Имоджен пыталась мне это объяснить в тот день на летном поле, но я не поняла.
«Когда ты это сделал?» – спросила я.
«Где-то через две секунды после того, как оставил в объятиях Бреннана после возвращения из Рессона».
Я уставилась в пол и молчала, пока они дальше кричали друг на друга на тирском. Я привела сюда кадетов. Меня поймали с похищенным дневником Лиры. Я подтолкнула Ксейдена – подтолкнула их всех к тому, что происходило сейчас.
– Поэтому считайте их моими гостями. – Слова Ксейдена вырвали меня из омута самобичевания. Тени залили пол и закружили по залу. – Я не спрашиваю у вас – у кого угодно не спрашиваю – разрешения, чтобы приводить гостей в собственный дом.
Тон Ксейдена остыл до ледяного.
Гаррик выругался под нос и положил руку на рукоятку одного из своих мечей.
– Ксейден… – начал было Ульцес.
– Или вы уже забыли, что это мой дом? – Ксейден склонил голову набок и уставился на них так же, как Сгаэль обычно смотрела на добычу. – Моя жизнь связана с жизнью Вайолет, так что, если хотите, чтобы я сидел в этом долбаном кресле, вы ее примете.
Лицо Ульцеса пошло пятнами, тогда как я вмиг побледнела.
Его стул. Пустой. Он – седьмой.
Твою мать. Я, понятное дело, знала, что это его дом, но мне и в голову не приходило, что… Здесь все принадлежит Ксейдену. Ни один дворянин не принял герцогство Аретии. Все верили, что этот край погублен, хуже того – проклят. Здесь все – его.
– Ладно, – сказала молчаливая женщина голосом тихим и спокойным. – Мы доверимся Вайолет Сорренгейл. Но это не поможет вооружить грифоньи стаи без действующей кузницы. Победив в первой битве с Наваррой – то есть забрав у нее половину квадранта всадников, – ты, возможно, проиграл войну.
– И что нам делать со всеми этими кадетами? – устало спросила Боевая Секира, потирая переносицу. – Боги, еще и притащил нам Аэтоса и писцов. Мы же не можем послать их воевать с вивернами и вэйнителями.
– Также я привез четырех профессоров, и их знания уж точно не помешают, – ответил Ксейден. – Писцов я уже допросил. Им можно доверять, а Кэт поручится за Аэтоса. Что до других кадетов – предлагаю вернуть их на занятия.
Что-то… задрожало, завибрировало, кружась вокруг умозрительной библиотеки в моей голове.
«Вайолет».
Тихий голос потряс меня до глубины сердца, и я вцепилась в руку Ксейдена, чтобы устоять на ногах. Облегчение, радость, изумление – все это сделало мои колени вновь слабыми, и слезы навернулись на глаза.
Впервые за многие месяцы я чувствовала себя целой.
И на моем лице расплылась улыбка.
«Андарна».
Глава 38
Мы стольким пожертвовали ради этого королевства, чтобы лучше суметь его защитить.
Долина над Аретией практически не изменилась с тех пор, как я была здесь, словно осень на этом возвышении еще не вступила в свои права, в то время как в городе под нами уже начинала хозяйничать зима. Но, в отличие от прошлого раза, повсюду сидели драконы – на зазубренных выступах над нами, в пещерах на западе, в широкой долине на востоке… повсюду.
И двое самых крупных стояли передо мной, как статуи, с малышкой Андарной между ними.
– Ты вроде бы сказал, что она проснулась? – прошептала я Тэйрну, будто могла ее разбудить. Смешно. Ибо прямо сейчас через рощу, где дремала Андарна, с гулким топотом шагал громадный коричневый дракон. Трава колебалась перед ее ноздрями от каждого выдоха, и выглядела она, по-кошачьи свернувшись и положив мордочку на скорпионий хвост, вполне умиротворенной. И какой-то… зеленой?
Нет, чешуя все еще была черная. Должно быть, у подростков она такая блестящая, что отражает цвет вокруг.
«Час назад», – фыркнул Тэйрн, и я бы отдала руку на отсечение, что Сгаэль закатила глаза.
– Я целый час выбиралась с того собрания, а потом еще пришлось лезть на ваш утес.
Не стоило ее будить. Ответственней было бы ее не трогать, позволить доспать свою трехмесячную драконью кому. Но я так дико по ней…
Золотые глаза распахнулись и полыхнули.
От облегчения я чуть не упала на колени. Проснулась. Я улыбнулась во весь рот и почувствовала, что в мире все снова как надо.
«Привет».
