Библиотека онлайн бесплатно. Страница 134

Говорят, от ненависти до любви один шаг.
В нашем случае — это пятнадцать часов полета и одна очень крупная сделка.
Я думала, что ненавижу своего босса за его холодность и цинизм. Он думал, что презирает меня за лишние килограммы. Мы оба ошибались.
В закрытых переговорных Азии, под прицелом чужих взглядов и собственных желаний, нам придется выяснить: кто здесь на самом деле главный, и какая цена у прощения.

Магия всегда текла в его жилах, но Нартуган не знал, как её пробудить. Пока однажды не встретил загадочного колдуна, назвавшего себя его отцом. Теперь перед ним раскрывается мир, скрытый от простых смертных, где заклинания чертят реальность, а маги способны изменить саму суть мироздания.
Но знания требуют платы. Древний враг пробуждается, его сила растёт, и грядёт буря, которая может стереть города с лица земли. Вместе с друзьями Нартуган должен раскрыть тайны древних артефактов, понять истинную природу магии и найти способ остановить угрозу, угрожающую всему миру.
Чтобы победить, ему предстоит осознать: истинная сила кроется не в магии, а в тех, кто остаётся рядом, когда сгущается тьма.

Где-то между шумным городом и тишиной заповедных лесов таится мир, живущий своей особой жизнью.
Здесь домовой ворчит на пластиковые ёлки, кикимора путешествует на электричках, как заправская командировочная, а лесные духи организовали в городе «Креативный отдел счастья». Даже дракон устроился на работу — греет турбазу, а монстры из подвала ходят на сеансы групповой терапии.
Нити событий сводят их воедино, и Новый год становится для всех действительно началом новой жизни. Ведь главное чудо — найти тех, с кем тепло, и понять, что дом — это место, где тебя ждут, а не просто точка на карте.

Вас когда - нибудь похищали инопланетяне? Нет? А меня похитили, при этом выдали замуж, да еще заявили, что я их Спасительница призванная избавить Империю от Темного Лорда. А еще у меня появилась магия, и мне теперь предстоит научиться ею управлять.

Меня зовут Злата, с детства ко мне приклеилась кличка Золушка. Я обычная девушка, работаю врачом – терапевтом в частной клинике и подрабатываю ночными дежурствами в обычной больнице. У меня есть жених с которым мы планировали свадьбу… До того момента, когда я его застала совершающим «супружеский долг» с соседкой. Оказывается он был не так прост и начал требовать от меня невыполнимое. Мой новый парень просто блеск, и к тому же окажется моим начальником, но его брат – близнец хотел тайно на мне жениться, пришлось срочно сбегать… через окно. А ещё оказывается у меня появиться отец, которого я не знала всю свою жизнь. В общем жизнь бьёт ключом…
Откровенно 18+.

Она: он стал моим первым и единственным...
Он: она для меня весь мир...
Она: я буду любить его всегда...
Он: только рядом с ней я живу... Люблю её до боли...
Она: жизнь удивительная и тяжелая штука... И не всё в ней случается так, как хочется нам. Я исчезну... И он никогда не узнает мой секрет...
Он: я найду её, даже если на это уйдёт вся моя жизнь...

Жила - была девочка, и однажды девочка пришла пораньше с работы и застала своего жениха в объятьях другой... И что делать? Вырвать сопернице волосы или всыпать неверному по первое число? Да, нет сделаю по - своему. Пойду в бар! Отмечу это событие, стресс сниму. А, что это тут странный бармен на меня пялится? Не поняла! Кто на мне женится собрался? Ещё чего! Я вообще-то согласия не давала!

