Но девушка, будто не слышала, она так и смотрела в сторону. Очередной толчок и Одри вовсе попыталась вырвать свои руки из моих ладоней, но я не позволил.
– Да посмотри же на меня! – не зная, что ещё предпринять, силой повернул её лицо к себе. В глазах девушки застыли слёзы, и она прошептала едва слышно:
– Отпусти, ей нужна помощь…
Что? Какая ещё помощь? Кому?! Ну, уж нет! Достаточно я позволял ей помогать всем подряд, чаще во вред себе. Хватит! Запру её дома, и не буду никуда выпускать, чтобы у неё не было повода проявлять своё грандиозное человеколюбие. Пусть любит только меня!
Последняя мысль была… открытием. Но, толком не обдумав её, я подался вперёд, осторожно касаясь губ Одри своими. Не знаю, кому из нас этот поцелуй был больше нужен – ей или мне, но извиняться я за него точно не буду.
Её губы были нежными и податливыми, а дыхание – обжигающим. И умопомрачительный запах, от которого мысли мои вмиг начали путаться, заставляя забыть где я, и для чего предпринял эту отчаянную попытку.
Зато она сработала. Одри замычала что-то мне в губы, а после прикоснулась ладонями к моей груди, пытаясь оттолкнуть.
– Ты! – захлёбываясь, выдала она, когда я нехотя отстранился.
Удержать отстранённое выражение лица, оказалось самой сложной задачей. Хотелось наплевать на всё и вновь прижать её к себе. Исключительно для того, чтобы точно не пошла никого спасать.
– Ты не отвечала, – выдал я невозмутимо. – И я решил привести тебя в чувства.
– Так?! – прокричала она, пытаясь отойти на шаг. На её бледном лице, наконец-то, стали появляться краски – сначала румянец расцвёл на щеках, потом сполз чуть ниже, на нежную шею.
– Помогло же, – пожал плечами.
– А… – начала она, и тут же замолчала. Сделала шаг назад и обхватила себя руками. – Она зовёт меня, – прошептала, вновь бросив короткий взгляд на пещеру, перед которой, явно нервничая, расхаживал Тувин. Он чего-то ждал? Появление сети?
– Кто именно зовёт? – шагнул вперёд, обнимая её плечи. Одри вздрогнула, будто ей было холодно, но отстраняться не стала.
– Она, – невнятно повторила девушка, а видя в моих глазах недоумение, нехотя пояснила: – Я перекинула на себя холод, что мучил Грегори и часть нитей, что опутывали Аманду.
По мере того, как она говорила, мои руки непроизвольно сжимались сильнее. Что за… упрямая девчонка? Нет, я точно буду держать её взаперти, во избежание всякого.
Я пытался подобрать слова, ни ничего приличного на ум не приходило, поэтому Одри принялась быстро тараторить:
– Я не могла позволить им умереть. Хорошо, у Грегори было время, но Аманда… Я не могла…
– И теперь эта сеть зовёт тебя, так? И я должен смотреть на то, как умрёшь ты? – я говорил спокойно, но внутри всё буквально кипело от злости.
На мгновение Одри потупила глаза, а после вновь посмотрела на меня и быстро-быстро проговорила:
– Она… не совсем сеть, и она не хочет никого убивать. Она просит освободить её…
– И, конечно же, освободить «её» должна ты? Так? – я больше не сдерживал злость. Она себя вообще слышит?
– А кто? – совсем тихо прошептала Одри, вновь пряча от меня взгляд.
– Действительно, – выдохнул устало, и прикрыл глаза. Нужно как-то спокойно объяснить ей, что не обязательно взваливать всё на себя, что для этого есть те, кто готов поддержать и помочь, но спокойствия во мне не было. Хотелось кричать, громко и со вкусом, чтобы вбить в эту хорошенькую головку несколько толковых мыслей. Но нельзя…
– Одри, – начала и замолчал, потому что она вздрогнула от звука моего голоса. Пришлось выдохнуть, усмиряя собственный гнев. – Давай ты расскажешь мне всё, что знаешь и чувствуешь, а я подумаю, как мы можем помочь… ей.
Это было сложно, пойти на уступки, но… необходимо.
– Правда? – девушка искренне удивилась и стала похожа на маленькую девочку. А может быть, она была такой всегда, просто пыталась казаться сильной и самостоятельной?
– Правда, – улыбнулся и подался вперёд, легко касаясь её губ и тут же отстраняясь.
В глазах целительницы мелькнуло мимолётное возмущение, но я сразу же пресёк его:
– Рассказывай, у нас не так много времени.
Одри Эвертон
Он поцеловал меня? По-настоящему? Вот так запросто? И… ведь мне понравилось, а по-хорошему я должна была быть возмущена его поступком…
Тут же внутренний голос произнёс:
«Кому должна? И стоит ли возмущаться, если первый поцелуй случился с мужчиной, который, как минимум, симпатичен, а как максимум…» Даже в мыслях не позволила себе закончить это предположение.
Хотелось остановить мгновение, обдумать всё, но Артур прав – у нас почти не осталось времени.
Мерцающий над нашими головами щит немного ослабил зов, но я всё равно слышала, как она просит о помощи. Как она умоляет прекратить её страдания… Как…
Рвано выдохнув, я произнесла:
– Она хочет уйти. Она хочет свободы.
– Она? Почему ты решила, что это «она»? – командир не отпустил моих рук, нежно проводя грубыми пальцами по коже. Ласка была совершенно невинной, но я отчего-то покраснела, и прикрыла глаза, пытаясь взять себя в руки.
Не время и не место вести себя, словно глупая влюблённая девчонка.
«А я влюблённая?..» – тут же отдёрнула себя.
– Я не знаю, как объяснить, – добавила шёпотом, потому что голос внезапно изменил мне. – Просто чувствую, что это она.
– Хорошо, – медленно произнёс Артур, почему-то тоже переходя на шёпот. – Что-то ещё?
– Мне кажется, – начала и осеклась, но заставила себя закончить мысль, – она вовсе не желает всех этих жертв, будто она сама заложница происходящего. Я не знаю, как правильнее объяснить. Просто этот зов… Он будто душу наизнанку выворачивает, и я не хочу противиться ему.
Командир помолчал несколько секунд, после же с сомнением спросил:
– Ты же знаешь, что ловушки бывают разными. И магическая сила, заключённая в них, способна притворяться. Ты уверена?
Как ещё объяснить ему? Словами сложно выразить то, что я ощущалось на уровне инстинктов.
– Я уверена, – выдохнула и открыла глаза, ловя его внимательный взгляд.
Артур вновь замолчал, обдумывая мои слова. Возможно, он бы ещё долго сомневался, но мы услышали крики. Они были размыты и глухи, из-за щита, но…
Резко развернувшись, я увидела,