В то время спрос на спектакли «Современника» был просто фантастическим. Люди могли простоять в очереди всю ночь только ради того, чтобы записаться в еще одну очередь – на предпродажу билетов за месяц до спектакля.
Сотрудничество с «Современником» дало Таривердиеву дружбу с целой плеядой выдающихся актеров, среди которых Олег Табаков, Валентин Гафт, Евгений Евстигнеев. В «Современнике» царила неповторимая атмосфера, когда люди, делающие вместе спектакли, постоянно общались вне работы, ходили друг к другу в гости, встречали вместе Новый год. В наследии Таривердиева есть еще один спектакль для этого театра – «Восхождение на Фудзияму» по пьесе Чингиза Айтматова.
Довелось Таривердиеву поработать и в легендарном Театре на Таганке. Его пригласили туда в знаменательный день, когда театру наконец дали свое помещение. Руководитель, Юрий Любимов, собирался ставить «Героя нашего времени» очень нестандартно, с актерской речью, вплетенной в музыку. Микаэлу Леоновичу показалась странной режиссерская манера, особенно сильно поразила его непривычная демократия, царившая в театре, когда каждая сцена обсуждалась со всем актерским составом.
«Мне было трудно работать в коллективной атмосфере, а у них, видимо, так было принято, – вспоминает Таривердиев. – Мне же нужно быть наедине с самим собой или с режиссером. А когда каждый шаг обсуждают все вместе, мне это не близко, хотя я всех очень полюбил, все они стали моими друзьями. Но что-то внутри меня закрылось, мне стало неинтересно работать».
В какой-то момент композитор понял, что ему с драматическим театром вообще не по пути, особенно в современных реалиях этого вида искусства. Дело в том, что из соображений экономии в таких театрах вместо живого оркестра часто используют фонограмму. Записанный кусок музыки вмешивается в живое действие, порой тормозя его или вообще разрушая. Микаэл Леонович со своим обостренным чувством музыкальной драматургии воспринимал это весьма болезненно. Потому и отказался от сотрудничества с прославленным Товстоноговым, а написать там нужно было ни много ни мало как музыку к Грибоедовскому «Горю от ума».
Кажется, будто несчастливая нотка присутствовала в театральных историях Таривердиева. Хотя, можно предположить, что работать с любым театром для человека со стороны очень непросто из-за человеческого фактора. Театральная труппа – всегда больше, чем обычный коллектив. Это почти семья со всеми родственными страстями и порой недостатком дистанции.
В середине 1960-х у Таривердиева намечался проект для Театра оперетты по заказу завлита Большого театра Марины Чуровой – вот так неожиданно началось их долгое сотрудничество. Ее, как и Микаэла Леоновича, очень раздражали ходульные герои и поверхностные сюжеты оперетт. А в Театр оперетты как раз только что пришел руководителем ее знакомый. Он попросил ее помочь с текстами, и она поставила условие – полная смена репертуарной политики.
Марина Чурова вспоминает: «В 1964 году один из режиссеров Большого театра был вынужден уйти в оперетту. И поставил перед собой задачу: изменить оперетту, отказаться от ее пошлости и развязности, наивных глупых сюжетов и героев, обязательной пары простаков. И попросил меня помочь ему. Для меня это было странно, потому что оперетту я знала хуже, чем оперу, и не представляла, что и как там нужно делать. Но он уговорил меня. И я стала работать в Театре оперетты, по совместительству с Большим, где я много лет была завлитом».
С Таривердиевым, конечно же, не оперетту, а оперу решили писать по прозе Василия Аксенова, писателя, очень модного в те времена. Чурова взяла роман «Пора, мой друг, пора». Поэзию для песен тоже выбрали самую актуальную – Вознесенский, Евтушенко, даже Владимир Высоцкий. Произведение называлось «Кто ты?», там впервые прозвучала мелодия Таривердиева, ставшая народной – «На Тихорецкую состав отправится».
Этот опус Таривердиев закончил в 1965 году, его приняли к постановке, к полному восторгу исполнителей, но на этом все и закончилось. Новый руководитель (Георгий Ансимов), обжегшись на первом же эксперименте, резко решил вернуться к традиционному опереточному репертуару. Оперу Таривердиева начали спускать на тормозах, репетиции отменялись без объяснения причин, дата премьеры постоянно отодвигалась. Об этом узнали в Театре на Таганке и предложили поставить оперу у них, но … с одним условием: на афише только две фамилии – Аксенов и Таривердиев. Никакой Чуровой. А ведь она являлась автором либретто.
Как мог Таривердиев с его принципиальностью отреагировать на такую несправедливость? Он, отказавшийся ради Михаила Калика от рождественского подарка судьбы – поездки в Париж? Конечно же ни о какой постановке в Театре на Таганке не могло идти и речи.
Казалось, что опера обречена, но тут в квартире Микаэла Леоновича зазвонил телефон. Это был профессор ГИТИСа Борис Александрович Покровский.
– Кажется, у вас там есть что-то интересное. Давайте посмотрим.
Он мог предложить только студенческий учебный театр, но Таривердиев отдал ему оперу для постановки силами студентов без сожаления. И не прогадал. В будущем у Покровского появился свой, уже настоящий музыкальный театр, где состоялись лучшие премьеры театральных произведений Таривердиева. «Вся моя последующая жизнь в опере прошла под знаком Покровского», – напишет потом композитор в своей книге. Именно тогда в числе студенческой труппы оказалась Мария Лемешева – пожалуй, главная певица Микаэла Леоновича, если можно так сказать. Специально для нее он создал монооперу «Ожидание» и роль Прасковьи в опере «Граф Калиостро», хотя обычно поиски певцов и работа с ними у него начинались после создания произведений.
Несмотря на скромность студенческого состава, опера «Кто ты?» обратила на себя внимание. По большому счету это произведение не совсем опера, это то самое «третье направление», избегающее условности. Поэтому позднее ее поставил не музыкальный, а драматический театр Вильнюса. Но актуальный сюжет, воспевающий атмосферу студенчества, вскоре оказался не таким актуальным, особенно после негласного запрета на творчества Василия Аксенова. Поэтому запланированный телеспектакль «Кто ты?» отменился и оперу забыли. Успел, правда, выйти клавир в издательстве «Советский композитор», но по понятным причинам он тоже оказался ненужным.
Программка оперы Микаэла Таривердиева «Кто ты?» в Учебном театре ГИТИСа
Сцена из оперы «Кто ты?». Москва. 1968 г.
После премьеры «Кто ты?» пути Микаэла Леоновича надолго разошлись с музыкальным театром. Да и официальные советские оперные постановки его не особенно вдохновляли. Ощущения от советских опер блестяще описаны в его книге: «…неуклюжий Онегин, который не умеет двигаться и одним глазом все время косит на дирижера. Кармен с такой задницей, что понять невозможно, почему вокруг нее кипят такие страсти. Или еще Мефистофель, который поет свою знаменитую арию на одном и том же месте на авансцене