг другу в глаза. Дипломат без труда сдерживал напор книгописца.
– Гилем, я призываю тебя успокоиться, – продолжал спокойно Азель. – Я не желал смерти Редлаю. Он был частью команды.
– Которую можно так легко отсечь? – Гилем размахнулся и ударил еще несколько раз, камни вокруг обуглились от ударов. – Кто еще не нужен для спасения Айона? Кайл? Я? Госпожа Марил? Риса? Кем можно разменяться? – он не переставал бить, но Азель без труда отражал атаки.
– Даже твой пожар не может в полной мере охватить ситуацию, – произнес Азель уже напряженно. – Не лишай меня выбора.
– Какого? Готов убить и меня? – рыкнул на него Гилем.
– Если придется.
– Что… – прошептала Риса, не веря в то, что последние слова принадлежат ее любимому. – Азель, нет! Не смей!
– Риса, – прошептала ей Сина. – Скоро пламя Гилема иссякнет. Посмотри на его лоб, там уже почти не осталось сфер. Думаю, Азель добивается именно этого, – она постаралась успокоить подругу.
– Прошу… – продолжала шёпотом Риса. – Остановитесь.
– Проклятие… – прошипел Гилем.
Как бы он ни старался атаковать Азеля и пытаться предсказать его стиль боя, ничего не получалось. Он, даже не активировав свою искру, оставался намного сильнее его. Татуировка книгописца стремительно кончалась, и он понимал это, перед глазами уже темнело и сознание мутилось. Однако Гилем не мог оставить все как есть. Его сила – воображение.
Гилем развеял крылья, и меч исчез из его рук. Он смотрел на Азеля, который с невозмутимым выражением лица держал перед собой шпагу. Гилем начал считать собственные вдохи, один за одним, пока его татуировка не стала восстанавливаться. Узор за узором, покрывая сначала лоб, потом щеки, шею, поползла по плечам, ключицам и вниз по торсу, восполняясь на все сто процентов. Команда принца в шоке распахнула глаза.
– Неужели его сила настолько невероятна, что он способен восстановить свое пламя? – Сина не верила в происходящее. – Что нам делать? – она посмотрела на Рису. – Неужели Азель и правда убьет его?
Но Риса ответить ей не успела.
– Великий пожар. Очаг Великого пламени. Поток, – прохрипел Гилем.
– Меня не обманешь, Гилем, я знаю, какова жертва этого фокуса, – Азель нахмурился, но книгописец продолжал молчать. – Значит, будь по-твоему.
Все задержали Дыхание.
– Реальность.
– Нет! – закричала Риса.
– Великий пожар. Очаг Великого Пламени. Броня То. Меч Дана.
Вся татуировка, что восстановилась несколько секунд назад, сгорела. Подобно подожжённой бумаге, она исчезла с кожи Гилема, и вместо нее пришла легендарная сила. Только броня одного из погибших сыновей Богини пламени могла защитить его от Азеля и придать необходимую скорость, а меч Дана – еще один артефакт – выдержал бы натиск его шпаги. Все это исчезнет после того, как Гилем перестанет подпитывать их существование пламенем. Как и вся его сила, что связана с воображением. Но сейчас ему ни в коем случае нельзя отвлекаться.
И ровно через мгновение шпага Азеля ранила его в ногу, туда, где броня То еще не успела полностью закрепиться. Но Гилем не остался в долгу и нанес удар кулаком по лицу Азеля.
– Они поубивают друг друга! – закричала госпожа Марил. – Я… Риса, мне нужно немного пламени. Я смогу их связать. Но что дальше…
– Прошу, оставьте их, – дрожащим голосом попросила Риса и сложила руки на груди госпожи Марил. – Вторая истина. Искры Великой кузницы. Пламя первых.
И после этого она потеряла сознание. Сина вовремя успела подхватить ее и предотвратить падение. Татуировки госпожи Марил, к сожалению, не сильно восстановились. Она пыталась понять, кого ей сдерживать: Азеля или Гилема. Неверное, решение могло привести к смерти. Но времени подумать не осталось.
Книгописец замахнулся на дипломата мечом Дана и попытался уничтожить не только его, но и оставшийся город. Хрупкая на вид шпага выдержала и этот удар. Земля под ногами закипела, словно вода на огне. Таким образом Гилем пытался нейтрализовать его преимущество в скорости, однако это не помогло. Дипломат так быстро двигался, что не успевал даже на пару сантиметров погрузиться в горящее болото. Тогда из земли к нему потянулись руки, состоящие из черной жижи: глаза Азеля на мгновение распахнулись в страхе. Но уже в следующую секунду все в пределах десяти метров было уничтожено. Броня То треснула на груди книгописца.
Пламя Гилема заканчивалось, а Азель слишком хорошо знал, как нужно действовать. Он сделал шаг к Гилему, собираясь нанести ему