Слова прошуршали разрядами статического напряжения, но взявший меня на прицел уголовник и не подумал опустить оружие, да к тому же в тишине переулка прозвучал новый голос:
— Много на себя берёшь, упырь! Ты ж дохлый, а не бессмертный!
Из темноты выдвинулась ещё одна фигура, нацелила на фельдшера какую-то палку.
Ружьё⁈ Ну точно — ружьё! Только не обычное, а для подводной охоты!
У меня аж голова кругом пошла, фигурой на шахматной доске себя ощутил, ситуация этюдом представилась — не иначе именно поэтому и совладал с приступом ярости. Не бросился на целившегося в меня уголовника и не выплеснул из себя упругую волну бешенства.
Слишком далеко стоит — с ног не сбить, а вот пулю в ответ словить проще некуда.
— Какие-то вы слишком упакованные для простого гоп-стопа! — процедил дядя Вова и вновь надавил голосом, спросил: — Чего надо?
На сей раз больше всего досталось удерживаемому им человеку, и тот проблеял:
— Михалыч…
— Заткнись, сука! — тотчас рыкнул тип с револьвером и даже на миг нацелил его на подельника, но тут же вернул обратно. — Заткнись или я сам тебе башку прострелю!
Я прикинул, сумею ли достать его прежде, чем во мне понаделают дырок, и усмехнулся:
— Мушка на самопале — плохая примета! Я тебя, даже если вдруг попадёшь, порву!
Рука уголовника определённо дрогнула, и вновь подал голос человек с ружьём для подводной охоты.
— Если придётся, упырь, я вас обоих разом прошью, а ты, зелёный, и вовсе не жилец, но можем разойтись по-хорошему. Просто скажи, где Михалыч!
Просто скажи? Как будто это было просто!
Вот что я мог ответить на этот вопрос? Сказать, будто не знаю?
Так себе вариант!
— Десять кусков! — изрёк вдруг дядя Вова, так и продолжавший прижимать к себе одного из уголовников. — Интересует, что именно с Михалычем стряслось? Ну так отвалите нам с корешем десять кусков, и он всё расскажет!
Тип с револьвером шумно сглотнул, и рука его пуще прежнего заходила в попытке следовать за моими покачиваниями, а вот мужик с подводным ружьём вроде как даже восхитился наглости упыря.
— Десять кусков? Вот ты жадный, ля!
— Это крохи по сравнению с тем, что стоит на кону! — заявил в ответ дядя Вова. — Самим нам куш не сорвать, но десять кусков вынь да положь!
— А если нет? — с нескрываемой угрозой в голосе уточнил уголовник.
— А тогда поглядим ещё, кто отсюда уйдёт, а кто тут останется!
— Откуда нам знать, что оно того стоит?
— Если вы в теме, то знаете. Если не в теме — проходите мимо! Других покупателей найдём!
— Отпусти его! — потребовал тип с ружьём для подводной охоты.
— Сначала сдай назад! — ответил дядя Вова. — Гудвин, сюда!
Я попятился, и хоть револьвер в руках уголовника начал нервно подрагивать, стрельбу он не открыл.
— Как найдёте деньги, звоните в отделение скорой помощи третьей городской, — произнёс упырь. — Оставите сообщение для Владимира Смирнова, фельдшера. Смирнов — это я.
— А не продашь никому другому раньше? — уточнил мужик с ружьём для подводной охоты, медленно-медленно смещаясь к своему вооружённому револьвером подельнику.
— Не самый ходовой товар, — усмехнулся в ответ дядя Вова, — но тянуть не советую. Ищите бабки!
Ситуация наэлектризовалась до предела, малейшего неосторожного движения или острого словца могло хватить для того, чтобы началась пальба, да и при самом удачном для нас раскладе не было стопроцентной гарантии, что получится разойтись с уголовниками краями, ведь мы не доверяли им, а они — нам.
Вновь мазнул по стене луч фар, следом послышался шум голосов многочисленной компании и вдалеке замелькали огоньки сигарет.
— Ну⁈ — рыкнул тип с пистолетом и решительно шагнул вперёд. — Отпусти его! Живо!
Дядя Вова попятился, а потом всё же решился избавиться от своего живого щита и оттолкнул от себя щуплого мужичка в сером пиджачке.
— Валим! — коротко выдохнул упырь, и мы рванули по переулку в одну сторону, а уголовники кинулись в противоположном направлении.
Шагавшие к остановке орки поглядели с удивлением, но ничего спрашивать не стали и потопали дальше. Я первым выскочил из переулка и двинулся обратно к центру повышения квалификации, дядя Вова меня придержал.
— Ты куда?
— Как куда? — опешил я. — В милицию звонить!
— Хочешь сказать, тебе пять тысяч лишними будут?
Вот тут-то у меня челюсть и отвисла.
Глава 15
Пятнадцать
— Какого хрена? — рыкнул я. — Ты о чём вообще⁈
— Ладно-ладно! — рассмеялся дядя Вова. — Тебе — шесть, мне — четыре.
— Какие шесть? Какие четыре⁈ Я ж не помню ни черта!
Упырь кивнул.
— Оно и неплохо. В препятствовании правосудию не смогут обвинить.
— Но я и этим уродам ничего рассказать не смогу!
— Предоставь это мне. Состряпаем историю, раскрутим их на деньги…
Тут уж я не сдержался.
— Да иди ты знаешь куда? Ты мёртвый, тебе не страшно, а мне пулю в голову как-то не хочется заполучить!
— Во-первых, я не мёртвый, а условно живой, — угрожающе проговорил дядя Вова, и от его тона у меня по спине побежали мурашки. — А во-вторых: да какая ещё пуля? Откуда у этой шелупони пистолету взяться? Пугач это был! Пугач!
Меня начало потряхивать от бешенства.
— Если такой умный, объясни мне, откуда у этой шелупони возьмутся десять кусков, а?
Вопрос дядю Вову в тупик не поставил.