Наутро дэв в третий раз появился во дворе купца и, не слезая с коня, зарычал:
— Эй, купец, выводи свою младшую дочь!
Купец выбежал во двор и сказал:
— Почтенный дэв! Я двух дочерей отдал даром и понес большой убыток. А за младшую хочу получить выкуп.
— А разве я не насыпал тебе даром полный подол бисера? — заорал дэв. — Это все слезы моих прежних жен. Теперь пусть и младшая твоя дочь поплачет, чтобы возместить мои убытки!
Бедному купцу ничего не оставалось, как отдать дэву свою младшую дочь.
Дэв привез девушку домой, вынес блюдо с отрезанным носом и приказал ей съесть этот нос до своего возвращения с охоты.
— А если ты ослушаешься меня, — пригрозил он, — то я расправлюсь с тобой, как с твоими сестрами.
Младшая дочь купца ответила:
— Я — твоя жена, и все, что ты мне прикажешь, исполню немедленно и в точности, но так как ты мой муж, у тебя не должно быть от меня никаких тайн.
— Это ты говоришь дельно, — сказал дэв. — Спрашивай у меня, что хочешь.
Девушка сказала:
— Мне очень дорога твоя жизнь, и я должна знать, где находится твоя душа, чтобы хранить ее в надежном месте.
— Правильно говоришь, — согласился дэв, — Так должна поступать каждая верная жена. Но прежде тебе следует самой открыть место, где спрятана твоя душа.
— Моя душа хранится в моем теле, — ответила девушка.
— А моя, — признался дэв, — хранится в стеклянном пузырьке.
Он протянул ей пузырек и попросил девушку:
— Спрячь его в надежное место.
— Будь спокоен, — ответила девушка, — и принеси с охоты побольше дичи, так как один нос меня не насытит.
Дэв отправился на охоту, а младшая дочь весь день весело распевала.
Вечером пришла со двора кошка и стала мяукать, прося, чтобы ей бросили нос. Девушка прогнала ее прочь. Тогда нос приподнялся на блюде и стал принюхиваться.
— Чую приближение дэва, — предупредил он девушку. — Если ты меня не съешь, дэв повесит тебя за косы в потайной комнате, где уже висят твои сестры.
Но девушка не обратила никакого внимания на его предупреждение.
Когда стемнело, вернулся с охоты дэв и зарычал:
— Эй, нос! Где ты, отзовись?!
— Я здесь, я здесь! — отозвался нос.
— Где? — грозно спросил дэв. — В животе у кошки?
— Нет, нет, я лежу цел на блюде!
Тогда разъяренный дэв подступил к девушке:
— Как ты смела ослушаться меня?!
Он хотел ее схватить за косы, но девушка вынула стеклянный пузырек с душой дэва и ударила его оземь. Пузырек разбился, и душа дэва тотчас же провалилась в ад.
Дэв упал, не успев даже охнуть, а нос мгновенно исчез с блюда.
Девушка отыскала потайную комнату, сняла с крюков двух своих сестер и освободила еще многих других девушек, под ногами которых лежали кучи бисера. Это были пролитые ими слезы.
Забрав сокровища дэва, счастливые сестры возвратились домой.
Кривой ворон
Жена доила корову, а чабан лас чужое стадо и приготовлял сыр на зиму.
Однажды взглянул пастух на крышу кибитки, где был разложен сыр, и заметил, что кто-то расхитил добрую его половину.
«Надо подкараулить вора», — решил чабан.
Всю ночь он не спал. На рассвете видит — прилетел кривой ворон и начал клевать сыр. Пастух подкрался и поймал вора. Он хотел тут же убить его, но ворон заговорил человечьим голосом:
— Отпусти меня, добрый чабан, а завтра приходи ко мне в гости. Я тебя одарю.
Послушался чабан и отпустил вора. Тот взлетел и сказал:
— Пойдешь по этой дороге и спрашивай, где кибитка кривого ворона. Всякий покажет.
Назавтра чабан пошел к ворону.
Идет он и встречает большую отару овец.
— Чьи это овцы? — спросил чабан.
— Кривого ворона, — ответили ему.
— А где его кибитка?
— Пойдешь по этой дороге, увидишь табун лошадей. Спроси у табунщика, — он тебе покажет.
Пошел чабан дальше и увидел табун лошадей. Чабан подошел к табунщику и спрашивает:
— Чьи это лошади?
— Кривого ворона, — ответил тот.
— Если пойдешь по этой дороге, увидишь стадо верблюдов. Спроси у пастуха, — он тебе покажет, где его кибитка.
Пошел чабан дальше и увидел большое стадо верблюдов.
— Чьи это верблюды? — спросил он у пастуха.
— Кривого ворона.
— А где его кибитка?
Пастух показал на черную кибитку, одиноко стоявшую на вершине высокой горы.
Взобрался пастух на гору, навстречу ему одноглазый ворон.
— Заходи, заходи, гость, — пригласил хозяин.
Ворон посадил пастуха на почетное место и угостил чаем и лепешками, а когда чабан собрался идти домой, подарил ему скатерть-сачак и сказал:
— Это не простой сачак. Если скажешь: «сачак, сачак, в ширь расти и на славу угости!» — он тотчас же раскинется и на нем появятся всевозможные яства, какие ты только пожелаешь! Когда кончишь трапезу, скажи: «сачак, свернись!»
Чабан взял сачак и пошел домой, где его с нетерпением поджидала жена.
— Эй, жена, — сказал чабан, — неси воды, помоем руки и сядем ужинать.
— У нас, кроме молока, ничего нет, — ответила жена.
Чабан вытащил из-за пазухи сачак и проговорил:
— Сачак, сачак, в ширь расти и на славу угости!
Сачак тотчас развернулся, и на нем сразу появились всевозможные яства.
Чабан с женой на славу поели.
— Сачак, свернись! — сказал пастух. Все исчезло, а сачак свернулся.
— Позови падишаха и угости его, — сказала жена. — Может, он возьмет тебя на службу,
Чабан послушался жену и позвал на обед падишаха, его визирей и векилей.
Когда они пришли и с трудом расселись в тесной кибитке, чабан положил перед ними сачак. Все удивились такому угощению, а падишах даже разгневался.
Тогда чабан сказал:
— Сачак, сачак, в ширь расти и на славу угости!
Сачак широко развернулся, и на нем появились такие кушанья, каких никогда еще не ел ни падишах, ни его придворные.
Г ости пообедали и возвратились во дворец.
— Иди к чабану и отними у него сачак! — приказал визирю падишах.
Визирь тотчас же вернулся к чабану, отнял сачак и принес его во дворец.
Чабан пошел к кривому ворону и пожаловался на падишаха.
— Не горюй, — сказал тот. — Я подарю тебе осла. Осел этот непростой. Стоит только сказать «хых», как из него вместо помета посыплются золотые монеты.
Чабан поблагодарил ворона, сел на осла и поехал.
Проезжая мимо дворца падишаха, чабан испугался стражи и чтобы быстрей проехать, стал понукать осла:
— Хых,