* – Отрывок из «Шильонского узника» Байрона в переводе В. А. Жуковского под названием «Взгляд узника на небо», был напечатан в альманахе «Новые Аониды», 1823 год.
** – «Лилия из снов», Татьяна Ренсинк6
Глава 6
– Рад, мой друг, что мы так скоро встретились, – покинув трактир и прогуливаясь по улочкам Петербурга, шёл Фредерик рядом с лейтенантом, на корабле которого прибыл в Россию.
Было лето 1824 года. Погода радовала. Жизнь продолжалась, а желание узнать больше о том свёртке, который достался от Летисии, росло с каждым днём. Как бы разум ни требовал забыть и избавиться от странного плана здания, по которому можно было бы дойти до некоторого спрятанного кем-то клада, от тех двух слов, которые египтянин тогда прошептал: Петербург и Гебгардт, – жажда отыскать то место у Фредерика увеличивалась... – Так тебе удалось снять ту квартиру на набережной? – поинтересовался лейтенант. – Да, Николай, однако, не то меня беспокоит. Я уж несколько дней мучаюсь мыслею найти одно здание, – хихикнул Фредерик. – Возможно, и Гебгардт... – Гебгардт? – удивился Николай. С этими словами он с заинтересованностью взглянул и остановился, приняв из рук Фредерика бумагу с рисунком. Некоторое время разглядывал его, а потом заулыбался: – Да, без сомнения! Это будто план театра. Я покажу какого. Идём, – позвал лейтенант за собой, и вскоре они уже уезжали в городском экипаже. Выйдя на углу Миллионной улицы у Дворцовой площади, Фредерик восхитился вновь красотою Петербурга: – Удивлён и восхищён! Улицы у вас настолько огромны, площади, набережные, широкие каналы, а число дворцов просто поражает! И всё это стоит там, где простирались лишь смрадные болота. Сказочный город... – Благодарю, мой друг, за столь тёплое описание, – улыбнулся Николай и указал на дом перед ними. – А вот здесь я бывал некогда, дабы посмотреть, как репетирует немецкий театр. Этого-то здания план и достался тебе. Здесь живут и Гебгардт, как ты сказал. – Невероятно, – продолжал удивляться Фредерик. – Судьба так быстро ведёт меня сюда. Не без моего любопытства, конечно же. – Видать, так надо, – улыбался лейтенант. В тот самый момент, как он хотел продолжить речь, перед ними вырисовались четверо мужчин, одетых в бедные одежды. Они смотрели из-под драных шляп злыми взглядами, пока один из них, по виду будто главарь сей «шайки», не наставил припрятанный за пазухой пистоль: – Бумагу, – прохрипел он, глядя на Фредерика, но тот лишь засмеялся. – Не шучу, – спокойно продолжал главарь, стараясь наставлять пистоль так, чтобы его видели лишь Фредерик со спутником, но не проходящие мимо. – Какую бумагу, господа? – удивился Николай, сохраняя спокойствие. – У нас совершенно ничего с собою не взято. – А мы это проверим, – кивнул стоящий рядом с главарём, но и им всем, и Фредерику с лейтенантом пришлось на некоторое время замолчать, застыть на месте, поскольку выбежавшая из здания светловолосая, с золотыми волнистыми кудрями девушка радостно воскликнула приближающейся роскошной барышне:– Вера, милая моя, ты всё же согласилась на эту роль! Я так рада! – отозвалась та. – Не удастся мне пока выйти на сцену. Вот ты и заменишь меня.
Подруги крепко обнялись, и Вера взволнованно продолжала говорить что-то, уводя Оделию в здание. Фредерик заметил разницу между девушками. Оделия казалась какой аристократкой даже, хотя и ясно было, что являлась актрисой, а Вера... Одета была в простое платье, но нескольких веков назад. Волосы Веры были практически распущены, спадали с плеч до пояса роскошными вьющимися волнами... Так она напомнила одну особу, которую Фредерик знал, пусть и была та рыжеволосой... – Варя? – вырвалось еле слышно из уст Фредерика, следившего за ними, и главарь, наставлявший до этого на него пистоль, в одно мгновение схватил Веру и приставил пистоль к её шее. Оделия так же оказалась схваченная руками злодеев и не смела ни вскрикнуть, ни пошевелиться. Только вытаращила глаза, в ужасе наблюдая за происходящим... – Бумагу, – прозвучал хриплый голос главаря, уставившегося на поражённого Фредерика. Тот без промедления вынул из кармана сложенный в несколько раз лист плана здания и протянул. Довольный свершившимся главарь выхватил бумагу и толкнул Веру в сторону Фредерика. Тот только успел схватить её осторожнее, как мог, чтобы не ушиблась или не упала. Освобождённые девушки и Фредерик с другом остались в считаные секунды наедине... – Простите, – ответил Фредерик на вопросительные взгляды девушек, но они, медленно отступая, бросились бежать в здание театра. – Варя? – с удивлением взглянул Николай и заулыбался. – Да у тебя уже и барышня здесь есть? Быстрый же ты! Только звать её, будто Вера, а не Варя.– Нет, – сразу оправдался Фредерик. – Имя послышалось знакомое, и всё. Теперь вина на мне лежит, что девушки в такую опасность попали, – взглянул он на двери, за которыми Оделия с Верой скрылись.
– К счастью, или нет, но, может, именно они и помогут дальше. Ты план помнишь? – поинтересовался друг. – Ох Николя, дружище, думаю, если в театр сей проберусь, а тем более в его подвалы, то дело останется за небольшим представлением, – бодро ответил Фредерик и засмеялся вместе с другом. – Одно настораживает, – чуть успокоившись, сказал Николай и вздохнул. – Видать, охотников до этого ящика хватает да дело сие куда более серьёзно. – В этом и я уж уверился, ты прав, – взглянул Фредерик на дом немецкого театра...7
Глава 7
– Ой, Верочка, как нет больше Софи, так и выступать нет ни сил, ни настроения. Прошу, продолжай репетиции, сыграй эту роль за меня, – устало говорила Оделия и вдруг заплакала. – Все так любили Софи. Тем более Валерьян, к которому и моё сердце оказалось неравнодушным. Так случилось, дружили мы все, и была Софи мне, словно сестра...
Тихие голоса подруг доносились эхом до приближающихся по коридору Фредерика и Николая. Здесь было темно и тихо. Казалось, всё вокруг во власти царствующей ночи, если бы ни беседа девушек. Приблизившись к полуоткрытой двери, откуда и было всё слышно, друзья стали подсматривать в щель... – Ей