Бывший муж. Я отомщу за боль
Пролог
КРИСТИНА
Хватаюсь за дверной косяк одной рукой, втору прижимаю к уже заметному животику. Перед глазами всё плывёт от той картины, что вижу собственными глазами. Нет, такого не может быть! Мне это мерещиться, не может мой любимый так поступить! Вот только ведение не исчезает, оно острой болю вонзается прямо в сердце, что давно отдано этом мужчине! Почему?! За что?!
- Крис?
Голос прозвучал как удар хлыстом. Чужой. Спокойный. Я подняла взгляд и встретилась с его. Ни вины, ни паники, ни даже досады. Ледяная, бездонная пустота. Мой муж. В нашей постели…
Марина… Моя марина, которой я рассказывала самое сокровенное, считала сестрой! Марина, которая знала, какие имена для малыша мы выбрали! Её тело изогнулось в знакомой, но теперь отвратительной позе. Ее губы растянулись в улыбке, не смущенной, а торжествующей. Победной. Они не дернулись прикрыться, не залепетали оправданий. Просто смотрели. Как на вещь.
- Ты…, - запинаюсь, зажмуриваю глаза, не хочу этого видеть, не хочу!
Шелест простыни. Тяжелые, мерные шаги по паркету, который мы выбирали вместе, смеясь. Каждый шаг — удар в висок. Пришлось открыть глаза. Саша, натянувший боксеры, двигался ко мне с сосредоточенным видом человека, которому предстоит неприятная, но необходимая работа. Я отшатнулась, спина ударилась о косяк. И тут внизу живота, в самой глубине, где жил наш малыш, пронзило острой болью. Из горла вырвался нечеловеческий, протяжный стон.
Ошеломляющая картина так сковала душу и разум, что даже не сразу понимаю, что со мной происходит?! И только когда крепкие пальцы мужа смыкаются на моей запястье, а по ногам струйкой течёт, что-то горячее, прихожу в себя. Опускаю взгляд вниз, от увиденного, становиться страшно. Тёмная струйка стекает по внутренней стороне ноги, лишая опоры. Если бы не крепкие руки мужа, то свалилась бы точно к его ногам.
— Черт! — его рык был полон раздражения, а не ужаса. Он подхватил меня на руки, как мешок, и повернул к кровати. К той самой кровати, на которой бесстыдно раздвинув ноги, продолжает лежать любовница моего мужа.
- Нет! Отпусти! – упираюсь ладонями в плечи мужа, боль в животе и страх за ребёнка затмевают разум, но не на столько, чтобы позволить ему уложить меня туда, рядом с этой.
Пытаюсь сопротивляться, но сил не хватает, я чувствую, как слабею.
— Саша, куда ты…
— Марина, выйди! — рявкнул он, и в его тоне не было просьбы. Это был приказ.
В глазах поплыли черные пятна. Горло свело спазмом тошноты. Боль нарастала, сжимая в тиски. Уже было все равно — на какой кровати, кто рядом. Осталась одна мысль, паническая, пульсирующая в такт сердцебиению: Держись. Держись, малыш. Пожалуйста, не оставляй меня!
- Скорую вызови, чего встала?! – гаркает муж в сторону.
- Не ори на меня! Тебе надо, ты и вызывай! Я домой поеду, когда здесь разберёшься, позвонишь, буду ждать тебя, - летит от моей подруги… теперь бывшей подруги.
- Ладно, езжай, так даже будет лучше, - опуская меня на кровать, отвечает муж своей любовнице и это последнее, что я слышу, холодная, пугающая темнота мгновенно утягивает меня в свою пучину.
Темнота лениво и нехотя отпускает меня из своих объятий, тяжёлые веки открываю с трудом, чувствую себя так, словно меня бетонной плитой придавило! Не сразу понимаю, что со мной, неужели заболела? На автомате кладу руки на живот, правую руку пронзает острой болью, но эта боль уходит на задний план, так как под моими ладонями, практический плоский живот!
- Не шевелись, - раздаётся с боку хриплое.
Резко поворачиваю голову на голос, встречаюсь взглядом с Сашей.
- У тебя игла в вене, - отводит взгляд на окно с отодвинутыми в сторону жалюзи.
Бегло осматриваюсь, понимаю, что нахожусь в больнице, хочу спросить у мужа, что случилось, но горло сдавливает словно тисками. В голове за пару секунд проноситься неприятные кадры.
Зажмуриваю глаза, крепко врезаюсь пальцами в живот. Из горла толчками вырываются страшные звуки, больше похожие на вой раненого зверя.
Я потеряла ребёнка! Моего малыша, не успев даже узнать пол ребёнка!
На меня накатила безумная истерика, я рыдала, проклинала мужа и подругу, слала на их головы все возможные несчастья, пока в палату не зашли врачи, и не напичкали меня снотворным.
Второе пробуждение было ещё тяжелее, стоило только прийти в себя, как на меня навалилась вся боль! Предательство Саши с Мариной, но самое болезненное, это потеря малыша! Шесть месяцев он был у меня под сердцем, я так ждала его рождения! Саша тоже был рад беременности, радовался, что ребёнок подарку под ёлкой. Так ждал нашего малыша, что бесстыдно залез на Марину!
Шорох с боку привлёк внимание, нехотя повернула голову в право, в кресле, в метре от моей кровати, с повисшей вниз головой, сидит изменщик.
Всё нутро скрутило от ярости, какого чёрта он здесь делает? Я помню его взгляд, когда билась в истерике, холодный, отстранённый, он даже не пытался меня успокоить, стоял у окна и наблюдал за мной, что за подопытной мышью! Он даже ни разу не поморщился, когда я обзывала его и бывшую подругу, проклинала их! Я помню его взгляд в квартире, там не было любви, что была в его глазах ещё утром, перед моим уездом к двоюродной сестре, у которой я должна была погостить пару дней. Но всё сорвалось, Мишутка - мой племянник, заболел, а Вера не успела меня предупредить!
- Проснулась, это хорошо, засиделся я уже здесь.
Вздрагиваю от голоса мужа, сильно погрузилась в мысли. Молчу, говорить с ним совсем не хочется, да и о чём говорить? Задавать вопросы об их отношениях, почему так поступил с нами? Нет! Не хочу ничего знать, мне и увиденного достаточно!
Саша поднимается из кресла, подходит к окну, с подоконника берёт папку, небрежно бросает её на тумбочку у моей кровати.
- Здесь документы на развод, от тебя требуется только твой автограф. Вещи твои уже собрали, отправил к Вере. Квартира моя, из общего имущества только машина, половину её стоимости я перевёл тебе на счёт, дачу делить не будем, в неё я вкладывал свои деньги. Извини, что до такого довёл, нужно было раньше тебе всё рассказать, с Мариной мы любим друг друга. От