«Вайолет. – Андарна подняла голову, и вырвавшийся из пасти горячий воздух раздул пряди, выбившиеся из моей длинной косы. – Я не хотела засыпать».
– Это ничего. Тэйрн говорит, ты будешь время от времени проваливаться в сон еще целую неделю. – Подойдя, я почесала ее чешуйчатую морду. – Надолго же ты отключилась.
«А как будто на секунду». Она изогнула шею, чтобы я достала до места под подбородком.
– Поверь, нет. – Я отступила на шаг и пригляделась к ней хорошенько. Навскидку она была размером почти в две трети Сгаэль. – По-моему, ты стала больше.
«Естественно», – фыркнула Андарна, вцепляясь когтями в землю и поднимаясь.
Я отступила еще на пару шагов, задирая голову все выше и выше, в то время как драконица стряхнула остатки сна, зашуршала крыльями, покрутив головой и окинув взглядом долину.
– Что хочешь? Полетать? Прогуляться? – Мне нужно было столько ей рассказать.
«Еда. Надо найти овцу».
Она раскрыла крылья и чуть не ухнула вперед, прямо как в прошлый раз, в разгар лета.
Блин.
Я попятилась в высокой траве, стараясь не попасть под когти Андарны, пока та восстанавливала равновесие.
«А можно не давить нашего человека?» – рявкнул Тэйрн.
«Я ее даже не задела», – огрызнулась Андарна, бросив на него косой взгляд, когда снова раскрыла крылья с тем же результатом.
«Я же просил тебя быть терпеливей», – укорил Тэйрн.
От взгляда, которым она его смерила, Сгаэль, как мне показалось, одобрительно фыркнула. Андарна размяла плечи, врылась когтями поглубже в землю и вновь попробовала поднять крылья.
Сердце у меня екнуло, а в голове так быстро поднялся вихрь мыслей, что я не успевала поймать ни одну, пока мой взгляд метался между двумя крыльями. Левое не раскрылось полностью. Черная перепонка не натягивалась
Андарна попробовала раз, другой, потом обнажила острые клыки и с шипением выпустила пар, когда крыло не встало на место и с третьей попытки.
О боги. Что-то не так.
Я не имела ни малейшего понятия, что сказать или сделать. Просто… лишилась дара речи. Была беспомощна. Проклятье. Спросить, в порядке ли она? Или не обращать внимания так же, как на боевую рану у взрослого? Крыло сломано? Нужно восстановить? Или это часть взросления?
Андарна повернула голову ко мне и прищурилась:
«Я не сломана».
У меня упало сердце.
– Я такого и не говорила, – прошептала я.
Блин-блин-блин. Еще и задела ее чувства.
«Речь необязательна, когда я слышу твои мысли. Я сломана не больше тебя». Ее губа поползла вверх, блеснули зубы.
Уф.
«Прости. Я не это имела в виду». Мысль – беззвучным шепотом.
«Хватит. – Тэйрн опустил голову к голове Андарны. – Она имеет право волноваться за тебя так же, как ты – за нее. Теперь пойди и поешь, пока голод окончательно не затмил здравый смысл».
Сгаэль прошла мимо меня справа – земля слегка содрогалась под ногами с каждым ее шагом – и направилась к восточному логу. Фэйге поспешила убраться с пути.
«Здесь есть стадо, на которое лучше охотиться с земли, – сказал Тэйрн с тихим рокотом, отдающимся в голосе. – Следуй за Сгаэль».
Андарна сложила крылья, напрягла лапы, а затем молча обошла меня и отправилась за Сгаэль. Я проводила их взглядом.
«Подростки, – проворчал Тэйрн. – Невыносимые, когда голодные».
– Крыло, – прошептала я, обхватив себя за плечи.
Его вздох пустил рябь по траве вокруг меня.
«Мы со старейшинами поработаем над тем, чтобы укрепить мышцы, но есть осложнения».
– Например? – У меня сперло грудь, когда я посмотрела на него.
«Поставь щиты и заблокируй ее, насколько можешь».
Я сосредоточилась, закрывая ту перламутровую связь, в которой теперь узнавала Андарну.
«Готово».
«Есть много причин, по которым юные драконы не покидают Долину. Огромный расход сил в Рессоне спровоцировал у нее ускоренный рост. Это ты и так знаешь. Но случись это здесь или в Басгиате, где ее быстро бы спрятали и погрузили в Сон-без-сновидений, она бы росла как обычно. – Его тона хватило, чтобы у меня зашевелились волосы на затылке. Он никогда не подбирал слова так аккуратно, никогда не следил за чужими чувствами. – Но