— Увы, господин граф, его величество уже ушёл через потайной ход в свои покои, чтоб переодеться перед встречей с друзьями в малой гербовой гостиной, — сообщил он и заметив невольную усмешку Марка, поспешил добавить: — Он велел вам так же быть там.
— Он злится? — прямо спросил Марк.
— Скажем так, он рассержен, прежде всего, потому что озабочен вашей безопасностью, — осторожно произнёс де Мюллан. — Я полагаю, вам следует успокоить его и пообещать больше не поступать так.
— Разве можно обманывать короля? — не скрывая иронии, уточнил Марк.
— Не думаю, что он поверит вашим обещаниям, — в тон ему ответил офицер, — но это даст ему возможность принять ваши извинения.
— Я благодарен вам за совет, Лорент, и, пожалуй, воспользуюсь им!
Раскланявшись с молодым человеком, он направился к выходу из приёмной. Проходя по шумным залам дворца, Марк кивал в ответ на приветствия придворных и продолжал улыбаться. Он прекрасно знал, что Жоан редко пользуется потайным ходом из кабинета, предпочитая проходить через приёмную. И было ясно, что он просто сбежал, чтоб не столкнуться с Марком. Это был поступок не короля, а обиженного ребёнка, и он снова напомнил ему те давние времена, когда этот уже славный государь был для него лишь маленьким герцогом, очаровательным и капризным малышом с каштановыми кудряшками, искренне считавшим королевского оруженосца своей нянькой и, следовательно, своей собственностью.
Малая гербовая гостиная располагалась в южном крыле дворца. Этот небольшой и довольно уютный зал украшал камин, массивная дубовая полка которого покоилась на искусно выточенных из мрамора фигурках рыцарей в латах. На стенах было развешано множество резных, раскрашенных в яркие геральдические цвета гербов. Посреди зала стоял накрытый к позднему ужину стол, вокруг которого уже стояли несколько человек — ближайшие друзья короля. Они приветствовали Марка, не скрывая своего любопытства.
— Что это за история с дуэлью, на которую ты не явился? — сходу спросил барон Аллар, и остальные закивали, подтверждая, что тоже хотят услышать подробности.
— Потерпите, — проворчал Марк, подходя к ним. — Король наверняка захочет услышать эту историю, и нет смысла повторять её дважды.
— Я хочу не только услышать эту историю! — раздался позади суровый голос Жоана. — Я хочу составить своё мнение о доле участия каждого в этом деле, чтоб воздать по заслугам не только тебе! — король вошёл в гостиную и жестом предложил своим гостям занять места за столом. — Я так же хочу сказать тебе, что крайне разочарован! Как ты мог решиться на такой позор? Согласиться на поединок с этой странной девицей! И этот мальчишка Рибер-Артуа! Как он посмел втянуть тебя в это дело? Почему ты его послушал?
— Всё не так, ваше величество! — поспешил возразить Марк, глядя, как Жоан садится в своё кресло во главе стола. — Это не он втянул меня в это дело, а я его! Александр де Рибер-Артуа на редкость разумный юноша, и он знает буквально всё о правилах рыцарских дуэлей и турниров! Потому я и прибег к его помощи. Конечно, я понимал, что благородный рыцарь ни в коем случае не должен принимать вызов дамы, но мне нужен был этот поединок, чтоб вывести преступницу на чистую воду. Потому я и уговорил этого юношу найти предлог, чтоб я не смог уклониться от её вызова. И он это сделал! Не наказывайте его! А если желаете наказать, то перенесите это наказание на меня, поскольку, зная мой статус, он не мог мне отказать!
— Ну, конечно! — с сарказмом воскликнул Жоан. — Правнук графа де Рибер-Артуа не осмелился отказать графу де Лорму!
— Марк умеет убеждать! — усмехнулся барон Адемар. — Где этому юноше было устоять перед его доводами и, более того, перед его обаянием!
Король презрительно фыркнул, взглянув на него и снова обернулся к Марку.
— А эта девица Беренгар, явившаяся на поединок вместо тебя? Как она посмела отравить друга короля?
— Она меня не травила! — запротестовал Марк. — Она добавила мне в вино сильное, но совершенно безвредное снотворное. И сделала она это исключительно в моих интересах! Она избавила меня от позора поединка с дамой и приняла на себя риск удара отравленным клинком. Конечно, она думала и о мести за своего убитого жениха. Её сердце разбито, а эта женщина могла ускользнуть от правосудия и собиралась убить меня. Селена поступила так, как велело ей её благородное сердце! Она знала, что я не откажусь от этой схватки и не позволю ей занять моё место, но осознавала свой долг — отомстить за Арсена де Лариве и остановить эту чертовку!
— Как трогательно, — проворчал Жоан, прерывая поток его красноречия. — Надеюсь, ты неплохо выспался!
— Честно говоря, да! — подтвердил Марк.
— Садись! А то стоишь тут, как памятник самому себе в то время, как остальные уже расселись и осматривают стол голодными глазами. Приступайте к трапезе! Вам что, нужно особое приглашение? А ты, Марк, изволь всё-таки рассказать нам эту историю.
— Я готов, — ответил тот и кивнул слуге, наполнившему его кубок.
Пересказывая заново все подробности этого странного дела, Марк снова старался взглянуть на него со стороны, и при этом следил за лицами своих заинтересованных слушателей. Не сомневаясь в их остром уме и природной наблюдательности, он надеялся, что кто-то из них заметит нестыковки в фактах, которые могли ускользнуть от него. Они слушали внимательно, и до самого конца его рассказа никто не проронил ни слова.
— Это всё ужасно, — пробормотал Бертран Нуаре, когда он закончил. — Эти женщины действительно убивали мужчин ради денег, не испытывая никаких угрызений совести?
— Именно так, друг мой, — кивнул Марк. — Я говорил с ними, и мне показалось, что они вовсе не считали свои действия чем-то предосудительным. То, что начиналось с законной мести, потом превратилось в коммерческое дело на крови. Им нужны были деньги, и они не задумывались об остальном.
— Подумать только! Две женщины смогли совершить столько убийств, — мрачно проговорил Аллар. — Одна уже получила по заслугам, но и вторая, эта де Мелантен тоже несёт всю полноту ответственности за эти убийства!
— К сожалению, дорогой Танкред,