Частная жизнь корейской знати. Запреты, положение женщин, быт и идеалы эпохи Чосон

Частная жизнь корейской знати. Запреты, положение женщин, быт и идеалы эпохи Чосон - Елена Хохлова

О книге

Елена Хохлова

Частная жизнь корейской знати. Запреты, положение женщин, быт и идеалы эпохи Чосон

Информация от издательства

Рекомендовано ученым советом факультета мировой экономики и мировой политики Научно-исследовательского университета «Высшая школа экономики»

Научный редактор д. и. н. Игорь Толстокулаков

Рецензенты: к. и. н. А. Н. Ланьков, к. и. н. В. М. Тихонов

Хохлова, Елена

Частная жизнь корейской знати. Запреты, положение женщин, быт и идеалы эпохи Чосон / Елена Хохлова; [науч. ред. И. Толстокулаков]. — Москва: МИФ, 2026. — (Страшно интересно).

ISBN 978-5-00250-587-6

Рукопись подготовлена в рамках программы Pony Chung Fellowship, Korea University’s Research Institute of Korean Studies и программы творческих отпусков Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики».

Книга не пропагандирует употребление алкоголя и табака. Употребление алкоголя и табака вредит вашему здоровью.

Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

Предисловие

Последнее десятилетие все большую популярность набирают исторические сериалы и киноленты корейского производства, на основе которых зрители формируют свое представление о быте, нравах и традициях корейцев эпохи государства Чосон (1392–1897). Эта книга родилась из желания погрузить читателя в мир старой Кореи не через вымысел сценаристов, а с помощью самого наглядного источника информации — живописи.

За пять веков существования государства Чосон было создано множество произведений на свитках, ширмах и в формате альбомных листов. Светская живопись до XVIII века оставалась прерогативой привилегированного янбанского сословия [1]. Произведения писали либо профессиональные художники, часто выходцы из так называемого «среднего люда» (чунин), либо сами янбане [2]. В обоих случаях живопись отражала вкусы и идейные установки правящего класса.

Ключевыми жанрами живописи в эпоху Чосон стали сакунчжа (

), «четыре благородных растения» — слива, орхидея, хризантема, бамбук), и сансухва (

, «горы и воды») [3]. В художественной иерархии, принятой в придворном ведомстве живописи Тохвасо, эти два жанра занимали первое и второе места соответственно. Живопись сакунчжа воплощала нравственные установки янбан, живопись сансухва визуализировала представления об устройстве мироздания, правильном существовании человека. Произведения этих двух жанров рассказывали об идеалах привилегированного сословия, но о жизни человека в целом повествовали лишь опосредованно. На свитках с пейзажами человек изображался в виде схематичной фигурки, наслаждающейся природой, или собирательного образа ученого мужа — созерцателя.

Третье место в официальной иерархии жанров (рис. 1) занимала так называемая живопись хвачжохва (

), «цветы и птицы» — изображения растений, птиц, животных и прочих существ, символизировавших процветание, долголетие, успех на государственной службе и пр. Такая живопись выполняла благопожелательную задачу и показывала, насколько важной для человека была визуализация его стремлений. При этом все три перечисленных жанра служили для декорирования помещений старой Кореи, поэтому сохранили для нас основные черты интерьера дворцов и резиденций.

^{Рис. 1. Ли Инсан. Мудрец, созерцающий водопад под сосной.}

^{Бумага, тушь, краски, 23,8 × 63,2 см. Национальный музей Республики Корея, Сеул (National Museum of Korea)}

Термином инмульхва (

), «изображения людей и предметов», обозначали портретную живопись, которой отводилось четвертое место из четырех в придворной иерархии жанров. За пять веков существования государства Чосон было создано немало портретов, при этом основная масса свитков изображает мужчин, часто преклонного возраста и только в двух ипостасях: ученый муж сонби (

) и чиновник (рис. 2). Портрет практически не знал иного героя: художники не писали детей, за редким исключением не создавали женские образы или мужские портреты в неофициальной, частной обстановке. Групповой портрет был редкостью для той эпохи. Столь строгие рамки портретной живописи свидетельствуют о том, по каким правилам жило общество. Портреты в основном писали по заказу двора, поэтому в первую очередь государство и общество считали достойным сохранять для потомков облик мужчин-янбанов в образе ученого мужа или чиновника.

^{Рис. 2. Неизвестный художник. Портрет Сон Сиёля.}

^{Шелк, тушь, краски, 89,7 × 67,6 см. Национальный музей Республики Корея, Сеул (National Museum of Korea)}

Как правило, сведения о жизни и нравах людей былых эпох исследователи черпают из жанровой живописи. Однако в эпоху Чосон бытовая (жанровая) живопись, или то, что в южнокорейском искусствознании принято называть пхунсокхва (

), не была ключевым жанром. Произведения, схожие с жанровой живописью в западноевропейском понимании, появились только в конце XVII века. Пхунсокхва входила в официальную иерархию жанров ведомства Тохвасо лишь во второй половине XVIII века. Тогда же произошел ее расцвет в творчестве художников Чо Ёнсока (

1686–1761), Ким Тыксина (

1754–1822), Ким Хондо (

1745 — ок. 1806) и Син Юнбока (

1758 — ок. 1814).

Героями жанровой живописи нередко были крестьяне. Чо Ёнсок, Ким Тыксин, Ким Хондо писали идеализированные сценки из жизни простолюдинов с воспеванием земледельческого труда (см. рис. 3). Син Юнбок изображал досуг привилегированного сословия и куртизанок кисэн (

). Эти произведения сохранили ценнейшую информацию о жизни янбанов, их развлечениях, вкусах, моде и нравах, что особенно важно, учитывая, насколько короткой была история жанровой живописи. В XIX веке художники занимались в основном подражательством вышеперечисленным мастерам, пока в конце века не появилась необходимость создавать для иностранных путешественников сувенирные рисунки о быте и нравах жителей Корейского полуострова.

^{Рис. 3. Предположительно, Ю Унхон. Жанровые сцены.}

^{Фрагмент. Бумага, краски, 92 × 40 см. Национальный музей Республики Корея, Сеул (National Museum of Korea)}

Корейские художники за редким исключением не занимались исторической живописью, которая сегодня стала бы прекрасным этнографическим источником об эпохе Чосон. Но серьезную альтернативу западной исторической и жанровой живописи составила документальная живопись кирокхва (

), особое явление в корейской живописи того времени.

Официальной идеологией на протяжении всего правления династии Ли оставалось неоконфуцианство, в основе которого лежало представление о важности соблюдения ритуалов и правил поведения человека в обществе. При дворе непрестанно вели летописи о деяниях правителей и жизни двора. Кроме того, придворные

Перейти на страницу: