Без неё всё стало таким пустым. В доме не было родного смеха, радости и детского визга. Дома был срачь и тишина. Тишина, которая убивала меня.
Через пару недель, я выкинул все её фотографии, оставив лишь парочку. Каждый день, я ходил на кладбище и просил у неё прощенье, за ту страшную ночь.
В один из таких дней, когда я шатаясь зашёл в магазин и взяв бутылку виски, поехал на кладбище, я увидел возле ограды парня в темных очках и в чёрной кепке. Подойдя ближе, я узнал в парне Лёху. Лицо парня, не выражало ни каких эмоций.
— Чего тебе тут надо? — спросил я, отворив калитку и присев на бугорок.
— Вот, пришёл посмотреть, — парень прошёл за мной.
— На что? — удивился я.
— Тебе больно? — задал парень мне встречный вопрос.
— Нет, Блять! Я прекрасно себя чувствую! Я мечтал о том, чтобы она умерла! — съязвил я. Его вопрос вывел меня из себя.
— А вот я мечтал! — прямо заявил Леха.
Я поднял на него ошарашенные глаза.
— Эта ты?! Сука! Ты убил её! — я заехал Лёхе кулаком по лицу. Тот пошатнулся и присел на ограду. Вытирая с губы кровь, парень ехидно улыбнулся и сказал:
— Какой ты догадливый, Маркелов! Но, увы! — парень развёл руками. — Ты не сможешь это доказать, у тебя на меня ничего нет!
Я хотел ударить его ещё раз, но он толкнул меня и я упал на землю.
— Я хотел, чтобы погиб ты! Хотел, что бы эта сука поняла, каково это терять любимого человека. Я не знал, что ты отдал тачку Диме. Но я рад, что такие мрази, как Ника не будут жить на этом свете! Я рад, что эта сука сдохла!
Я ничего ему не ответил, хотя хотел врезать. Теперь я точно был уверен, что смерть Ники и Димы не была случайна. В тот же день, я всё рассказал Мигелю.
— Да ты понимаешь?! Эта мразь убил мою жену! Его нужно посадить! Убить! — я орал на весь дом и метался из стороны в сторону.
— Успокойся, — спокойным голосом, произнёс Мишка. — Их смерть была случайна. Тут ни кто не виноват.
— Не виноват? — переспросил я. — А тогда объясни мне, почему парень, который окончил школу экстремального вождения не смог, что-то предпринять при аварии. Машина была, как новая! Ты и сам это знаешь!
— Ваня, успокойся! — Мигель чуть прикрикнул.
— У меня жену убили! А ты хочешь, чтобы я успокоился. Я сам придушу этого ублюдка!
— Их уже не вернёшь. Не пори горячку. Вспомни о детях, — пытался вразумить меня друг. — Живи дальше. Просто забудь. Я понимаю, сложно. Но ты уж постарайся. Ради детей, ради Ники.
Мигелю так и не удалось меня успокоить, но он был прав. У меня на Лёшу ничего не было и причастность к смерти Димы и Ники я бы просто, если даже захотел, не доказал бы.
В тот день, я гонял по городу и перебирал в памяти моменты связанные с Никой. По радио объявили ту самую, последнюю песню, которую Ника записала в тот злополучный день.
Её нежная детская улыбка стояла у меня перед глазами. Я терял контроль. По радио я слышал до боли родной голос и понимал, что кроме её песен у меня больше ничего и не осталось. Прибавив газу, я выехал на встречку и вписался в столб.
Я не помнил её, но я чувствовал, что девочка с карими глазами мне очень дорога. Изо дня в день я рассматривал её единственное фото и пытался вспомнить, но я ничего не мог. Вспомнить её мне помогло одно потрясение. Этот момент, когда я понял, что вновь могу её потерять.
Не знаю зачем, ночью я поехал на этот чёртов пруд. Меня туда просто несли сами ноги, сердце бешено колотило. Я мчался, хотя от Мишкиного дома до пруда было не так и далеко.
И вот. Она тонет… Я стою на берегу в ступоре. И не могу сдвинуться с места, хотя отчётливо понимаю, что счёт идёт на секунды.
Точная такая же ситуация была пару лет назад, когда мы всей семьёй поехали на море. После того как её избила Иванова с подругами, врачи сказали, что плечевой сустав при избиении был сильно повреждён из-за этого Нике было тяжело что-то делать левой рукой. А о плаванье и речи быть не могло. Хотя плавала она до этого хорошо, можно сказать отлично. Ну конечно, я же сам учил её, не боятся воды и держаться на воде. Сколько криков было тогда, когда она в первый раз после операции зашла в воду. Крики, слёзы, истерики и даже ссоры, но всё-таки я научил её плавать.
Было около 4 часов дня. Мы с Никой сидели на балконе. Положив ноги мне на колени, она с замиранием смотрела на волны, бьющиеся о берег.
— Вот скажи, милый, — обратилась Ника ко мне, посмотрев на меня. — Зачем люди приезжают на море?
— Что? — я усмехнулся.
— Не делай вид, что ты не понял вопроса, — уныло проговорила она. — Ответь, пожалуйста.
— Я правильно тебя понял, ты хочешь узнать, зачем люди приезжают на море? — переспросил я, глядя на жену с улыбкой. И не дождавшись ответа, продолжил. — Загорать, отдыхать, нежится с любимым в постели, — проговорил я чуть тише и покосился на Нику. Она пнула меня ногой в ребро и рассмеялась.
— Маркелов! Я серьёзно!
— Маркелова! — поддел я её. — Я тоже не шучу!
— Ну, и что ещё делают люди на отдыхе? В нашем случаи на море? — не могла угомониться она.
— Путешествуют? — я посмотрел на жену вопросительно. Она закатила глаза. — Едят кучу всякой вредной еды? — я откровенно рассмеялся, так как мне просто хотелось её побесить. Мне так нравилось, когда она психовала и закатывала свои карие глазки. — Ходят по магазинам и покупают кучу шмоток? — выдвинул