Через неделю отправили долечиваться домой.
О погибших в «Клубе» Мизинец узнал еще в больнице. Погиб Оз. Погиб Крафт. Погиб администратор компьютерного клуба. Погиб мужчина, которого в «Клубе» называли Романычем. Погибли братья Ежевикины и Смурф. Говорили, что потолок «Клуба» рухнул из-за аварийного состояния здания.
Кляп потерял в урагане маму. Ее нашли недалеко от «Клуба», приваленную секцией бетонного забора: пошла в ураган за сыном. Руся потерял сестру. Дедушка Зиппо полдня пролежал под обломками крыши летней кухни, но его спасли.
Все, что происходило в следующие несколько недель, напоминало пораженную вирусом компьютерную игру. Хаотичные движения, порывистые слова… и где-то за всем этим — потерянный смысл.
Они — Мизинец, Кляп, Даник, Зиппо, Руся — не сразу разговорились о случившемся. Даже после того, как Мизинец собрал всех в компьютерном клубе «Gravi» (сняли комнату с приставками, чтобы никто не мешал). Он спрашивал, парни нехотя отвечали. А потом пошло-поехало.
Страшный сон видел не только он, Мизинец. Видели все, один и тот же кошмар. Они все побывали, как выразился Даник, в Другом Урагане.
Руся признался, что не сразу вспомнил об этом. Кляп подтвердил. Кивнули Даник и Зиппо. Рассказывали, строили предположения.
Чем был их страшный сон, путь в Другом Урагане? Чем было это сверхъестественное путешествие? Групповым видением? Чьим-то посланием? Испытанием на границе миров? Галлюцинацией, вызванной силовыми полями Стены? Или подглядыванием в замочную скважину (очень-очень широкую) альтернативной реальности? А может, ураган был разумным, как океан в «Солярисе» Лема или облако в «На высоте» Хилла?
Ни к чему не пришли. На некоторые вопросы нельзя получить ответы. Не здесь, не сейчас.
Сам же Мизинец так и не остановился на каком-либо варианте. Что толку перебирать крупицы иррационального? Утвердился лишь в одном: ему (им) дали шанс. Как минимум — шанс стать чуточку лучше. Понимали ли это другие парни? Он никогда не спрашивал.
Руся предложил называться Пережившими Дракона.
Больше всех мог рассказать Зиппо. В Другом Урагане он продержался дольше других. Когда закончил рассказ — поведал о том, как поджарил Смурфа и брата-один, — глаза парней светились. Это было нехорошо, но смерть Смурфа (Другого Смурфа) сделала Мизинца счастливым.
Мизинцу казалось, что он знает этих ребят давным-давно. Добродушного, правильного Даника. Верного Кляпа. Позера Русю. Цитатника Зиппо. Зиппо продолжал сыпать фразами киногероев, но Мизинец запомнил только одну. Унес с собой в университетскую жизнь: «У меня внутри есть что-то, что предназначено лично для тебя». Он вспоминал эту фразу каждый раз, когда рядом был Кляп и они могли быть самими собой.
Реабилитация заняла месяц. Мизинец глотал анальгетики. Наращивая нагрузки, занимался по программе (упражнения и дыхательная гимнастика). Мама следила за белковой диетой.
Закончил десятый класс (школа пострадала не сильно, но ремонт продолжался целый год). Перешел в одиннадцатый. В прошлом осталось то время, когда он задирал таких, как Оз. Нет, он не стал другом для остальных отщепенцев десятого «Б», но никогда не позволял себе — и другим в своем присутствии — колкостей и издевок по отношению к слабым.
Он купил несколько книг об ураганах, но снял их с полки только во время учебы в гидрометеорологическом университете.
Хотел написать рассказ о подростках, бегущих внутри урагана, но дальше нескольких предложений дело не пошло:
«Трудно взглянуть в глаза врагу, если ты крошечный, жалкий. Если у врага лишь один глаз, и ты бежишь в глубине его зрачка.
Зато циклоп видит тебя — мошку, соринку. Пытается сморгнуть.
— Уходим! — крикнул Мизинец. — Стена близко!»
Тогда он стал просто записывать воспоминания.
Группа Переживших Дракона собиралась какое-то время, как подпольщики, как клуб «Анонимных алкоголиков». Смеялись, спорили, ругались. Играли в психологов. Рассматривали реальные схемы движения урагана и рисовали свои, отмечали города, сравнивали. Они никому не рассказывали о том, что случилось в Другом Урагане. Во всяком случае, Мизинец. В последний школьный год стали собираться все реже. Первым не пришел Руся. Потом Зиппо… Группа распалась.
Первое время, засыпая, Мизинец не был уверен, что, открыв глаза, увидит собственную комнату. Может, звездное небо. Или растрескавшийся потолок пригородного вокзала. Но это прошло. Не быстро, но прошло.
Забывать оказалось не так уж и трудно.
Примерно через неделю после того, как увидел свою фамилию в списках зачисленных, Мизинец провел ревизию шкафа: перебрал тетради, которые исписал во время подготовки к поступлению. Нашел заполненную на треть общую тетрадь с выведенным от руки на обложке: «В глазе урагана».
Воспоминания Переживших Дракона. Истории пятерых, сведенные в одну.
Мизинец вспомнил о пережитом сверхъестественном приключении, только перечитав текст несколько раз. Потом долго сидел и смотрел в окно. «Неужели, — подумал он, — мы смогли пройти через это? Даже понарошку. Почти понарошку».
Почему они записали все это? Боялись забыть, стали забывать уже тогда.
Он разобрал тетрадь на двойные листы, порвал их на мелкие кусочки и смыл в унитаз. Перед тем как заснуть в тот день, думал об Озе. Как он там? По-прежнему идет в урагане? Или ураган закончился и Оз с мальчиком отстраивают новый мир?
Мизинец хотел в это верить, и он верил.
А потом забыл.
Ему понадобилось несколько лет (и вся жизнь), чтобы окончательно выбраться из того урагана.
Однажды — на третьем курсе метеорологического факультета — он увидел в окно парня и мальчика.
Они шли сквозь ливень, держась за руки, и, казалось, не мокли.
Мизинец улыбнулся, глядя на них. Потом протер стекло рукой — глупо: вся влага была с другой стороны, — и парень с мальчиком исчезли.
Но улыбка осталась.
6
— Был хаос, был туман, а потом небо и земля отделились друг от друга. Духи пяти стихий приняли облик пяти старцев. Первый стал хозяином земли. Второй стал хозяином огня. Третий — хозяином воды. Четвертый назвался хозяином дерева. Пятый — хозяином металлов.
Старцы объединили силы и опустили землю и воду вниз, а небо подняли высоко вверх, подперли его сторонами света. Земля отвердела до самых глубин, возникли равнины и горы, вода растеклась в озера и реки. В небесах возникли солнце, луна и звезды. Хозяин земли создал песок. Хозяин огня дал огонь. Хозяин воды слепил облака и тучи. Выросли деревья и травы, родились животные, птицы, рыбы, змеи и насекомые. Из песка выползли черепахи. Хозяин дерева и хозяин металла соединили свет и тьму — так появились люди.
Так появился мир.
Так говорил мальчик.
— В пятую из падающих эпох не родится ни один Спаситель.