— Да, такое бывает. Когда сталкиваются две сильные стороны, приходится искать компромиссы.
— Значит, едем в Ночной дозор?
С энтузиазмом спросил я.
Бабушка посмотрела на меня и покачала головой.
— Не так быстро, Пагсли. Сначала — чай. Я, признаться, проголодалась после всех этих переговоров. Жаль конечно, что с Артурчиком не встретились, ну да, ладно, еще успеется.
Марина тут же хлопнула в ладоши, и на столе появились чашки с ароматным чаем, бутерброды и ещё одна тарелка с пирожными.
— Вот это я понимаю, сервис!
Восхитился я, хватая эклер.
Пока мы пили чай, Бабушка вкратце рассказала о своих приключениях. Оказалось, она пыталась исследовать один из старых магических узлов города, а патрульные сочли это несанкционированным вмешательством.
— Но всё разрешилось мирно.
Подытожила она.
— И теперь мы можем продолжить наше путешествие по магической Москве.
— В Ночной дозор!
Торжественно объявил я, поднимая чашку с чаем.
Все рассмеялись, и атмосфера стала ещё теплее. Несмотря на все перипетии дня, было ясно: это лето запомнится нам надолго.
Мы допили чай, собрали вещи и приготовились к новому этапу нашего приключения.
— До офиса Ночного дозора придётся добираться своим ходом.
Сообщила Бабушка, поглядывая на часы.
— Метро — самый быстрый вариант.
Джинни слегка помрачнела: она не слишком любила подземку, особенно в час пик. Гермиона и Невилл переглянулись — им тоже не слишком улыбалась перспектива толкаться в вагоне. Но возражать никто не стал, всё же Бабушке было виднее.
В вагоне мы с интересом разглядывали пассажиров. Казалось, в обычной московской толпе никто и не подозревал, что прямо рядом с ними едут ведьма и четверо юных волшебников.
Через двадцать минут мы вышли на станции «Сокол». Свежий ветер взъерошил волосы, а солнце, уже клонившееся к закату, окрасило фасады домов в тёплые янтарные тона.
Бабушка уверенно свернула в боковой переулок и остановилась перед обычным четырёхэтажным зданием.
— Вот он, офис Ночного дозора.
Сказала она, указывая на вход.
— Видите жёлтый ЗИЛ аварийной службы? Это у них такая маскировка. А рядом — тот самый галантный молодой человек, о котором я говорила.
У подъезда стоял мужчина в рабочем комбинезоне. При виде Бабушки его лицо озарилось улыбкой.
— Юдора!
Воскликнул он.
— Ну как, нашла внука?
— Нашла, Семён.
Ответила Бабушка, пожимая ему руку.
— Теперь можно разобраться и с вами. Я готова подписать пару бумажек, как ты говорил.
— Тогда идёмте, я вас сопровожу.
Семён оказался галантным провожатым, но лишь для Бабушки. Он открыл перед ней тяжёлую дверь, пропустил вперёд и повёл по узкому коридору. Мы же, четверо ребят, следовали позади.
Внутри здание разительно отличалось от Дневного дозора. Никаких светлых коридоров, полированного мрамора и магических светильников. Здесь всё было по‑деловому: старыестены с облупившейся краской, скрипучие деревянные полы, тусклые лампыпод металлическимирешётками. Воздухпропитан запахоммашинного маслаи пыли.
Люди вокруг — сплошь в рабочей одежде: комбинезоны, куртки с нашивками, тяжёлые ботинки. Никто не бросал на нас любопытных взглядов, никто не улыбался. Всё строго, по‑деловому.
Семён провёл Бабушку за свой стол — массивный, заваленный папками и инструментами. А нас просто усадил на старый кожаный диван у стены. Ни чая, ни воды, ни даже приветливого слова.
— Подождите здесь.
Коротко бросил он, разворачивая перед Бабушкой стопку бумаг. — Сейчас оформим всё по‑быстрому.
Мы переглянулись. В Дневном дозоре нас встречали с улыбками и угощали пирожными, а здесь… словно попали в совершенно иной мир.
Гермиона осторожно потрогала подлокотник дивана — тот скрипнул и чуть просел. Невилл покосился на потолок, где виднелись тёмные пятна сырости. Джинни придвинулась ко мне, явно чувствуя себя не в своей тарелке.
Из‑за приоткрытой двери доносились обрывки разговора:
— …штраф за несанкционированное вмешательство…
Бубнил Семён.
— …Какой штраф? Я же не разрушала узел, просто исследовала!
Возражала Бабушка.
— Правила едины для всех…
Мы сидели молча, прислушиваясь к голосам. Время тянулось медленно. Где‑то вдалистучали клавишипечатной машинки, кто‑то громко спорил по телефону, а из вентиляционной решётки доносился странныйскрежет.
Мне стало невыносимо скучно. Я тихонько поднялся с дивана и, не привлекая внимания, двинулся по коридору — хотелось хоть мельком увидеть, как работает Ночной дозор изнутри.
Почти в самом конце коридора я заметил приоткрытую дверь. Изнутри пробивался тусклый голубоватый свет. Любопытство пересилило — я осторожно заглянул внутрь.
За столом сидел молодой парень лет двадцати пяти. Перед ним мерцал монитор компьютера, но изображение на нём было необычным: сложная паутина линий, пересекающихся под разными углами, с россыпью чисел и символов в точках соединения. Парень сосредоточенно водил мышкой по экрану, пытаясь выделить одну из нитей, но та постоянно ускользала, размываясь и перестраиваясь.
Он наклонился к микрофону, встроенному в стол, и произнёс:
— Объект по‑прежнемунедоступен. Пытаюсьотследить точкупересечения с соседними линиями…
Я пригляделся: некоторые нити светились ярче других, словно пульсировали. Парень хмурился, снова и снова пробуя захватить нужную линию, но она ускользала, словно живая. Другие же показывали информацию и даже видеоролики, но всегда прерывались, стоило им даже близко приблизиться к искомой нити.
Тут я понял, что он пытается восстановить магический след — тот самый момент, когда Бабушка исследовала узел. И безуспешно.
Не удержавшись, я тихо усмехнулся. Парень резко обернулся, заметил меня в дверях и удивлённо приподнял брови.
— Ты кто?
Спросил он, но без враждебности, скорее с любопытством.
— Пагсли.
Представился я.
— А ты?
— Антон.
Кивнул он, окинув меня взглядом.
— Ты что, потерялся?
Я пожал плечами:
— Нет, жду пока Ба освободится. Не получается поймать ловкую нить?
Антон рассмеялся:
— Точно. Она слишком ловкая.
Он снова повернулся к экрану, задумчиво постучал пальцем по столу. Оставив Антона наедине с его ускользающими магическими линиями, я тихо вышел.
Вернувшись к ребятам, я плюхнулся на диван.
— Ну что, видел что‑нибудьинтересное?
Тут же спросила Гермиона.
— Ага.
Улыбнулся я.
— Там парень пытается отследить, что делала Бабушка. И никак не может.
— Неудивительно.
Фыркнула Джинни.
— Она же не просто так сама сюда приехала.
Наконец, спустя почти час, Бабушка вышла из‑за стола. Вид у неё был немного усталый, но довольный.
— Всё улажено.
Объявила она.
— Штраф оплачен, бумаги подписаны, телефончик взят… Ой, это