Раймонд, внимательно слушавший слова жены, расстроенно цокнул, покачал головой и протянул:
— Какое поколение пошло…
— И не говори, — соглашалась Люсия. — Одно расстройство.
Годфрид становился все злее. Плотно сжимая ладони в кулаки, он недовольно протянул:
— Да, как вы…
— Годфрид! — внезапно перебил строгий голос короля.
Услышав этот зов, принц сразу смолк и оглянулся. Встретившись с сердитым взглядом своего отца, парень сразу успокоился и стих. Он знал, что в такие моменты ему не стоило вмешиваться.
— Ролланы, — чуть громче и спокойнее заговорил Ирнес, переводя внимание на прибывшее семейство, — мы не будем проводить официальный суд, так как ваша семья уже привлекалась к подобному виду наказания.
— И оправдала себя, между прочим, — с улыбкой дополняла Люсия.
— Однако, — продолжал Ирнес, — мы не будем выносить поспешное решение и обвинять вас в чем-то.
— Потому что не имеете права, — снова вмешивалась женщина.
Плотно стиснув зубы и все же наконец-то посмотрев в сторону Люсии, Ирнес на долю секунды смолк. Взгляд женщины, устремленный исключительно на него, казался до ужаса зловещим и даже злорадным. Люсия явно делала все это не просто так, и это злило гораздо сильнее.
Низким строгим тоном король многозначительно ответил:
— Мы могли бы уже сейчас посадить вас в темницу и наказать.
— Но другие аристократы встанут на нашу сторону, — продолжала Люсия, улыбаясь еще шире, будто бы ее провокации все же возымели желаемый эффект, — так как наказание без суда целого рода равняется войне против аристократии.
Ирнес замолчал. Тяжело вздохнув и вновь опустив взгляд, он подумал:
«Ненавижу с ней спорить. Никогда не получалось выиграть».
Продолжение этого разговора было бессмысленно. Люсия не боялась наказания и это было сразу понятно, а король, вступавший в столь глупые перепалки, казался настоящим простаком в глазах остальных. Поэтому, решив сменить тему, Ирнес заговорил:
— Через несколько дней Первосвященник прибудет во дворец. Сразу после этого мы проведем официальную встречу его, вашей семьи и всех свидетелей, на которой и примем заключительное решение. Вы согласны?
— Как будто у нас есть выбор, — недовольно ответила Люсия.
— Мы согласны, — поддерживал Раймонд, недовольно приподнимая взгляд, — но Ирнес…
Окружающие удивленно замерли. Обращение к королю в тронном зале по имени было недопустимым, но боялись ли этого Ролланы? Очевидно, нет.
— Если хоть что-то случится с членами моей семьи, — продолжал угрожающе говорить Раймонд, — не важно кто это будет и какое наказание ему вынесут, я поймаю всех вас до единого и вынесу вам такую кару, которую вы заслужили.
Эти слова повергали в шок еще сильнее, чем недавнее обращение по имени. Из уст Раймонда они звучали, как угроза, и только Ирнес действительно осознавал, что именно она это и была.
— Вы можете идти, — холодно отвечал король, — вам приготовят покои. Уверен, вы не станете сбегать.
— Нет причин. — Люсия, выдохнув, развернулась и двинулась в сторону выхода. — Я хочу встретиться с Первосвященником и плюнуть ему в лицо.
Вивьен, как и ее мать, просто молча развернулась и направилась на выход. Ее действительно ничего не волновало в этой ситуации, кроме того, что их младший член семьи до сих пор не был найден.
Раймонд же, оставшись на прежнем месте, прощально посмотрел на своего давнего знакомого и задумчиво спросил:
— Может, все-таки уже пора перестать подстраиваться под других? Иначе ты войдешь в историю как самый трусливый из всех королей.
Ирнес молчал, но даже он начинал закипать от всего происходящего. Его рука, лежавшая на подлокотнике, крепко сжалась и буквально впилась когтями в деревянную поверхность.
Как только все Ролланы развернулись и ушли, двери за их спинами захлопнулись. Все остальные гости короля, оставшись на прежних местах, стали обдумывать этот разговор. Слишком много было не ясно и сомнительно.
— Ваше Величество, — внезапно заговорил Годфрид, оборачиваясь к королю, — почему вы позволяете этим людям вести себя так?
— Ты мало знаешь о Ролланах.
Ирнес наконец-то выдохнул. Откинувшись на мягкую спинку трона, он приподнял правую руку и устало прикрыл ею лицо.
— Это всего лишь какой-то графский род, — уверенно продолжал принц.
— Это не просто графский род, Годфрид. — Ирнес был намного спокойнее прежнего. Опустив руку и свесив ее с подлокотника, он посмотрел в сторону дверей, за которыми еще недавно скрылись Ролланы. — Во времена моего обучения в академии Раймонд уже был на одном уровне с преподавателями, а его жену, Люсию, предыдущий первосвященник даже сделал своей правой рукой. И это все при том, что им на тот момент было около пятнадцати лет.
Годфрид не отвечал, явно понимая, что его отец хотел сказать что-то еще. Заметив, как король начал подниматься на ноги, юноша отступил, а Ирнес, встав с трона, начал плавно спускаться по ступеням вниз.
— Они не простой род, Годфрид, — продолжал Ирнес. — Потому что даже их младшая дочь сейчас имеет связь с драконом, потомком исчезнувшей древней расы.
— Но тогда почему они всего лишь графы? Они ведь ничем не отличаются в кругах аристократии. Если бы они породили больше наследников и расширили бы свои владения…
— Потому что им это не интересно. Они войны, и их интересуют исключительно собственные земли. Поддержание дружественных отношений с ними было не только прихотью для меня.
Оказавшись на одном уровне с сыном, Ирнес остановился и повернул к нему голову. Он был холоден и серьезен, а это настораживало сильнее всего.
— Я был вынужден поддерживать с ними связь точно также, как я пытался поддерживать глав академии, но по итогу ничего не получилось. Моя попытка создать равенство между главами, как и попытка изменить старые устои власти, не оправдалась. Мы завершили внешнюю войну, но внутренняя только разгорается.
Годфрид понимал, о чем шла речь. Возможно, именно из-за этого у него создавалось впечатление, что эта ситуация была ему по силам. Гордо положив руку на сердце, принц заявил:
— Я завершу любую войну, которая настигнет