Капитан. На линии судьбы
Наталья Бульба
Предисловие автора
Я не люблю предисловий, потому постараюсь быть краткой.
Прежде чем вы начнете читать этот цикл, хочу сказать о нем несколько слов. Возможно — предостеречь. Возможно — сразу настроить на то, что путь от первого до последнего романа будет нелегким. Возможно — сразу дать понять, что это не ваша история.
О чем этот цикл?
О любви! О любви к родине, к жизни. О любви, в которой есть место всему: и счастью, и ненависти, и преданности, и предательству, и потерям. Нежности и… низменным страстям.
Но если вы рассчитываете на любовный роман — дальше вам лучше не читать. Любовных линий в этом цикле много, и иногда они даже будут выходить на первый план, но так и останутся лишь штрихами, нюансами, которые помогут ощутить контраст.
О долге! О долге, который превыше всего.
О дружбе! Той, когда жизнь друга ценнее, чем своя собственная.
О судьбе, которая не будет похожа на прямую линию!
О предназначении, когда никто… кроме тебя!
О выборе, когда переступив, идешь до конца!
О войне, к которой невозможно подготовиться, даже зная о ее приближении!
Этот цикл о трудностях и их преодолении.
О верности и вере. О жизни… не простой и не легкой.
В цикле — три линии, три героини: Наталья Орлова, Элизабет Мирайя и Мария Истомина. У каждой — своя судьба, свое предназначение, свой выбор, своя история, которая плотно вплетена в историю Галактики Белой, где все и происходит.
НО!!!
Главным героем цикла является сама Галактика, все остальное лишь для того, чтобы более полно рассказать о тех годах ее жизни, которые предшествовали вторжению в нее домонов и том мужестве, с которым она отвоевывала тяжелую, но такую нужную для всех населяющих ее рас победу.
Очень много второстепенных героев, ни один из которых не согласился так и остаться на втором плане.
Огромное множество событий, связанных между собой переплетением целей и задач.
Развешанные повсюду ружья, каждому из которых рано или поздно, но предстоит сделать свой точный выстрел.
Вопросы, на которые обязательно будут даны ответы, но не обязательно в том романе, в котором он будет задан.
Фразы, в каждой из которой редко будет только один смысл.
Пласты, которые будут открываться, все глубже погружая в мир чужих игр.
Неоднозначные поступки и решения, которые станут единственно возможными, когда всплывут на поверхность все факты, которые к ним привели.
Чтобы разобраться во всем этом нужно:
1. Верить, что автор знает, что делает.
2. Читать цикл в рекомендованном автором порядке.
Если ничто из вышеперечисленного не испугало — я буду рада пройти с вами весь путь от первого слова до последнего многоточия.
Порядок прочтения, дающий наиболее полное представление о происходящем и выстроенный в соответствии с временной хронологией событий, выглядит так:
1. "Капитан. На линии судьбы" — линия "Капитан"
2. "Капитан перехватчика" — линия "Капитан"
3. "Космический маршал. Недетские игры" — линия "Космический маршал»
4. "Космический маршал. Очень грязная история" — линия "Космический маршал»
5. "Дорога к себе. Когда боги против…" — линия "Дорога к себе»
6. "На круги своя" — линия "Капитан"
7. "Космический маршал. В списках не значится" — линия "Космический маршал"
8. "Капитан — "Неизбежность" — линия "Капитан"
9. "Ступить за грань" — линия "Дорога к себе"
10. "Космический маршал. В шаге от победы" — линия "Космический маршал"
Часть 1 — «Затянувшийся прыжок»
Часть 2 — «Оборванные стропы»
11. "Галактика Белая" — линия "Капитан"
Часть 1 — "И только вера…"
Часть 2 — "Под знаком надежды…"
Посвящение
Посвящается моей бабушке, Наталье Орловой.
Ее жизнь внешне была мало чем примечательна,
но каждый день в ней был подвигом.
Наталия Фейгина
История 1. Корона кангора
Глава 1
Створки так и не разошлись, оставив меня стоять перед закрытой дверью.
Далеко не в первый раз.
На языке Окраин нечто подобное называлось воспитанием характера. Единственное, что имело значение в этом мире — сила и хитрость. Редко — поодиночке, но чаще — в спайке. Иначе — не выжить.
В том, что я собиралась сделать, силы было немного, про хитрость вообще стоило умолчать, но это если проводить прямые аналогии. Я видела относительные…
Кулак впечатался в блок аварийного открывания, внутри него что-то жалобно пискнуло, потом над панелью показался дымок…
Глупо тратить время на показуху, но все вновь возвращалось к вопросу выживания. Я отвечала не только за себя.
Зал, когда я вошла в него, оказался практически полон — обычное дело для подобных заведений, когда табло времени отсчитывает последние минуты уходящего дня. Космические бродяги, возвращаясь в гавань, предпочитали относительно спокойную в их понимании обстановку, приличную кухню, ну и… конечно, девочек.
В этом можно было найти все из списка и даже больше.
Окинув тяжелым взглядом помещение и цыкнув на охранника, основной задачей которого было «вписаться» в разыгрываемое представление, повернулась к столику, который давно считался нашим.
Парни уже расположились вокруг, довольно вальяжно устроившись на разбросанных подушках. Все в точном соответствии с представлением о роскоши, занесенным на Окраины едва ли не первыми поселенцами: мягкие, бархатистые ткани и замысловатая вышивка блестящими нитями.
В забегаловке попроще, первая возникшая мысль — об имитации, здесь же всё если и не по высшему разряду, то близко к нему. Репутация!
На шум из ребят не обернулся ни один. Точно знали, кого именно принесло.
— Эй, крошка… — раздалось за спиной, тут же сменившись скрежетом зубов и едва слышным ругательством.
Оглядываться я не стала — демон крутился поблизости, что являлось гарантией отсутствия проблем, лишь тяжело вздохнула. Нотации, главной темой которой станут его размышления о том, что семь лет в перевозке меня так ничему и не научили, было не избежать. Объяснять про отсутствие моей вины в том, что в свои тридцать я выглядела, как юная и неискушенная выпускница закрытого старховского пансиона, бесполезно.
Дарил, пристроившись рядом, многозначительно хмыкнул — некоторые мои мысли секретом для него не являлись. И ведь прав, сегодня на мою мнимую невинность намекал только слегка наивный взгляд, который давно никого в этой части Галактики не вводил в заблуждение.
— Здесь — чужие, — шепнул он, сдвинувшись так, чтобы мой интерес не был слишком заметен.