В третьей книге Екатерины Тимашпольской "Митя Тимкин. Прощай, началка!" неисправимый выдумщик и романтик Митя оканчивает четвёртый класс. Впереди новая жизнь и, конечно, приключения! Ведь Митя ещё не решил, кем быть — дрессировщиком слонов, стоматологом, цирковым клоуном, актёром? А может, обучиться искусству заклинания змей? Или стать рыцарем, ведь Тимкин давно мечтает о мече и доспехах? Спортсменом-пловцом тоже можно... Хотя тренер намекнула, что и в синхронном плавании Митя мог бы добиться успеха. И петь Митя, как оказалось, любит. А ещё он нежно относится к своей семье, ценит верную дружбу и верит в то, что если чего-то очень-очень захотеть, это непременно сбудется, так часто говорит Митина мама, а к маминым словам, конечно же, следует прислушиваться.

Лауреат Букеровской премии Джулиан Барнс – современный английский классик, «самый изящный стилист и самый непредсказуемый мастер всех мыслимых литературных форм» (The Scotsman) – в январе 2026 года отмечает 80-летие выходом своей новой (и, возможно, последней) книги «Исход(ы)». Самое время вспомнить, с чего все начиналось, и данный том включает первые три романа «лучшего и тончайшего из наших литературных тяжеловесов» (The Independent), а также два его редких ранних рассказа (впервые на русском). Вашему вниманию предлагаются: «Метроленд» – «шедевр ностальгического эпатажа» (Vogue) и в то же время «одно из лучших в мировой литературе описаний семейного счастья» (Лев Данилкин), история людей, которые пытались изменить мир и сами не заметили, как мир изменил их (роман публикуется с дополнительными материалами – предисловие к юбилейному изданию, удаленная сцена); «До ее встречи со мной» – «безжалостно блестящий роман об отношениях, погубленных ревностью, полный тонких наблюдений о природе любви» (Metro); и «Попугай Флобера» – первая из книг Барнса, вошедших в шорт-лист Букеровской премии, «восхитительный роман, насыщающий ум и душу» (Джозеф Хеллер), в котором сквозь призму биографии Флобера Барнс пытается ответить на вопрос: что важнее для нас, читателей, – книги автора или его жизнь?..

Венедикт Ерофеев вошел в историю литературы как автор культовой андеграундной поэмы «Москва – Петушки», которая переведена уже более чем на тридцать языков. Литературное наследие Ерофеева, казалось бы, не слишком велико. Между тем важное место в нем занимают дневники и записные книжки, которые в значительной мере служили писателю своеобразной творческой лабораторией: помимо записей биографического характера, в них вносились записи по случаю – интересные наблюдения, остроты, афоризмы, каламбуры, свои и чужие сентенции, фрагменты бесед, анекдоты и т. д. Выдержки из записных книжек, при всей разнородности этого материала, дают представление и о работе со словом, которая нашла отражение в афористичности произведений Ерофеева, и о жизненном кредо писателя, и об эпохе, в которую он жил.
Используется нецензурная брань.

Книга посвящена анализу одной из важнейших смысловых линий поэзии Давида Самойлова – его рефлексии как над собственным литературным делом, судьбой, миссией, так и над более широкими проблемами (назначение поэзии и поэта, участь поэта в России и ее особенности в XX столетии). В пяти главах анализируются стихотворения, написанные на разных этапах творческого пути: «Из детства» (1956), «Старик Державин» (1962), «Поэт и гражданин» (1970–1971), «Ночной гость» (1972), «Мне выпало счастье быть русским поэтом…» (1981). В то же время перед читателем разворачивается история не только Самойлова, но и русского поэта второй половины XX века да и поэта вообще: обретение дара в детстве, вхождение в литературу в молодости, сопряжение достигнутого высокого статуса и тяжелой ответственности в зрелости, подведение итогов на пороге старости. Большое внимание уделено включенности поэзии Самойлова в национальную традицию, его диалогу с предшественниками и современниками (Державин, Пушкин, Ахматова, Пастернак, Слуцкий, Бродский и др.). Книга написана ординарным профессором Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» Андреем Немзером, автором сопроводительных статей, составителем, комментатором ряда представительных изданий поэзии, прозы и эпистолярия Самойлова.

