— Все понятно. — Ирнес, подперев голову, слегка склонился влево. — Продолжай.
— Вы знаете, что до становления учеником в Военной академии проводят предварительное обучение для всех желающих? Примерно в то время я активно начал искать союзников и… — Вестер глубоко вздохнул. Опустив взгляд, он попытался собраться с мыслями и все же сказать то, что должен был. — Именно тогда мы открыли первый портал в городе Рох. В то время нас было не так много, всего пять или восемь человек. Мы впервые поняли, как именно открываются порталы и что происходит во время этого.
— И что же происходит?
— Всякий раз, когда открывается портал, толпа теневых созданий выходит из него наружу.
— Почему это происходит?
— Изначально эти монстры существовали именно в мире темных богов.
Король нахмурился, невольно выдавая свое непонимание происходящего. Точнее, не понимание того, как это было связано с делом.
— Теневые зоны, — объяснял Вестер, слегка улыбаясь, — которые есть в мире — это места, где такие монстры обосновались, верно. Сейчас каждое королевство пытается охранять эти места и постепенно уничтожать этих тварей, но их не становится меньше, а в тех зонах уровень опасности крайне повышенный. Знаете почему?
— Потому что там открыты такие порталы?
— Да, вероятнее всего. Но мы этого не проверяли. У нас недостаточно было для этого сил. — Юноша устало и даже как-то грустно выдохнул. — Везде, где когда-то открываются порталы, по естественным причинам или нет, теневые твари выходят наружу. Они пожирают все и вся, не оставляя после себя ничего. Это и произошло в городе Рох. И… Именно по этой причине Дик Харресон так хотел нас убить. — Внезапно Вестер поднял голову. Его взгляд, ставший как никогда увереннее, устремился к королю. — Но учитель Адольф защищал нас от него! Он не был втянут в наши планы. Просто хотел спасти.
— Это не отменяет того факта, — внезапно в разговор вмешался Рунне, — что вы подвергли опасности жизни жителей города, а также жизни учеников Военной академии.
Юноша обернулся. Из-за того, что первосвященник находился в стороне, чтобы видеть его лицо приходилось оглядываться.
— Вы правы, — спокойно отвечал Вестер. — Я не отрицаю нашей вины. В первый раз мы сделали это не намеренно. Нам не было известно, что произойдет, но во второй раз мы уже осознавали всю степень опасности, поэтому и выбрали отдаленное от крупных городов место. Территорию, расположенную в горах, с достаточно слабой защитой между пространствами, а также наполненную людьми, которые как минимум знают, как держать в своих руках оружие.
— Вы стремились всех убить, настаивал Рунне.
— Мы стремились выжить сами.
Ирнес, все еще не сильно понимавший куда уходил разговор, недоверчиво спрашивал:
— О чем идет речь?
Внезапно входные двери заскрипели вновь. присутствующие, услышав этот звук, плавно оглянулись и увидели остановившихся на пороге людей. Все те же стражники, что некогда привели сюда Вестера, сейчас стояли рядом с изнеможденным, скованным мужчиной. Адольф, выглядевший зловеще и даже как-то пугающе, уверенно шагнул в тронный зал.
***
— Свет и тень не отделимы друг от друга. — Сильвия, сцепив руки за спиной, раскачивалась на носках вперед-назад. — Где есть одно, там обязательно есть и другое. Поэтому светлый божественный пантеон с темным божественным пантеоном являются двумя сторонами одной монеты. Понимаешь?
Эдвард, стоявший рядом с сестрой, задумчиво смотрел на нее.
— Хочешь сказать, что пантеоны взаимосвязаны?
— Конечно. — Сильвия улыбнулась. — Попасть из светлого в темный — проще простого. Только вот из темного в светлый намного сложнее, если не невозможно. А еще стать божеством тоже не так уж и сложно. Верно?
Повернувшись полубоком, Сильвия посмотрела на фигуру того, кто неожиданно появился за их спинами. В этот момент и сам Эдвард удивленно обернулся следом за сестрой, и увидел стоявшего за ними Ониксию.
Дракон был спокоен. Для Эдварда оставалось не ясно как долго он стоял в полном молчании за их спинами, однако для самой Сильвии все было иначе. Она прекрасно ощущала момент сближения с драконом и чувствовала его присутствие рядом на протяжении всего этого разговора.
В этот момент ветер, будто подвывая всему происходящему, приподнял торчавшие во все стороны светлые волосы Сильвии и капюшон ее одежды. Из-за того, как высоко на крыше храма они находились, девушке даже пришлось отойти от края, иначе не далек был час, когда сильный порыв ветра смог бы подтолкнуть ее к обрыву.
— Кому как, — равнодушно отвечал Ониксия. — Нужно иметь огромную силу, а также достаточное количество последователей. Например, сила есть и у меня, но из последователей только Сильвия.
— Я тебе не последователь, — недовольно пробормотала девушка.
— А кто тогда?
— Деловой партнер.
— Еще чего? — с усмешкой протянул дракон.
— Или хозяин, — с такой же усмешкой отвечала девушка.
— Точно нет.
Сильвия рассмеялась. Выражение лица Ониксии после этих слов, такое хмурое и слегка обиженное, совсем не походило на то, какое должно было быть у великого и могучего дракона.
— Но я не понимаю, — заговорил Эдвард, привлекая к себе внимание. — Зачем светлой богине так рисковать и требовать жертвоприношения, пусть и чужими силами? Она же легко может опуститься в темный пантеон.
Сильвия пожала плечами. Ее голос, такой спокойный и даже какой-то равнодушный, ответил:
— В светлом пантеоне существует своя иерархия богов, где каждый вынужден подчиняться тому, кто имеет больше влияния. Именно поэтому там все вертится вокруг того, чтобы удерживать свою позицию.
— Но сила, — продолжал Ониксия, — как и количество последователей — не вечны.
— А в темном пантеоне все не так? — Эдвард, вновь взглянув на сестру, задумчиво нахмурился. По его лицу сразу можно было сказать, что он искренне пытался разобраться в том, что же здесь происходило.
— В темном пантеоне игра на выживание. — От одного воспоминания о темных богах, уже знакомых ей, Сильвия усмехнулась. — Там всем плевать на последователей. Сражаться не за что, да и ниже падать уже некуда. Скорее… они пытаются просто сосуществовать рядом.
Эдвард задумчиво промычал. Мысленно он пытался представить себе темный пантеон и то, как все там выглядело. Все-таки это было то место, в котором пришлось побывать его сестре, и ему очень