С технической точки зрения его немые короткометражные фильмы используют сложные приемы монтажа и работу с изображениями, очень большую роль в них играет цвет и свет. Энгер сознательно отказывается от речи, дабы создать максимальный эффект с помощью пластических действий актеров (движений, жестов, крупных планов). Сочетание кадров и мелкие детали в них должны передавать сообщение режиссера, усиливаемое музыкальным сопровождением, которое часто написано не для фильма и соединено с ним причудливым образом. Не будет преувеличением заметить, что немые фильмы Энгера говорят еще и с помощью музыки: совпадение кадров и фраз песен приводит к особому эффекту раскрытия смысла каждого кадра. Пожалуй, наиболее такое совпадение обнаруживается в «Inauguration of the Pleasure Dome», где пир богов сопровождается «Глаголической мессой» чешского композитора Леоша Яначека. Формально месса является католическим богослужением, переведенным на церковнославянский язык, но месса Яначека – художественная обработка оригинальной мессы, что делает ее почти непригодной для богослужения. Энгер в фильме возвращает мессе ее изначальный смысл. Особенно насыщенными являются совпадения слов «Яко Ты есть Свет» с кадром Исиды с солнцем, кадры с Осирисом, сопровождаемые «Сыном Единородным…» и т. п. Таким образом, действу на экране сообщается очевидный литургический смысл. Того же самого эффекта в других фильмах Энгер достигает с помощью поп-музыки.
Значительную роль в картинах Энгера играет монтаж: сочетание кадров фактически оформляет его язык. Например, в «Rabbit’s Moon» постоянное появление луны задает повествованию особый смысл, а в «Scorpio Rising» сочетание зарисовок из жизни байкеров со съемками входа Христа в Иерусалим 393 проводит смысловую параллель между поклонением Христу и авторитарным лидерством у байкеров.
Но сюрреалистская и техническая стороны творчества Энгера не исчерпывают всех его особенностей, поскольку в своей основе вся его поэтика строится на эзотеризме.
Энгер-маг
То, что Энгер с юных лет был активным последователем «Ordo Templi Orientis» (О. Т. О.) и приверженцем идей Алистера Кроули, хорошо известно. Эта тема не раз освещалась в работах о его творчестве 394 и даже стала достоянием массовой культуры. Вот как, например, в романе Роберта Ирвина «Ложа чернокнижников» о контркультуре 1960‐х описывается один из его фильмов:
«Открытие храма наслаждений» я смотрел уже по пятому разу. Не считая нас с Гренвиллем, публика состояла из кинолюбителей, которые думали, что смотрят фильм. Но на самом деле Энджер поставил ритуал, обрекающий их души на проклятие. «Открытие храма наслаждений» – это сборище оккультистов. После окутанных дымом титров следуют призывания Гора – Венценосного младенца. Великий зверь, Шива, и его супруга Кали приветствуют гостей на обряде. Среди приглашенных Лилит, Изида, Пан и Астарта. Роль Гекаты исполнял сам Энджер. Чезаре – сомнамбула из фильма «Кабинет доктора Калигари» – воскрешен и принимает участие в мероприятии в роли дворецкого, а призрак Кроули, явившийся в голубоватой дымке, неотступно следует за участниками обряда. Яркий блеск и обилие плоти привораживают глаз. Это похоже на психоделический мюзикл, снятый в лавке старьевщика, где все отполировано до блеска 395.
В этом тексте любопытен попкультурный язык описания эзотеризма, создающий вокруг Энгера второй (по сравнению с его собственным) уровень мифологического описания. К этому мы вернемся немного позднее. Из прямых связей Кроули и Энгера можно указать на его известную поездку в Чефалу на Сицилию в полуразрушенное Телемское аббатство – место, которое стало на несколько лет центральным святилищем религии Кроули. Энгер некоторое время работает над восстановлением росписей Кроули на стенах дома, замазанных полицией после выселения мага с Сицилии. Результатом этой работы стал позже утерянный десятиминутный фильм «Телемское аббатство» (1955).
На самом деле все аспекты творчества Энгера проникнуты Кроули, даже написанный им разоблачительный бестселлер о жизни голливудских звезд «Голливудский Вавилон» (1975) помещает читателя в кроулианскую систему мысли с первых страниц. Уже на втором развороте книги, украшенном фотографией голливудских звезд на фоне планетарных декораций, красуется известная фраза английского мага: «Каждый мужчина и каждая женщина – это звезда». Чуть дальше уже в тексте книги Энгер делает отступление от основного повествования и пишет:
…английский эксперт по наркотикам Алистер Кроули, проезжая через Голливуд, охарактеризовал местных жителей как «киношную толпу помешанных на кокаине сексуальных психов». Вот это были денечки 396.
Сам же Энгер систематизирует разрозненные слухи и сплетни о селебрити через метафору Голливуда как Вавилона. Напомним, что в Библии Вавилон – это синоним смешения, мерзостей и идолослужения языческого мира. Для Кроули производное от Вавилона имя Бабалон стало эквивалентом языческого Пана, который позднее в его системе трансформировался в Багряную жену или Великую блудницу из библейского Апокалипсиса Иоанна Богослова. Если суммировать все эти образы, то можно предположить, что в Голливуде, как новом Вавилоне, Энгер видит несомненный признак приближения Эона Кроули.
Очевидных отсылок к кроулианскому эзотеризму в фильмах Энгера достаточно много. Наиболее известны в этом плане и постоянно обсуждаемы критиками и исследователями три его работы: «Inauguration of the Pleasure Dome», «Invocation of My Demon Brother» и «Lucifer Rising». В «Inauguration of the Pleasure Dome» образ самого Кроули периодически возникает на фоне отдельных сцен фильма, роли Исиды, Осириса, Пана и других богов следуют не общим мифологическим паттернам, а функциям, определяемым для них Кроули в его новой религиозной системе. Особую кроулианскую окраску фильму придает персонаж Багряной жены – ключевого лица новой магической мифологии 397. На ее роль Энгер пригласил Марджери Кэмерон, вдову Джека Парсонса, руководителя голливудской ложи «Агапэ», в которой состоял и сам 398. Употребление богами наркотических веществ также отсылает к роли психоактивных субстанций в магических операциях Кроули 399. Идея, что маг должен быть наполнен богом, лежит в основе всего фильма, где костюмированная вечеринка после принятия гостями особого напитка (нектара-амриты-сомы) превращается в вакхическое действо, участники которого как бы становятся богами, играя их роли. Энгер сам признавался, что в этом фильме он сочетал цвета, руководствуясь представлениями Кроули о духовном их значении. По мнению некоторых исследователей 400, такую же роль в фильме играет и обильное использование драгоценных камней, не только в виде украшений, но и в форме пищи для персонажей. В книге «Liber 777» Кроули приводит свою систему соответствий различных форм бытия друг другу, именно идеи из этой книги и использует Энгер в фильме.
«Invocation of My Demon Brother» по самому названию предполагает некий ритуал. Согласно идее Энгера, легко угадываемой в фильме, он строится вокруг кроулианского сюжета зачатия лунного ребенка, который должен знаменовать собой наступление новой эпохи в истории человечества. По учению Кроули, эта эпоха