- Прости. Я точно не знал куда что класть, - он как-то криво и смущенно улыбнулся, опуская тряпку. - Кое-что Риз подсказала. Остальное наугад. Надеюсь, ничего не испортил.
Я обошла мастерскую, касаясь знакомых поверхностей. Все было на месте. Именно на месте. Как в лучшие дни. Только чище, аккуратнее... и словно наполнено новой энергией.
Я остановилась перед ним. Слезы вдруг подступили к глазам, но это были не слезы обиды. Это были слезы облегчения, признания его искренности.
- Ты что... Ты сделал это сам? - прошептала я. - Один? Без слуг?
- Ну не совсем, - он ответил просто, глядя мне в глаза и на его руке вспыхнула магия. - Еще мне помогало вот это. Знаешь, без заклинаний было бы немного сложно склеить записи. Ну и эти ребята тоже немного помогли. - Он улыбнулся Игнире, который тут же смущенно вспыхнула ярче.
Он осторожно взял мою перебинтованную руку, не сжимая, просто прикасаясь кончиками пальцев к непострадавшей коже.
- Я не буду просить прощения снова. Я прошу шанса заслужить его делами. День за днем. Каждый день. Начиная с этого. - Он глубоко вздохнул. - Я люблю тебя. Люблю Олли - ту, что творит здесь чудеса из стекла и огня. Ту, чьи друзья - огненные духи. Ту, чьи руки носят эти шрамы. Ту, чье сердце раз за разом зовет спасать из беды тех, кому нужна помощь не смотря ни на что.
Я смотрела на него - на сажу на щеке, взъерошенные волосы, в серьезные серые глаза, на мастерскую, сияющую благодаря его ночному труду. На элементалей, резвящихся рядом, как символ принятия им всей моей сути.
Лед вокруг сердца треснул.
- Ты испачкался. Принц, - прошептала я, шагая вперед и вытирая сажу на его плече. - И ты... невероятный идиот. Но да. Я тоже тебя люблю. Все еще люблю.
- Ну че, ура что ли?! - радостно заорал Жаро и вместе с Игнир взлетел к потолку, осыпая нас фейерверком искр.
- Вот глупый, - буркнула я и спрятала счастливое лицо на груди Алвара. А он осторожно прижал меня к себе, обнимая бережно и нежно.
Мое хрустальное королевство возродилось из осколков.
И пусть оно станет началом чего-то нового. Пусть трудного, выстраданного, но нашего.
КОНЕЦ