Поцелуй на удачу 2 - Кира Крааш

Алексия

— Как тебе игра? — спросил Виктор, пока мы шли к домику с оставленными там вещами.

Команда усвистала далеко вперед, окрыленная победой и предвкушающая вечерние посиделки. Я же шла не торопясь, переваривая произошедшее.

Конечно, отец гонял нас по-всякому, как будто готовя участвовать в боевых действиях. И конечно же, мне бы никогда не пришлось воевать по-настоящему.

Но честно говоря, я всегда чувствовала некоторый диссонанс между своим воспитанием и жизнью, которой по идее должна была жить. Мне суждено было удачно выйти замуж и управлять большим имением, блистать на балах, воспитывать достойных сыновей и благородных дочерей. Но я умела руками останавливать атакующий клинок, и большую часть жизни жила по расписанию самой элитной казармы империи.

И мне было сложно примирить две эти грани своей личности.

Но теперь, столкнувшись с аэреном, и выйдя на иллюзорно-мягкую траву полигона, я вдруг почувствовала — вот оно. Я могу делать то, что умею лучше всего, оставаясь при этом леди.

Я поняла к чему приложить свои знания и умения. Опасный бестиарий и человеческий фактор, верная команда и непредсказуемые противники — все вместе заполняло прореху в моей жизни, возвращая в нее привычные тренировки и не заставляя менять ученическое платье на военную форму.

И мне это безумно нравилось.

— Бодрит, — усмехнулась я. — Давно я не получала столько адреналина.

— Вот как? — удивленно приподнял брови Виктор.

— Ага, — кивнула я. — Примерно с того момент, как спалила занавески в кабинете у нашего декана.

Неловкая вышла ситуация, прямо скажем…

— Кажется, здесь прячется интересная история, — мягко улыбнулся Виктор.

— Как-нибудь расскажу, — неопределенно ответила, про себя подумав «да никогда в жизни».

Хотела соскочить с темы, спросив о чем-нибудь по прошедшей игре, но Виктор вдруг остановился и коснулся моего локтя. Я удивленно посмотрела на него.

Сердце забило пойманной птицей и в памяти мгновенно вспыхнул тот наглый и дерзкий поцелуй, сорванный в домике, до которого мы все еще не дошли.

Он смотрела на меня внимательно своими ярко-карими глазами, в который мерцали золотые искорки то ли магии, то ли не выветрившегося азарта игры, и я замерла, боясь вдохнуть или пошевелиться.

И не знала, хотела ли, чтобы он меня снова поцеловал или извинился.

Чтобы объяснился или оставил все недосказанным. Ведь подчас сформулировать мысли и чувства в слова сложнее и страшнее, чем сделать вид, что ничего не было.

И я не знала, хотела ли я ясности, потому что тогда бы она не оставила никакого шанса для бешено колотящегося сердца в моей груди.

— Соревнование прошло, и я помню наш уговор, — медленно проговорил Виктор, роняя меня в суровую реальность. — Ты останешься с нами?

Я смотрела в эти карие глаза и думала, что больше всего на свете мне было хотелось услышать «Ты останешься со мной?»

Но…

Пожалуй, на этот вопрос я бы не смогла ему ответить. А аэрен? Аэрен стал связующим звеном между Алекскией Лаян и Алекссией Норд. Дочерью железного генерала и чьей-то блистательной супругой. Между моим боевым детством и мирным будущим.

Я знала, что нужна команде, но оказалось теперь что и команда нужна мне.

Мне нужен аэрен и нужны были ребята, с которым я буду идти к кубку императорского турнира.

— Почему бы и нет, — легко пожала я плечами, чуть улыбнувшись.

Мне показалось, что Виктор на мгновение облегченно прикрыл глаза, а затем кивнул на домик, из которого уже выходили парни:

— Тогда вперед. У нас еще один прекрасный повод отпраздновать.

— ТЫ БЫЛА ВЕЛИКОЛЕПНА!!! — встретил меня вопль Эммы.

Я дошла до середины комнаты и задумчиво замерла. Надо было переодеться, а раз переодеться, значит, сходить в душ, а раз сходить в душ, значит, посушить волосы, а это долго…

— ЭГИЛЛ БЫЛ ВЕЛИКОЛЕПЕН!!!! — вырвала меня из судорожных размышлений голос Эмма.

Я посмотрела в зеркало. Там отражалась растрепанная блондинка с растерянным взглядом и перепачканном тренировочном костюме. Нет, определенно надо помыть голову.

— МИКАЭЛЬ БЫЛ ВЕЛИКОЛЕПЕН! — продолжала голосить Эмма. — Ты видела, как он снес башню северян? ТЫ ЖЕ НЕ ВИДЕЛА, КАК ОН СНЕС БАШНЮ СЕВЕРЯН! ОДНИМ УДАРОМ!!!

Я сцапала полотенце и халат из шкафа и под восклицания о том, как был великолепен Стефан, удрала в ванну.

А там меня уже ждали…

— ТЫ БЫЛА ВЕЛИКОЛЕПНА!!! — рыжая девица буквально выпрыгнула на меня из-за угла.

— Показала этим мужикам, как надо! — пискнула еще одна девчонка с волосами мышиного цвета и в огромных круглых очках.

— Прошу прощения, а вы собственно, кто? — вежливо поинтересовалась я, косясь на виднеющуюся в конце коридора дверь общего санузла.

— Мы — ФЕФИФИСТКИ! — воскликнула еще одна девушка, на этот раз жгучая брюнетка.

— И мы готовы помогать тебе распространять твое учение во всей академии! — пафосно продолжила рыжая девица. — Вот что бы ты хотела сделать в первую очередь?

— Попасть в душ, — честно ответила я.

Фефифистки растерялись, правда, ненадолго.

— А во вторую? — спросила девушка.

— Переодеться, — не задумывая ответила я.

— А потом? — продолжила настаивать рыжая.

— Облегчу тебе задачу, — произнесла я, чувствуя, как драгоценное время на приведения себя в порядок стремительно тратится на какие-то бессмысленные разговоры. — я не собираюсь нести учения фефифисток в массы.

— Но почему?! — возмущенно пискнула девчонка в очках.

— А зачем? — задала я резонный вопрос.

— Ну, чтобы показать им всем! — бодро произнесла брюнетка.

— Что? — приподняла я брови.

— Все! — отрезала рыжая.

— Все показывать нельзя, — покачала я головой, — неприлично.

— Да не это все! — возмутилась рыжая. — Другое все!

— Другое тоже нельзя, — отрезала я. — Агрессия — удел мужчин. А мы, женщины — мягкая сила!

И, выдав эту великую мудрость, я обошла фефифисток по дуге, чтобы добраться, наконец, до ванной. И только намыливая голову до меня дошло, что встреченные мной девицы — мои фанатки.

Вот почему у парней фанатки девушки, и у меня тоже? Где моя толпа красавчиков, которые не дают прохода и всячески пытаются добиться моего внимания?

Что за гендерная несправедливость вообще?!

Когда я возвращалась в комнату, то думала, что сейчас придется суматошно собираться и отбиваться от вороха вопросов Эммы, но подруга удивила.

— Это что? — оторопело спросила я, слыша на ходу волосы бытовым заклинанием.

На моей кровати лежало выходное, но довольно консервативное темно-зеленое платье, исподняя рубашка, пара новеньких чулок, неизвестно как обнаруженных в моем шкафу, пара туфель без каблука и расческа.

— Твоя