Ну или можно просто выпнуть его с корабля — и пусть расхлёбывает свои проблемы сам. Не сдавать властям, — всё-таки я не хочу быть соучастником его убийства, — но и не везти на Землю. Нейтральный выбор, меньшее зло и прочее в этом духе… я ведь не ведьмак, чтобы подобные полумеры всегда приводили к наихудшему результату? Опять же, с его навыками в метаморфизме — в чём проблема сменить внешность и жить дальше среди марсиан? А трудности новой жизни и всенародная ненависть станут его расплатой за содеянное.
Никакой выгоды для меня, Земли или даже Марса, но в то же время моя совесть вроде бы как будет чиста.
Глава семьдесят девятая, спасительная
В итоге, отведя парня на пару минут за двери компрессионной камеры, я предложил ему последние два варианта на выбор:
Либо он становится моим и Агентства наёмником на коротком поводке и будет остаток жизни скрывать своё марсианское происхождение, либо я выкидываю его где-нибудь в долине Маринера, и пусть сам думает, как ему жить дальше. Отдельно предупредил, что если он где-то проебётся и Марс потребует у Земли его выдачи, никто не будет из-за него портить отношения с красной планетой.
Он не думал и секунды, сразу же согласившись на первый вариант и клятвенно меня заверив, что никогда больше не примет зелёную форму.
На том и порешили.
Но вскоре после взлёта вскрылась ещё одна непредвиденная проблема.
У Третьего, того, который был моим испытуемым, пока я тренировался снимать с людей секвидов, открылось кровотечение в ране на руке. Антикоагулянтного бинта, которым мы обмотали рану ещё на Марсе, оказалось недостаточно в условиях невесомости. Это известная проблема — сильное кровотечение при отсутствии гравитации остановить очень сложно, практически невозможно, уж слишком люди приспособлены к земному тяготению. Очень быстро бинт парня полностью пропитался кровью, и он начал терять около ста миллилитров в минуту, а продвинутый бортовой компьютер шаттла выдал нам, что на него бессмысленно тратить лекарства и бинты, так как он уже обречён.
— С-с-сука… — в сердцах прошипел он на бессердечное замечание машины.
— Ты же сказал, что всё будет в порядке! — упрекнул я Шейпсмита (так мой новый знакомый представился астронавтам).
— Я не думал, что люди такие хрупкие… — попытался оправдаться он.
Мда… Нужно спасать парня, а то он и правда истечёт тут кровью. Сигнал будет идти до Земли чуть больше трёх минут, потом ещё столько же обратно… быстрее будет смотаться самому.
— Сохраняй спокойствие, — тем временем пытался успокоить подчинённого капитан. — Мы что-нибудь придумаем.
— Мы спасём тебя, чувак, — добавил негр.
— Как? — уже почти сорвался в истерику Третий. — Кровь не останавливается! Я умру! Я тут умру! Я стану первым человеком, который умер на Марсе!
«Ну хоть в чём-то ты будешь первым…» — мысленно усмехнулся я, да и все остальные, наверное, тоже.
— Я слышала, в «рвотной комнате» смогли стабилизировать похожее кровотечение! — вспомнила вдруг единственная женщина в команде. — Нужно запечатать рану пузырьком с солевым раствором… но это временное решение. А нам лететь ещё неделю. Мы ведь не сможем провести операцию внутри пузыря, у нас ни специальных инструментов, ни хирурга нет.
— Сначала остановим кровь… — тут же ухватился за идею капитан. — Приготовь раствор, а ты…
— Я могу сделать так! — вдруг вмешался Шейпсмит, превратив свою ладонь во что-то вроде резиновой ленты, которой он легко мог накрыть всё предплечье раненого. — Ни капли не просочится.
— Э-э-э… — завис на секунду капитан. — Ты же не будешь держать его всю дорогу?
— Годится, — вмешался я. — Я телепортируюсь на Землю, скажу, чтобы готовили карантин и медиков, потом прилечу обратно и заберу его. В общем, нужно стабилизировать его всего минут на десять, не больше.
— Ты так можешь? — удивился кэп. Я кивнул. — Ну тогда да… и правда годится.
Раствор для раны уже был готов, и буквально за несколько секунд Шейпсмит обмотал ладонью руку астронавта, а девушка ввела в отверстие, которое метаморф сделал в своей руке, соляной раствор. После чего он стянул руку-бинт и закупорил все отверстия.
— Работает? — нервно кусая губы, спросил Третий. — Почему я нихуя не чувствую? Работает или нет?
— Успокойся! — прикрикнул на него кэп. — Чем больше ты нервничаешь, тем быстрее бьётся твое сердце и быстрее ты теряешь кровь! Вспомни, чему тебя учили!
— Держи его так, — говорю я Шейпсмиту, — я скоро вернусь.
Но, телепортировавшись по старым координатам прямо в его кабинет, не застаю Сесила на месте. Блядь! Я выскочил в коридор, сломав замок на двери, как раз чтобы увидеть хвостик куда-то спешащей новой ассистентки Стэдмана.
— Эд… — вот ведь, чуть сам не назвал её Эделманом! Дурной пример заразителен! — Марисоль! Стойте! Марисоль!
Каким-то чудом я даже вспомнил имя адъютантки! Выскочив вслед за ней в коридор, я поймал убегающую девушку за локоть.
— Мари! Мне нужен Сесил, и срочно! — как-то само собой получилось, что я сократил её имя. — Ничего, если я буду вас так называть?
Похоже, изначально она даже не осознала, что я звал её, — как будто уже совсем отвыкла от собственного имени, — а когда наконец поняла, что я обращаюсь к ней по реальному имени, а не кличке, выданной Сесилом… у неё аж глаза заблестели. Чёртов старикашка, совсем девушку забуллил.
— Непобедимый! — с восторженным придыханием пролепетала она. — Вы можете называть меня как хотите… ой, то есть я хотела сказать: директор Стэдман отбыл в Москву для переговоров о космической безопасности планеты. И это секретная информация… но вам, наверное, можно…
Воу… что это было?! Неужели на моём радаре фанатка? Интересно…
Так, стоп! Сейчас есть дела поважнее.
— Тогда задача для тебя! — взяв командный тон, говорю ей. — Организуй