Идеальные фрукты из «Сембикия» и попытки воссоздать звездную чашу показывают нам, что японцы порой относятся к своему делу с педантичностью, доходящей до абсурда. Часто движущей силой этих действий служит икигай, которое дает человеку жизнь согласно собственному кодавари. Если рассматривать кодавари умозрительно, может показаться, что оно целиком состоит из незыблемых традиций, приверженности укоренившимся методам и невосприимчивости к внешнему влиянию. Но, как мы убедились, это совсем не так. Кодавари не равно отрицанию новых веяний – наоборот, японцы были и остаются любопытными людьми.
Начинать с малого – отличительное свойство юности. Когда вы молоды, у вас нет возможности сразу открыть серьезное большое дело. Чем бы вы ни занимались, для мира вокруг это не имеет большого значения. Вам нужно начинать с малого. Однако у вас с лихвой хватает непредубежденности и любопытства, а это отличные качества для развития своего дела. Дети всегда очень любопытны: вы легко поймете, какова связь между любопытством и икигай.
Хорошо известно, что однажды после войны Верховный главнокомандующий сил союзников генерал Дуглас Макартур, который в то время управлял страной как военный губернатор и глава Штаба оккупационных сил, назвал Японию «нацией двенадцатилетних». Макартур говорил о незрелом характере тогдашней японской демократии, и это было уничижительное замечание. Впрочем, если считать, что молодой ум с его жадным любопытством ко всему на свете – это плюс в жизни, то замечание Макартура можно воспринимать как комплимент.
Икигай может превратить в Питера Пэна каждого из нас. И это необязательно плохо. Давайте все будем двенадцатилетними! В икигай важна юная гибкость ума, но не менее важны целеустремленность и увлеченность, какой бы на первый взгляд незначительной ни казалась ваша цель.
Глава 4. Чувственная красота икигай
На аукционе звездная чаша в хорошем состоянии могла бы уйти за миллионы долларов. Из трех сохранившихся звездных чаш самой прекрасной считается Инаба (инаба тэммоку). Она была передана одним из сёгунов Токугава дому Инаба и, если бы сегодня ее выставили на продажу, принесла бы владельцам десятки миллионов долларов.
Коята Ивасаки, четвертый президент конгломерата «Мицубиси» и один из самых богатых людей в современной Японии, стал хозяином этой чаши в 1934 году. Однако, считая себя недостойным ее, Ивасаки никогда не пользовался ею во время своих чайных церемоний.
Японцы, несомненно, питают слабость к красивой чайной посуде. В конце концов, чашка – это всего лишь чашка и ее назначение – удерживать в себе жидкость. С этой точки зрения звездная чаша ничем не отличается от обычной чашки из магазина. И хотя увлечение чайной посудой наверняка имеет аналоги в других культурах, японской культуре присуща уникальная особенность, придающая этому увлечению необычный оттенок. Давайте разберемся, откуда берется этот повышенный интерес к чувственной стороне материального.
В главе 1 мы говорили о лексической гипотезе, согласно которой выражения, обозначающие важные личностные черты и жизненные явления, постепенно становятся частью разговорной речи, как это произошло с икигай. У японского языка есть еще один интересный аспект, заслуживающий внимания и особенно уместный в контексте этой главы.
В японском языке собака лает «ван-ван», а кошка мяукает «ня-ня». В каждом языке есть свои подобные звукоподражания, однако в японском языке они необычайно многочисленны и многообразны.
Эти звукоподражания иногда называют японской звуковой символикой; нередко они состоят из двойного повторения одного и того же слова.
Например, бура-бура означает «развязная беззаботная походка», а тека-тека – «блестящая поверхность». Кира-кира – искристое сияние, а гира-гира – более интенсивный, почти ослепляющий источник света, например свет фары мотоцикла ночью. Тон-тон обозначает легкий постукивающий звук, а дон-дон – более тяжелый и глухой звук. В словаре звукоподражаний под редакцией Масахиро Оно (2007) собрано 4500 примеров звуковых символов.
С ростом популярности японской манги и аниме все больше людей во всем мире начинают интересоваться японской звуковой символикой. Но овладеть японскими звукоподражаниями нелегко, отчасти из-за тонких нюансов их употребления, отчасти из-за того, что их очень много. Японцы, в отличие от представителей многих других культур, пользуются звуковой символикой не только в детстве, но и во взрослой жизни. В самом деле, они нередко прибегают к звукоподражаниям при обсуждении профессиональных вопросов. Разумеется, в одних областях (например, в гастрономии) эта особенность встречается чаще, чем в других. Легко представить себе, как мастер суши, такой как Оно Дзиро, или опытный поставщик рыбы, такой как Хироки Фудзита, пользуются в разговоре звукоподражаниями, поскольку звуковая символика лучше помогает передать представление о текстуре и аромате пищи. Можно предположить, что воины-самураи наверняка тоже пользовались звукоподражаниями, обсуждая качество своего оружия, блеск и прочность клинка. Художники, рисующие мангу, часто используют звукоподражания, такие как «тон-тон» или «дон-дон», чтобы передать тонкие нюансы действий своих персонажей.
В свете упомянутой лексической гипотезы тот факт, что в японском языке так много звуковых символов, предполагает существование корреляции между этими символами и национальным способом восприятия мира. По-видимому, японцы выделяют в потоке ощущений множество разнообразных нюансов и обращают внимание на тонкие оттенки физических чувств. Распространенность звукоподражаний отражает важность подробных чувственных нюансов в жизни японцев.
Подобное внимание к деталям вызвало к жизни культуру, в которой ремесленники продолжают пользоваться уважением даже сейчас, когда наша жизнь стремительно меняется под натиском инноваций.
В Японии немалое количество традиционных изделий по-прежнему изготавливают ремесленники. Отнюдь не стремясь громко заявить о себе или привлечь внимание публики своеобразным поведением, они тем не менее пользуются большим уважением и играют в японском обществе важную роль. Часто их жизнь становится примером икигай – всецелой отдачи созиданию чего-то, одной цели, пусть даже вовсе не великой.
Работа ремесленника требует много времени и сил. Поэтому ее результаты отличаются большой изысканностью и превосходным качеством. Японские покупатели уважают время и труд, вложенные в изготовление предметов ремесла, и высоко ценят их качество, будь то ножи, мечи, керамика, лакированные изделия, бумага васи или ткани.
Этика и приемы работы ремесленников