Альтернативная история из седьмого века римской эры.
Спартак, мятежный фракийский аристократ, поднявший восстание против Римской Республики, ухитрился избежать римского плена - и поэтому так и не оказался на гладиаторских аренах Италии. Вместо Италии он направился на Восток, чтобы в сердце древней Азии найти новых союзников в борьбе против Рима...

Золотой век детектива подарил нам множество звездных имен. Почетное место в этой плеяде по праву принадлежит Джону Диксону Карру (1906–1977) – виртуозному мастеру идеально построенных «невозможных преступлений в запертой комнате». В 1933 году Джон Диксон Карр впервые представил публике сыщика-любителя доктора Гидеона Фелла. Внешность героя, предположительно, была списана с другого корифея детективного жанра – Гилберта Честертона, а его заслуги в истории детективного жанра, по мнению большинства почитателей творчества Карра, поистине вызывают уважение. Так, писатель Кингсли Эмис в своем эссе «Мои любимые сыщики» назвал доктора Фелла «одним из трех великих преемников Шерлока Холмса».
Возвращаясь домой буквально «с того света», разведчик Дональд Холден, герой романа «Уснувший сфинкс» (1947), с трепетом ожидал встречи с друзьями и возлюбленной. Однако то, что ему предстояло увидеть и узнать, не могло привидеться и в страшном сне…

Золотой век детектива подарил нам множество звездных имен. Почетное место в этой плеяде по праву принадлежит Джону Диксону Карру (1906–1977) – виртуозному мастеру идеально построенных «невозможных преступлений в запертой комнате». В 1933 году Джон Диксон Карр впервые представил публике сыщика-любителя доктора Гидеона Фелла. Внешность героя, предположительно, была списана с другого корифея детективного жанра – Гилберта Честертона, а его заслуги в истории детективного жанра, по мнению большинства почитателей творчества Карра, поистине вызывают уважение. Так, писатель Кингсли Эмис в своем эссе «Мои любимые сыщики» назвал доктора Фелла «одним из трех великих преемников Шерлока Холмса».
Процветающий адвокат Патрик Батлер, герой романа «Вне подозрений» (1949), уверен в себе и проигрывает крайне редко. И когда к нему одно за другим попадают два дела об отравлениях – совершенно очевидных с точки зрения обвинения, он без колебаний берется во что бы то ни стало доказать невиновность своих подзащитных.

Золотой век детектива подарил нам множество звездных имен. Почетное место в этой плеяде по праву принадлежит Джону Диксону Карру (1906–1977) – виртуозному мастеру идеально построенных «невозможных преступлений в запертой комнате». В 1933 году Джон Диксон Карр впервые представил публике сыщика-любителя доктора Гидеона Фелла. Внешность героя, предположительно, была списана с другого корифея детективного жанра – Гилберта Честертона, а его заслуги в истории детективного жанра, по мнению большинства почитателей творчества Карра, поистине вызывают уважение. Так, писатель Кингсли Эмис в своем эссе «Мои любимые сыщики» назвал доктора Фелла «одним из трех великих преемников Шерлока Холмса».
В истории невозможного, но свершившегося убийства, рассказанной в романе «Кто шепчет в темноте?» (1946), все указывает на мистическую природу преступления, и хитроумному доктору Феллу предстоит либо поверить в нее, либо развеять сгустившийся морок…

Индейцы яномамо, живущие в тропических лесах Венесуэлы и Бразилии, занимают в судьбе каждого антрополога особое место. Их образ жизни и вспыльчивый нрав стали основой для формирования антропологических теорий, вызывающих бурные споры в научном мире. Я всегда хотел посетить яномамо. Чтобы достичь территории их проживания, нужно подняться на лодке вверх по Ориноко. Само путешествие по великой реке оставляет яркое впечатление. Мне посчастливилось побывать у яномамо дважды, в 2004 и 2011 годах.