Нарушения нормальной работы промышленных предприятий усугублялись дезорганизацией транспорта. Переброска из одних районов в другие хунвэйбинов и других «представителей революционных масс» (только за период с осени 1966 по февраль 1967 г. железные дороги перевезли более 20 млн таких бесплатных пассажиров), волнения и вооружённые столкновения, забастовки — всё это привело к нарушению графиков движения, к тому, что многие грузы месяцами ждали доставки к месту назначения. С большими перебоями работали морские порты Китая.
Расстройство работы транспорта повлияло не только на промышленность, но и на сельское хозяйство, так как значительную часть химических удобрений не удалось своевременно доставить для использования. Этот фактор добавился к порождённым «культурной революцией» дезорганизации сельского хозяйства, саботажу и др. Использование армии на сельскохозяйственных работах позволило удержать производство зерна от резкого спада, сохранив его примерно на уровне 1965 и 1966 гг., но в расчёте на душу населения оно упало, ухудшив и без того тяжёлое положение с продовольствием.
Об ущербе, который нанесла «культурная революция» народному хозяйству Китая, можно судить по следующим данным, характеризующим изменение основных экономических показателей КНР за 1957—1969 гг.
| Показатели | Единица измерения | 1957 г. | 1959 г. | 1965 г. | 1966 г. | 1968 г.* | 1969 г.* |
| Национальный доход | млрд юаней | 83,7 | 150,9 | 125,0 | 137,0 | 125,0 | 131,0 |
| Валовая продукция промышленности | » | 70,4 | 163,0 | 122,0 | 135,0 | 120,0 | 130,0 |
| Валовая продукция сельского хозяйства | » | 53,7 | 60,0 | 55,0 | 55,0 | 55,0 | 60,0 |
| Общий объем капиталовложений из бюджета | » | 13,8 | 26,7 | 13,5 | 13,0 | 8,0 | — |
| Объем капиталовложений в промышленность | » | 7,2 | 20,2 | 6,5 | 6,5 | 4,0 | — |
| Военные расходы (прямые) | » | 5,5 | 5,8 | 12,5 | 13, | 17,0 | 18—19 |
* Показатели за 1968—1969 гг. даны по предварительной оценке.
Эти данные показывают, что постепенное приближение к уровню 1959 г., выразившееся в показателях 1965—1966 гг., было прервано в результате «культурной революции», сопровождавшейся отказом от «линии на урегулирование» и возвратом к маоцзэдуновскому хозяйственному курсу. Вызвавший резкий спад в экономике Китая в годы «большого скачка», этот курс в 1967—1968 гг. вновь обнаружил свою несостоятельность, привёл к новому спаду.
«Нынешняя культурная революция стоила нам очень дорого»,— вынужден был признать Мао Цзэдун в одном из своих выступлений в августе 1967 г. Напуганное экономическими потерями, маоистское руководство с конца 1967 г. принялось за проведение мер, направленных на обуздание хунвэйбинов и цзаофаней, усиление контроля армии в хозяйственных органах и на предприятиях. Хозяйственно-организаторские функции, которые прежде выполнял партийный и государственный аппарат, теперь, после его разгрома, были возложены на «революционные комитеты», в которых решающую роль играют представители армии и с помощью которых маоисты надеются устранить экономические последствия «культурной революции».
Затронув в своём выступлении в Пекинском ревкоме в сентябре 1967 г. вопрос об экономических потерях, вызванных проведением «культурной революции», Чжоу Эньлай пообещал: «Если революция удастся, то за полгода всё наверстаем». С тех пор прошло немало времени, но «наверстать» не удаётся. С помощью армии маоисты приостановили спад производства, но военные методы не могут помочь в решении назревших задач экономического развития страны. На его темпах болезненно отражается фактический перерыв в капитальном строительстве, вызванный «культурной революцией», ослабление управленческих и технических служб на предприятиях в результате массового сокращения специалистов, увеличение военных расходов, препятствующих развитию энергетической базы, транспорта и других узких звеньев народного хозяйства Китая, сдерживающих его подъём.
Жизнь показывает, что наведение внешнего «порядка» путём укрепления военно-бюрократического режима не привело к оздоровлению экономики Китая. Военизация страны вопреки расчётам маоистов не способствует и не может способствовать росту производственной активности трудящихся. Не может ему содействовать и система трудовых повинностей, вынуждающая миллионы крестьян идти на временную, тяжёлую и нищенски оплачиваемую работу в промышленности, а сотни тысяч людей умственного труда переселяться в деревни для выполнения крестьянских работ. Не могут оздоровить экономику меры, направленные к тому, чтобы заставить многомиллионное население Китая в условиях полунатуральных, разобщённых хозяйственных ячеек поднимать производство голыми руками, на основе ручного, неквалифицированного труда, «стимулируемого» не моральной и материальной заинтересованностью работников в его результатах, а политической демагогией, командами надсмотрщиков и угрозами репрессий. Не может оздоровить экономику растрата на военные расходы средств, выжимаемых за счёт снижения жизненного уровня народа.
На Ⅸ съезде КПК Линь Бяо заявил, что «нужно заботиться о жизни народных масс». Но это осталось пустой фразой, которой противоречат установки съезда по экономическим вопросам.
Съезд не выработал практических рекомендаций, а лишь повторил положения, призванные служить «теоретическим обоснованием» маоцзэдуновского курса. В докладе Линь Бяо опять прозвучал тезис о политике как командной силе, о стимулировании производства посредством «революции в области надстройки», критики «ревизионистской линии», и вновь — по традиции, установившейся в маоистской пропаганде,— слова В. И. Ленина о первенстве политики над экономикой истолковывались как оправдание произвола в политике. Снова была провозглашена формула: «сельское хозяйство является основой народного хозяйства, а промышленность — его ведущей силой» — формула, в корне противоположная ленинской идее о развитии индустрии как основы социалистического преобразования народного хозяйства. И ещё раз было подтверждено, что окружение Мао Цзэдуна по-прежнему намерено проводить курс «опоры на собственные силы», закрепляющий экономическую разобщенность хозяйственных