Контркультура читать онлайн бесплатно. Страница 64

Человек с гитарой бренчит и стонет свои мрачные песни на улицах города. То что может показаться комедией со стороны, оказывается трагедией изнутри.

Это многовекторный роман, который сам автор определяет как «комедию ужасов». В этой книге собраны воедино сцены видений, семейной хроники, любовных похождений, юмористических приколов и написанных в несколько ироническом ключе мистических озарений. В центре романа конфликт между культурой и государством в России. Государство олицетворяет собирательный экзистенциональный портрет правителя современной России, который, никого не щадя, не жалея, устремлен к своему кровавому бессмертию.

Воин запаса Бедович ищет своё место в мирной жизни: днём продаёт телевизоры, ночами пробует себя в литературе. Всё круто меняется при знакомстве с писателем, фантомасом и основателем издательства Чтиво Сергеем Иннером, который вскоре психоделически исчезает. Бедович вынужден стать его преемником в таинственной арт-конгрегации Русский Динозавр и сладить с хаосом, который тот оставил после себя. Сознание Бедовича, а с ним и явь начинают меняться, люди всё чаще принимают за Иннера его самого. Роман с бывшей любовницей Иннера, сердцеедкой доктором-кардиологом превращается в абьюзивный цикл на стыке жизни, смерти и русской киберпанк-апокалиптики: кровососущие банкиры доводят общество до тотальной нищеты и массового помешательства, мутирующие от царь-вируса полицейские становятся зомби, а массолит бесконтрольно рождает тысячи плохих книг глупых писателей. Или всё это лишь художественное произведение Бедовича? Сможет ли герой спасти себя от нищеты, Чтиво от краха, а страну Россию от печальной участи Карфагена? Решает ли простой человек в своей жизни хоть что-нибудь, и чем он должен пожертвовать, чтобы стать непростым? Узнаем ли мы правду о войне с е_учими монголами? И, наконец, сакральное Бедовичево: «Как устроена страна Россия в частности и мир в целом»?
Содержит нецензурную брань

«Страх и отвращение в Лас-Вегасе» — одна из самых скандальных книг второй половины ХХ века. Книга, которую осуждали и запрещали. Книга, которой зачитывались и восхищались. Книга, в которой само понятие «американской мечты» перевернуто с ног на голову, в которой видения и галлюцинации становятся реальностью, а действительность напоминает кошмарный сон.

За два года до своей смерти мой отец указал мне на старый пыльный картонный ящик на полу кабинета. «Наши с мамой письма… любовные письма, – усмехнулся он. – Возьмешь? Или я выкидываю». Так родилась книга «Любовь Онегина к бабушке Кларе» – из истории любви моих родителей. Её действие развертывается на фоне «дела врачей» и сталинского замысла высылки всех евреев за Полярный круг. «Любовь Онегина к бабушке Кларе» – это история о тех, кто родился в другой стране, но для кого Израиль стал домом родным. Эта книга о любви: о любви мужчины и женщины, о любви к снежным просторам и лесам России, а также о любви кота Онегина к бабушке Кларе.

Контркультурный роман о герое Поколения Y, пытающемся найти себя в реальности конца нулевых — начала десятых годов 21-го века, чьи жестокие правила и образы подчас оказываются гротескней и страшней правил и образов являющегося ему мира-перевертыша с подвластным кровожадному Минотавру городом-лабиринтом, по которому рыщут беспощадные убийцы — тени и отражения нас самих.

«Литература – это аппарат, институции, культурная среда, сволочь. Но мы говорим о другом: об одиноком бродячем поэте. Осталось ли ему место на этом свете? Кто знает… Осталось ли ему место в литературе? Неизвестно».

«В этой книге о Дали я старался прикоснуться к повстанческому, избавительному, мессианскому способу рассказывать истории. Его я называю гнигой-вандализмом, гнигой-иконоклазмом или гнигой-повреждением. Это — жест божественного насилия над рассказываемой историей, то есть детский отказ следовать правилам, непроизвольный разрыв с ненужным грузом истории, чтобы добиться правды, заключающейся в радости. Я совсем не уверен, что мне это удалось. Божественному насилию нельзя научиться, оно — дар богов.».
В оформлении использованы портреты Дали и Галы работы Барбары Шурц.

«Верни мне мой 2007-й» – уже не актуально. «Нулевой цикл» вернет тебе целое десятилетие. Вниманию читателей предлагается книга, посвященная «поколению миллениума» – людей, чьи взросление и молодость пришлись на первые годы нового тысячелетия: времена стабильности и бунтарства, потребительского бума и зреющих кризисов. Книга содержит нецензурную брань.

Новая книга художника и писателя, легендарного нарушителя спокойствия, пугала обывателей всей Европы и последнего странствующего философа современности Александра Бренера в доступной форме рассказывает о тайном смысле и прикладном значении искусства.
Иллюстрации Барбары Шурц.

Сборник рассказов представляет собой галерею ярких жизненных зарисовок, в которых автор рассматривает различные грани современной действительности.
Все рассказы объединяет острый юмор, живые диалоги и реалистичные характеры. Автор сочетает элементы сатиры с глубоким пониманием человеческой природы, создавая свои зарисовки.
Сборник будет интересен любителям социальной сатиры и историй о том, как обычные люди справляются с необычными ситуациями.

Имя Александра Бренера известно как скандальная эмблема шоковой сенсации в русском авангарде 90-ых — московского акционизма. Бренер превратил технику уже старомодного перформанса в «орудие сопротивления» против власти, мертвых нормативов и унылых догм нынешних культурных институций.
Книга Александра Бренера и Барбары Шульц «Бздящие народы» написана в ставшем уже фирменным стиле этого творческого тандема. В общем же, новое произведение «союза влюбленных» оказывается вариацией романа Бертрана Блие или же культового сериала о Бивисе и Батхеде. С той только разницей, что к ценностной иерархии последних добавлена арт-деятельность и сознательный анархизм. Несомненно, эта книга написана анархистами и для анархистов, а вовсе не для эстетствующего читателя. Эта книга для тех, кто считает обсценную лексику не только допустимой, но также необходимым средством выражения. Книга увидела свет не без проблем и приключений: в России книгу никто не хотел печатать. Издание удалось благодаря Дмитрию Нартову. Авторы особо благодарят его за дружескую помощь.
Фабульная же схема — одна: Александр и Барабара появляются в Париже, Вене, Москве и…

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.
«Мой Лимонов» – книга прозы, дневников и писем Наталии Медведевой об отношениях с Эдуардом Лимоновым. Любовь и ненависть, страсть и нежность, жизненные катаклизмы и творческие искры, высекаемые от взаимодействия двух незаурядных фигур, – этот пёстрый набор, пропущенный через годы, складывается в настоящую литературу В ней не только женский вариант «Укрощения тигра в Париже», но куда более значительная и высокая мелодия общей судьбы.

Сборник представляет собой серию историй о современном человеке, его внутренних противоречиях и поисках себя в мире, где привычные ценности часто теряют смысл. Автор исследует грани человеческой души через призму повседневных ситуаций, превращая их в глубокие психологические этюды.
Особенность сборника заключается в том, что автор сочетает остросоциальные темы с глубоким психологизмом, не теряя при этом чувства юмора и иронии. Язык произведения живой, современный, насыщенный яркими метафорами и неожиданными поворотами сюжета.
Читатель встретится с разнообразными персонажами. Каждый рассказ – это маленькая жизнь, полная драматизма и открытий.
Сборник затрагивает темы одиночества, поиска себя, семейных отношений, социальных стереотипов и личных выборов, предлагая читателю задуматься о вечных вопросах человеческого бытия в контексте современной реальности.

Вы готовы отправиться в увлекательное путешествие по русской хтони? Чудесное место, преисполненное колоритом мысли и экспериментальной формы. Красота черни. Падение. Равнина. Падение. Дно. Прыжок. Мигающая лампа. Тьма. Многоточие… Что это? Детский смех? Показалось. Тишина. Точка.

Книга Александра Бренера о Пьере Клоссовски (1905-2001) — это признание в любви к гениальному мыслителю и несравненному художнику. Любовные признания пишутся на языке страсти, даже если этот язык звучит на посторонний слух нелепо. Но главное в таких признаниях не язык, а голос.
И чем интимнее этот голос, чем дальше он отходит от скучных законов нормативной речи, тем лучше — значит, любовь не фальшивит. Сам Клоссовски продемонстрировал в своих работах полное равнодушие к общественным условностям и допустимым нормам, и в этом смысле Бренер старается следовать своему герою. Книга, предлагаемая читателям, является попыткой поэтического решения очень старой проблемы, а именно: как припасть к предмету своего поклонения, не превращаясь при этом ни в наглеца, ни в святошу.
В оформлении использованы рисунки Пьера Клоссовски.