«Я брежу?» – задумалась она, ее охватило тепло.
– Ты могла умереть здесь. – В его тоне прозвучала какая-то неуловимая эмоция, однако затем он продолжил с напускной легкостью: – Тогда бы ты точно стала легендой… Алхимик, потерявший сознание в чулане.
Сердце колотилось как безумное, ей так хотелось потянуться к камню судьбы, вложить его в теплую ладонь Хоторна и рассказать ему о нем, рассказать, чей он на самом деле. Эновиус не заберет ее. Не сегодня.
Но она лишь покачала головой, отошла от Боевого Меча и открыла дверь.
– Нет. Я бы не умерла.
Свет факелов из коридора залил крошечный чулан. Тея шагнула из него и вдохнула холодный воздух, тело все еще дрожало. Она сразу ощутила, как ей хочется вновь оказаться близко к нему.
Хоторн выглядел все таким же напряженным.
– Если хочешь стать воином Тезмарра, мало научиться просто сражаться.
– Поделишься еще какой мудростью? – слабо произнесла она.
– В этой крепости тебе понадобятся друзья, команда. Тебе нужно научиться залечивать раны. У тебя их будет еще много. И у твоих друзей тоже. Научись этому если не для себя, то хотя бы ради них.
Тея подумала о Рен, Иде и Сам, затем о Кэле и Киппе. Иногда она пыталась убедить себя в том, что они ей не нужны, что им будет лучше без нее – девушки, которая уже одной ногой в могиле…
– Никогда не замечала рядом с тобой друзей.
Она не собиралась говорить этого вслух, но слова вырвались сами собой.
Хоторн пронзительно на нее посмотрел. Проигнорировав ее слова, он продолжил:
– Каждая дисциплина, которой тебя обучают в этой крепости, очень важна. Ты должна уважать их. Овладеть всеми. Гильдия – не только мечи и кулаки.
– Моя сестра говорит то же самое, – неожиданно для самой себя ответила Тея.
– Тебе следует прислушаться. Она знает, о чем говорит.
Хоторн придерживал девушку весь путь до комнаты Рен. Как только подошли, дверь тут же распахнулась.
В глазах сестры плескалась паника, она мгновенно оказалась рядом. Рен закинула руку Теи себе на плечо, облегчая ношу Хоторна.
– Дальше я сама, – кинула она ему.
Боевой Меч замешкался на пороге.
– Спасибо, что помог моей сестре, – довольно резко сказала Рен, а затем закрыла дверь перед его носом.
Тея была слишком обессилена, поэтому не могла осудить грубость сестры или сказать, что хочет, чтобы он остался.
Рен помогла ей пройти в комнату и осторожно усадила ее на кровать.
– Кэллахан отправил всех алхимиков на твои поиски. Он рассказал, что случилось. Боги, Тея! Почему ты не отправила кого-нибудь за мной?! Ты же знаешь, я бы… – Слова срывались с ее губ ошеломленным потоком, в конце ее голос сорвался. – Что бы ни происходило между нами, ты моя сестра.
– Я знаю, – выдавила Тея. – Я искала тебя.
– Тогда где же, черт возьми, ты была?
Рен откинула тяжелый плащ и увидела окровавленную ткань, которой была обмотана талия Теи. Она взглянула на свои пальцы, на которых остались волоски темной шерсти, и замерла.
– Это плащ Боевого Меча.
Тея утвердительно кивнула и заметила, как сестра напряглась.
– Сам Рука Смерти дал тебе свой плащ?
Тея не стала отвечать на вопрос. Рен прикусила внутреннюю сторону щеки, обдумывая следующие слова, а затем встретилась с вопросительным взглядом Теи.
– Он… Он мне не нравится.
– С каких пор у тебя появилось категоричное мнение о каком-либо Боевом Мече?
Тея тяжело выдохнула сквозь зубы, пока Рен осматривала ее раны.
– У меня о каждом категоричное мнение, большое спасибо… С тех самых пор, как один из них, кажется, начал следить за моей сестрой.
Тея рассмеялась, и от острой боли у нее перехватило дыхание.
– Это неправда, – прохрипела она.
Рен присела на край кровати, на ее лице не было ни намека на веселье.
– Ти, держись от него подальше… Он хуже всех. Знаю, ты считаешь их благородными…
– Некоторых, – буркнула Тея, держась за бок.
– Но то, что говорят об Уайлдере Хоторне… – осторожно продолжила Рен. – Даже у тебя волосы встанут дыбом. Он опасен.
– Конечно, он опасен! Он, черт возьми, Рука Смерти. Они все опасны, в этом-то и суть, нет?
Рен качала головой:
– У него дурная слава, Тея. Он монстр. Страшнее тех, что убивает. Он вырезает их сердца… Забирает их как трофеи. Вот что говорят в крепости.
– Сплетники, – возразила Тея. – Им скучно, вот они и суют свои носы…
– Послушай меня хоть раз, – прошипела Рен. – Я видела своими глазами. Мне поручили… отнести ему припасы. Я видела эти черные окровавленные сердца.
Внезапно перед глазами Теи мелькнуло воспоминание, и ее сердце сжалось. Разве в тот день, когда Хоторн вернулся в Тезмарр, она не видела мешок, с которого капала кровь?
Но Тея покачала головой:
– Он помог мне. Остановил кровь. Дал мне какой-то лист.
Рен встревоженно посмотрела на нее.
– Что это было?
Тея задумчиво хмыкнула.
– О, Фурии… Тея, я тебя умоляю. Ты изучаешь алхимию уже больше десяти лет и не смогла понять, что он тебе дал?
– Какую-то сушеную траву, – выпалила она. – Горькую. Он сказал, она поможет не потерять сознание.
Рен с облегчением выдохнула.
– Ирусид.
– Почему ты так переживаешь?
– У Боевых Мечей при себе всегда есть разные снадобья. Я подумала, что он дал тебе какой-нибудь стимулятор.
– Рен, я была одной ногой у Эновиуса. Было уже не так важно, что он мне дал.
Сестра фыркнула и расслабилась.
– А я-то думала, что ты не можешь умереть… Ляг на спину и не ерзай.
Рен аккуратно сняла окровавленную ткань и, пока варилась какая-то настойка с отвратным запахом, тщательно промыла рану.
Стиснув зубы, Тея терпела боль. Из-за манипуляций сестры открытая рана ужасно болела. Тея скривилась.
– Ты можешь открыть окно? Воняет ужасно.
Рен выполнила просьбу, подошла к маленькому котелку и помешала кошмарное варево. Она хмурилась, и Тея знала: сейчас мысли сестры заняты чем-то совершенно другим.
– Рен? – позвала Тея и попыталась сесть.
– Лежи! Или снова пойдет кровь. Стоит наложить тебе швы.
– Я просто хотела… Извиниться… За тот день. За свои слова. Я имела в виду не это. Ты же знаешь, мне не все равно…
– Ой, заткнись, – оборвала ее Рен и махнула рукой. – Знаю.
– Тогда о чем ты думаешь?
Лицо Рен исказилось