Отточенным движением, он сделал мечом укол своему подопечному прямо в сердце, даровав тому быструю смерть. И так и оставил меч торчать из его груди, пока тот не перестал трепыхаться. Пентаграмма так и осталась на металлическом полу, словно её выжгли газовой горелкой. Бойцы только сплюнули, проговорив: «проклятая скверна!»
— Прощай Тигр…
— Светлая память…
Мы сидели с Аяко, с ужасом понимая, что эти порталы вполне возможно преследуют нас по пятам. И если у нас не будет таких же амулетов, то в скором времени мы сами можем стать инкубаторами для демонов! И тогда нам уже ничто не поможет!
— Дайте им амулеты, — скомандовал главный. — Не стоит риско…
Его голос оборвался. Мужчина, выплёвывая кровь, с болью посмотрел на меч, высунувшийся у него из живота. Затем произошла полная чертовщина! Меч вырвался из тела бойца вместе с цубой и рукояткой, заставив его рухнуть бездыханным телом. После чего, будто по мановению волшебной палочки, катана принялась пронзать всех присутствующих в кабине! Юми и Аяко схватились друг за друга, и легли на пол, надеясь, что их не заденет взбесившееся заточенное лезвие.
Проклятый меч за пару мгновений зарубил и пилотов, из-за чего вертолёт накренился и вошёл в пике. Заработала тревога — автоматика подсказывала уже мёртвым людям в кабине, что нужно выправить курс.
Юми и Аяко шептали молитвы о спасении, а я со злобой проклинал Первородную, снова подставившую под удар тех, кого я любил. И только это мне оставалось делать, пока железная птица падала на землю.
Как только окровавленная катана ударилась об пол, произошло крушение, выбившее моё сознание из тела. Я снова оказался один во тьме…
Глава 16
Встреча на Эльбе
Наверное, я всё-таки умер.
А иначе как охарактеризовать то состояние, когда не чувствуешь ни рук, ни ног, и вообще ничего? Тем более, пребывая во тьме. Хотя, как оказалось, я мог свободно вертеть головой и с удивлением смотреть на своё полупрозрачное тело — наконец-то на своё родное тело!
Мне было так радостно снова вернуться в себя, как в старую удобную одежду, что я начал крепко сжимать свои плечи. Но мои руки только проходили сквозь тело. Оно оказалось эфемерным.
Неужели я стал призраком?
А кем ещё я буду после того, как вместе с вертолётом с высоты птичьего полёта рухнул на крыши близлежащих домов? Точнее, в кабине находился не совсем я, а девушка по имени Юми. И её подруга Аяко…
Перед глазами возникла картина капель воды, бегущих по её гладкому телу, когда мы занимались любовью в душе. Это был акт сиюминутной слабости простого человека, попавшего под каток извращённой садистки судьбы. Тогда мне хотелось лишь одного — уцепиться за любой шанс и сделать то, чего никогда бы не сделал. Например — воспользоваться ситуацией и побыть рядом с красоткой в душе. Потому что не было никаких гарантий, что через час я не стану покойником. Я мечтал просто пожить ещё немного…
Любоваться её юным телом и наслаждаться мгновениями проносящейся жизни. Но я не устоял, и сделал ещё один шаг, заставив девушку перейти через моральные устои и дружбу. Ведь когда два человека вместе переживают смерть, между ними может сотвориться волшебство. Так случилось и с нами.
И что в итоге? Здесь во тьме безмолвие и покой — то, чего мне не хватало всё это время. Но я не хотел подобной участи для других. К тому же, меня особо никто и не спрашивал. Женщина-полубог только щёлкнула пальцем, и понеслось…
Я бродил в темноте довольно долго. На высоте глаз стелился туман, лишь немного выделяясь во тьме мутной молочной рекой, которая кружила вокруг меня, будто имела разум. Иногда мне даже казалось, что кто-то или что-то разрезало клубы тумана вдалеке и снова пряталось во мраке. Стало жутко…
А потом я наткнулся на реку. Серую полосу, разделявшую горизонт на две равные половины: чёрное небо и чёрную землю. Неужели река смерти — Стикс? Если так, то где Харон на своей ветхой посудине, на которой переправлял на ту сторону души? Постойте-ка! У меня же нет души!
Чем ближе я подбирался к реке, тем отчётливей различал слабое свечение рядом с ней. И очень воодушевился, когда увидел ещё одного призрака, топтавшегося в нерешительности перед тягучими потоками практически застывшей воды.
— Кто здесь? — услышав мои шаги, произнёс призрак, и обернулся. Это была Юми.
— Привет, Юми.
Я подошёл к ней совсем близко, но девушка не испугалась меня. Увидеть человека среди бескрайней тьмы оказалось для неё сродни празднику.
— Привет! А кто ты? И… Где мы?
— Меня зовут Хироюки Тагава.
Она кивнула, не обратив внимания на то, что я откуда-то знал её имя. Возможно, всё происходящее было своего рода сном, в котором всё казалось естественным и не вызывало вопросов. Другого объяснения спокойствию Юми в данной ситуации у меня не нашлось.
Юми стояла в той же одежде, в которую я её одел перед выходом в травмпункт. Но кроме одежды, кое-что ещё отличало её призрачное тело от меня — светящийся шар в груди. Её душа…
— Я не знаю где мы, но очень рад, что, наконец, встретился с тобой, — честно признался я.
— Почему? — вдруг улыбнулась она. — Мне тоже приятно встретить здесь человека.
Я улыбнулся ей в ответ:
— Просто хотелось своими глазами увидеть девушку моего друга. Ту самую, которая перевернула его жизнь с ног на голову.
— Друга?
— Ючи мой друг.
Она с подозрением посмотрела на меня, а потом огляделась вокруг:
— Удивительно, что я встретила друга Ючи здесь. Это точно не сон?
Мрачный пейзаж неестественной пустоты отвечал безмолвием на её слова. Я тоже не имел понятия, где мы вообще находимся.
— Не уверен. И Юми… Я хочу тебе кое-что рассказать… Это я во всём виноват.
— О чём ты?
— Всё началось с того, что в моё тело засунули адский портал…
Я решил не вдаваться в подробности, и выдавать информацию сжато, чтобы быстрее прояснить ситуацию. Юми закономерно вскинула бровь, но всё-таки продолжила слушать.
— И я выпускал в этот мир демонов. Не по своему желанию, конечно.
— Как такое может быть? И почему ты сразу не умер, как остальные?
— Потому что всё это дело рук одной жестокой стервы. Она что-то вроде могущественного божества. И ей доставляет удовольствие наблюдать за тем, как я страдаю. Думаю, поэтому я не умер после появления первого демона, и продолжал жить, выпуская их на