Потом началась перестройка. На наше счастье Горбачев оказался человеком, который помнил и любил театр Любимова. И запрещенное имя он произнес в кабинете Любимова после "Мизантропа". Посетил премьеру спектакля, поставленного Эфросом, и в кабинете Любимова говорит: "Ой, молодцы, что вы ничего не убрали" – "А как вам Любимов?" – "Для нас спектакли его были – во! "Антимиры" я помню", – и начинает рассказывать. В 1989-м Любимову вернули отнятое у него советское гражданство, и он вновь возглавил Таганку. А Эфрос умер в январе 1987-го.
Моё отношение к театру изменилось тогда, когда умер Бродский. На моем вполне скромном уровне самооценки, по уходу Бродского стало ясно, что все, что на него накатывала критика, замолкло. Совершенно другая оценка человека: освещение меняется совершенно, ракурс меняется, и Бродский оттуда позволяет работать с его текстом, текст начинает оповещать меня о цене этого человека и, размышляя и записывая себе что-то, я стал многое понимать. Такие святые и мудрые люди, как Вячеслав Иванов, Борис Зингерман, Игорь Виноградов, Натан Эйдельман давно понимали, что произошло на Таганке и не переступали порог театра в его нелюбимовские годы. А Ульянов, Товстоногов, Ефремов только что не умоляли Эфроса не идти в это дело. Но он все-таки пошел. Так что мы не были такими уж бандитами».
* * *
Ну и, наконец, последнее дополнение. Изначально я долго мудрил над тем, в какой последовательности расположить своих тананковских героев. Что бы вы знали, дорогой читатель: это не такое уж и простое дело. Когда-то, например, в фойе театра первым висел портрет Любимова, затем шли: Губенко, художник Давид Боровский и далее – все прочие актёры. После разделения театра, Любимов выкинул портрет Губенко и повесил вместо него Золотухина. Валера попросил уборщиц снять свой лик. Любимов вернул его «взад» со словами: «Запомни: здесь ничего не должно делаться без моего ведома». Ну, так вот, Высоцкий у меня изначально стоял на первом месте, это даже не обсуждаемо. Настоящая «Таганка» блестяще, даже феерично жила исключительно и только при нём. И умерла вместе с этим удивительным гением – таково моё мнение. Далее я намеревался расположить очерк о Дупаке, как незаслуженно забытом, но «всамделишным» основателе «Таганки». Потом шли бы: Славина, как единственная представительница женской части труппы. А за ней уже: Любимов, Губенко, Золотухин, Филатов и так далее.
Поразмышляв, я отказался от своей схемы. Слишком уж она выглядела бы кустарной и неуклюжей. Поэтому таганковцы у меня даны просто в алфавитном порядке. Скромненько так и со вкусом. (Думается, здесь бы очень пригодилась та самая скобочка, которой пользуются для юмора интернет пользователи). Но вы и так понимаете меня, дорогие мои читатели.
…23 апреля исполняется 45 лет со дня рождения «Таганки». Сяду за стол, налью стакан водки, которую по велению врачей не пью уже 9 лет, и выпью за «свою «Таганку». А потом буду читать театральные программки. И с удивлением обнаружу, что в «Гамлета – сына прежнего и племянника нынешнего короля» всё-таки должен был играть Валерий Золотухин. Его фамилия напечатана после фамилии Высоцкого. А что запечатлено печатным станком, того не вырубить топором…
Дарьино – Москва, февраль 2019 года.