Поднявшись вверх, девушки свернули в коридор, вход в который был выполнен в виде арки. Чем дальше они шли, тем меньше людей встречалось им на пути. Каменные стены коридора вызывали странное нагнетающее чувство, а факелы, что освещали их, желание поскорее покинуть мрачное помещение.
Остановившись, Леора резко развернулась лицом к Сильвии. Девушка машинально соединила где-то на уровне таза ладони, позволяя своим пальцам переплестись между собой.
— Я очень сожалею о том, что произошло.
— Все нормально, — спокойно сказала Сильвия, хотя по ее холодному взору вряд ли можно было сказать, что все было нормально. Внутри бушевали странные чувства. В своей прошлой жизни Сильвия и раньше испытывала предательства, но этот случай лишь оживил ее воспоминания. — Ты ведь просто хотела пройти испытание? Будь я на твоем месте, возможно, поступила бы также.
Брови Леоры сомкнулись. В ее глазах появилась жалость. Она выглядела, как голодный и брошенный щенок.
— Не говори так, — тихо прошептала девушка. — Я же вижу, что ты врешь.
— И что? — сорвалось с губ Сильвии. — Скажешь, что взрослым врать нехорошо?
— Нет. — Леора отрицательно покачала головой. — Просто позволь мне принести свои извинения.
Сильвия тяжело вздохнула. Она не хотела продолжать этот разговор. И уж тем более не хотела наблюдать за унижением этой бедной девушки. На самом деле ее задевала не столько Леора, сколько сама ситуация.
— Ты уже это сделала. — Повернувшись полубоком, Сильвия бегло взглянула на девушку в белом. — Я могу идти?
Леора разомкнула ладони, позволяя своим рукам опуститься по швам. Взгляд ее стал серьезнее.
— Нет, — уверенно произнесла она. — Я хочу, чтобы ты сказала то, что ты думаешь на самом деле.
— Зачем?
Наступила тишина. Растерянность Леоры можно было уловить даже невооруженным глазом.
— Для того, — девушка вновь опустила взгляд в пол, — чтобы очистить мою совесть.
Сильвия усмехнулась. Повернувшись всем телом к девушке, она высоко задрала голову.
«В итоге весь этот разговор был затеян для того, чтобы отчистить собственную совесть. Что за жалкая черта всего рода человеческого».
— Тогда слушай. — Пронзительный взгляд поднялся на виноватое лицо Леоры. — Я вас ненавижу. Вся ваша троица вызывает во мне лишь жалость и презрение, однако делать что-то против вас, и уж тем более мстить, я не собираюсь. Это не стоит моего времени и сил.
Леора прикусила нижнюю губу. В ее глазах появились слезы, но сама она пыталась сохранять спокойствие. Меньше всего она сейчас хотела вызвать жалость.
— Спасибо, — дрожащими губами прошептала она. — За откровенность.
Сильвия задумчиво наклонила голову. Так ли нужна была ей эта правда? Что за странная черта характера, требующая честности и правильности всех поступков?
— Как там остальные? — Отведя взгляд в сторону, девочка невольно поджала губы. Она уже давно хотела узнать, что случилось с теми, кто проходил испытание вместе с ней. Лучшим способом сделать это было спросить на прямую.
Леора удивленно расширила глаза. Сначала она удивленно замерла, будто спрашивая о том, не ослышалась ли она, но затем на ее губах появилась грустная улыбка.
— Син-Тус и Георг попали в пантеон технических практик. А я…
— Пантеон углубленных практик, — завершила предложение Сильвия. — Не удивительно, ты ведь ярко выраженный маг земли.
Леора кивнула. Девушка неуверенно осмотрела Сильвию и ее форму. Она прекрасно знала, куда распределяли тех, кто не являлся на первую встречу. И в частности из-за этого она чувствовала вину. Открыв рот, девушка попыталась заговорить, но тут же словила на себе раздраженный взгляд Сильвии.
— Даже не думай извиняться. — Девочка недовольно нахмурилась. — Я стала частью академии и то, что я теперь теоретик — это вовсе не слабость. Вы все просто недооцениваете меня и, — Сильвия опустила взор вниз, — мой пантеон.
Она не понимала почему говорила это. Потому, что ей надоело это принижение или потому, что действительно считала пантеон теоретиков каким-то особенным?
— Хорошо, — Леора уверенно кивнула. — Тогда я пойду, мне надо подготовиться.
Махнув рукой, Сильвия повернулась спиной к девушке и вновь направилась в сторону трибун. Все, что она смогла сказать на прощание, так это: «Удачи».
Одной проблемой на ее душе стало меньше. Она наконец-то разобралась с тем, что мучило ее еще со вступительного испытания, только вот теперь Сильвия начала задумываться над сказанными ею словами. Она сказала, что ненавидит эту троицу, но в то же время она и не собирается им мстить. Тогда почему в случае с Мелиссой все было иначе?
Вернувшись на трибуны, Сильвия устало рухнула на сидение. После этого разговора девочка чувствовала себя опустошенной, но в то же время она была рада тому, что смогла расставить все на свои места.
— Поговорили? — Кассандра сидела рядом и, не отводя взгляда от арены, перебирала в руках подол своей длинной юбки.
Сильвия машинально улыбнулась и, взглянув на девушку, сидящую рядом, кивнула. Она чувствовала облегчение.
— Да, все хорошо. Можешь не волноваться.
Кассандра бегло взглянула на девичье лицо. Ни во взгляде Сильвии, ни в ее интонации не было ничего настораживающего. Казалось, будто девочке стало только лучше и этот разговор пошел ей на пользу. Переведя взгляд обратно на арену, медсестра недовольно хмыкнула.
— Никто тут и не волновался.
Сильвия также перевела внимание на арену, пробегаясь взглядом по разным группам людей, которые сейчас сражались. Кто-то проигрывал, кто-то выигрывал. Главное, что постоянно менялись бойцы, и это обеспечивало какую-то беготню.
— Как именно новички выбирают противников? — Неожиданно задумалась Сильвия. — Не нужно же заранее что-то сообщать или…
— Нет, — резко оборвала медсестра, скрещивая руки на уровне груди, будто бы ей было холодно. — Выходишь на арену, подходишь к своему судье и его помощник бежит искать твоего оппонента. Главное, чтобы он был на арене. Если он есть, поверь, он найдется быстро. Отклонить предложение поединка на посвящении ни в коем случае нельзя.
— Кстати говоря, — неожиданно вспомнила Сильвия, — разве слабым не запрещено вызывать сильных?
— Посвящение — это исключение, к тому же, — Кассандра обратила свой взор на парочку, что находилась ближе всего к ним на арене. В этот момент один из противников перекинул через себя новичка и ударил по его животу ногой, вколачивая его в землю будто гвоздь. У раненого изо рта сразу пошла кровь, а сам он потерял сознание. — Очень мало находится дураков, что добровольно вызывают сильных воинов.
Сильвия наблюдала за этой картиной с полной невозмутимостью. Еще недавно она лежала в подобной позе, при подобных обстоятельствах, но немного в ином месте. Более того, вид крови и насилия сейчас перестал