— Вы… — настороженно произнес Воран, поправляя очки на своем лице. — По какой причине вы присутствуете здесь?
Айзек, Ренот и Магнолия переглянулись. Будто мысленно приняв для себя решение, они закивали и хором произнесли:
— Мы хотим доказать невиновность Сильвии Роллан.
Магнолия сделала еще несколько шагов вперед и с уверенностью в голосе продолжила:
— Я бы хотела поделиться своими воспоминаниями для того, чтобы показать, что произошло в тот день, когда на нас напало теневое существо.
Воран приподнял взгляд к королю, будто бы спрашивая у него разрешения. В то же время Сильвия, все еще стоявшая возле пьедестала первосвященника, задумчиво приподняла на него взгляд.
Всего лишь на мгновение, буквально на пару секунд, но лицо Рунне исказилось в гримасе удивления. При виде этого Сильвия радостно и даже как-то победно заулыбалась.
— Тогда, — заговорил Рунне с надеждой в голосе, — магом, который проведет заклинание…
— Буду я, — неожиданно прозвучал звонкий женский голос. Следом за голосом зазвучал и стук каблуков. Вероника подошла к сцене, на которой стояла Сильвия, и уверенно поднялась на нее. Подобное поведение вызвало всеобщее волнение, ведь во время суда на сцене мог находиться только обвиненный. То, что делала Вероника, показывало ее отношение к этому суду, а также ее не признание вины самой Сильвии.
— Вероника? — настороженно спросил Рунне, рассматривая знакомую женскую фигуру. Девушка, в полупрозрачной черной юбке, из-под которой торчал ее черный купальник с длинными рукавами и золотой вышивкой, приподняла голову к первосвященнику и натянуто улыбнулась.
— Мне тоже хочется докопаться до правды, — ответила Вероника. — Вы же не будете против, мистер первосвященник?
Рунне замолчал. Его отказ королевскому магу можно было бы трактовать несколькими разными способами, самый неприятный из которых — это недоверие к правящей семье.
— Ты достойная ученица нашей академии, — с полуулыбкой произнес Рунне. — Тебе можно доверить это дело.
Вероника хмыкнула. Отбросив назад свои длинные каштановые волосы, она плавно направилась в сторону Магнолии.
— Кто бы сомневался.
Наступило напряженное ожидание. Вероника остановилась напротив воительницы и, положив обе руки на ее плечи, произнесла:
— Я попытаюсь отмотать твои воспоминания к нужному моменту как можно быстрее. Просто расслабься и представь то, что именно ты хочешь показать. Я все пойму.
Магнолия кивнула. Опустив обе руки, она закрыла глаза и попыталась сосредоточиться. Неожиданно вокруг Вероники завились ветряные потоки. В зале повеяло холодом. Волшебница, подчинив себе все течение ветра в этом здании, создала одну довольно крупную ветряную воронку, прямо над своей головой. Эту воронку было видно отовсюду. Сгустки ветра, принявшие видимый облик, побелели, а на их фоне начали вырисовываться быстро мелькающие изображения.
Картины жизни Магнолии были самыми разными, но не особо примечательными. Периодически в них можно было различить родовое поместье Магнолии, ее родителей, ее академию и ее товарищей. Спустя некоторое время все эти сцены начали замедляться, а вместо привычных сцен мирной жизни появились тренировки, сражения, миссии. В какой-то момент, будто добравшись до нужных воспоминаний, данные сцены прекратили свое быстрое течение и начали медленно сменяться одна другой.
В ветряном потоке появилась фигура девочки, вышедшей на дорогу прямо перед торговой гильдией. Следом появилось несколько сцен совместных обедов, встреч и обсуждений. Каждое слово начало воспроизводиться в ветряном потоке в виде цепочки текста где-то внизу. Благодаря этому тексту можно было понять даже то, о чем говорила Магнолия с Сильвией.
Следом за этими мирными сценами появилась сцена сражения с бандитами, а после и продолжение путешествия.
Сильвия, следившая за этим, увидела знакомую дорогу, ведущую к злополучному отдаленному городу. Следом за этой дорогой шли сцены, обустройства торговцев в городе, еще один разговор Сильвии и Магнолии, а затем и внезапное возникновение теневого зверя.
Во время той сцены, когда теневой зверь появился, Магнолия увидела убегающую от него Сильвию. Зверь, пусть и не живой ныне, вселял ужас. Зрители, участники суда, а также сама королевская семья ужаснулись при виде этого страшного создания. Казалось, будто от самих воспоминаний Магнолии исходила та темная энергия, которая принадлежала этому созданию.
В своих воспоминаниях Магнолия закричала, зверь заметил ее и бросился на нее. Следом она уже видела перед собой спину Сильвии, вставшую на ее защиту, и ее кровь, стекающую из пронзенного острыми клыками девичьего тела.
Картины вновь начали сменяться одна другой. Сражение, попытка дать отпор, вновь падение, вновь Сильвия пытается закрыть ее собой. Кровь, страх, зловещее пугающее существо и четкое желание бежать. Бросить все и бежать со всех ног.
В какие-то моменты внизу, где появлялся текст во время разговоров, начали появляться и сами мысли Магнолии. Мысли, которые она даже не успевала озвучивать, просто проносились в ее сознании и раз за разом кричали ей то убегать, то вставать и сражаться.
Сэм, наблюдавший за всем этим, удивленно опустил взгляд на сцену, на которой стояла Сильвия. Девочка смотрела на эти воспоминания с полным спокойствием и даже каким-то безразличием. Будто бы в этих воспоминаниях сражалась не она вовсе.
— Сильвия… — с болью в голосе протянул Сэм, уже просто не желая продолжать смотреть на все это.
«А со стороны я выглядел совсем жалко, — думала Сильвия, опустившая голову в этот момент. — С этим нужно что-то сделать. Не могу же я вечно оставаться таким слабым?»
Когда воспоминания Сильвии закончились, зал все еще был погружен в тишину. Множество взглядов, до этого момента направленных на магию Вероники, переместились на Сильвию.
— Вам еще нужны какие-то доказательства? — неожиданно спросила девочка, поворачивая голову к Рунне.
— Я… — протянул мужчина, начиная хмуриться. — Признаю, что тьма была получена тобой не от сделки с темным богом.
— И на том спасибо.
— Но я все еще не могу понять, — решительно продолжил первосвященник, все больше начиная распаляться, — откуда у такого ребенка, как ты, такая сила? Не может же быть, что у нулевой есть такие способности? Что это? Откуда?
— Откуда? — повторил голос поблизости. На пьедестал, на котором стояли Оскар и Драгош, вышел Му Дзен. Парни при виде старейшины почтительно поклонились и отступили. — Вы не вправе задавать ученику другой академии подобные вопросы. Или мне стоит напомнить вам о неприкосновенности методик обучения?
Рунне нахмурился. Все его спокойствие будто испарилось и сменилось злостью. Так и не придумав ответа на этот вопрос, мужчина замолчал. Тогда голос неожиданно донесся с балкона самого короля. Люди замолчали и с волнением посмотрели на своего правителя.
— Очевидно, — произнес Ирнес, не отводя взгляда от сцены, на которой стояла