Сестра Ариэль отложила перо.
– Нет, Виридиана. Перестань, пожалуйста, так говорить. Да, я умнее, чем ты сможешь когда-либо стать. Это правда. Но при этом ты гораздо смышленее, чем думаешь сама. Ты ведь все еще веришь лживым словам своего учителя, да?
– Нет! – презрительно бросила Ви. – Каким еще лживым словам? – спросила она, и вдруг почувствовала, как к ее горлу подкатывает ком. Несмотря на рефлекторно брошенное «Нет!» она догадывалась, о чем говорит сестра Ариэль. Она почти что видела перед собой оскал Хью, слышала, как он называет ее тупой шлюхой, которая в пятый раз не смогла поставить силок – а все оттого, что ее пальцы задрожали от его пристального взгляда. «Чего я вообще ждал от такой безмозглой девки? Сиськи есть, ума не надо. Иди в спальню и жди меня. Я сам все закончу, а потом ты займешься единственным, на что годишься».
Сестра Ариэль вздохнула.
– Неужели ты думаешь, что для меня это первый подобный разговор? Неужели ты думаешь, что до тебя ни одна женщина не ощущала себя здесь глупой и ничтожной? Я уже давно не пытаюсь переубедить тех, кто патологически заблуждается в собственных способностях. Ты умнее среднего. К несчастью, талантливые, но бестолковые женщины в Часовне надолго не задерживаются. Для нашей работы важно иметь хорошо развитое абстрактное мышление. Лишь те, кто умнее среднего, могут хоть чего-то здесь достичь, поэтому среди старших сестер почти не встречаются дурочки. Из-за этого за пределами Часовни большинство сестер могут казаться очень умными. Но, находясь здесь, просто смышленая сестра будет временами чувствовать себя тупее других, и будет права.
Однако, видишь ли, в чем дело: все это совершенно не должно тебя волновать. Потому что твоего ума, Виридиана, достаточно, чтобы заниматься почти всем, чего ты только пожелаешь. Да, в кое-каких областях ты будешь продвигаться медленнее остальных. Это естественно. Но зато у тебя, Виридиана, есть чистейшая сила. Для сравнения, если мне и тебе поручат одну и ту же задачу, мы решим ее по-разному. Например… нет, это слишком сложно. – Сестра Ариэль на секунду отвела взгляд. – Скажем, мы с тобой нашли огромный валун, и нам нужно перетащить его в фургон. Ты со своей магической мощью просто поднимешь его и положишь в кузов. Я? Мне пришлось бы затаскивать его по наклонной плоскости, или изобрести систему блоков, или еще какой-нибудь механизм. Но мы обе решили бы эту задачу.
– Да, только системой блоков ее можно решить тысячу раз. А я бы устала.
– Совершенно верно. Зато недостаток моего подхода в том, что мне понадобились бы материалы, чтобы соорудить блоки или наклонную плоскость, и времени я бы потратила гораздо больше, хотя выполнила бы ту же самую задачу. А теперь представь, что я – в гуще битвы, и под рукой у меня только этот самый валун. Я знаю, как построить катапульту и швырнуть его на тысячу шагов, но если на меня вот-вот наедет вражеский всадник, то я пропала. Зато сильная чародейка вроде тебя сможет поднять валун и бросить его самостоятельно. В такой ситуации ее сила будет преимуществом. Посади ее в библиотеку и заставь переводить тексты – у нее уйдут на это годы. Если перевод нужно выполнить срочно, она пропала. В каждой из нас есть нечто особенное, и никто не одарен настолько, чтобы обладать всеми талантами сразу. Почти все в мире понимают и принимают это, кроме интеллектуалов, когда речь заходит об их интеллекте.
– Нет, воины рассуждают так же. Никому не нравится осознавать, что, сколько ни жертвуй сил или лет жизни, всегда найдется кто-то, кто трудился меньше, но дерется лучше самых упорных мастеров… или даже кто-то, кто приложил столько же усилий, но стал в разы искуснее всех остальных.
– Ага, вот видишь! За это я и люблю Часовню, – сказала сестра Ариэль. – Я озвучиваю частную истину, а ты в ответ помогаешь мне увидеть общую картину. Прекрасно. Но будет еще лучше, если наши рассуждения помогут тебе разобраться в книге, и ты прямо сейчас переживешь чудесный миг научного озарения.
Ви уставилась на книгу, поджала уголок губ. На чем она остановилась? Ах да – Кайлар разговаривал с ка'кари.
Когда она снова подняла голову, сестра Ариэль выжидающе смотрела на нее.
– Э-э-э… Нет?
– Ах, что ж. Наверное, если бы озарения можно было так легко подгадать, то мы бы не ценили их столь сильно.
– Что мы вообще знаем о ка'кари? – спросила Ви.
Брови сестры Ариэль взметнулись вверх.
– Сразу переходишь к опасным вопросам, да? Это мне всегда в тебе нравилось, Виридиана, хоть я и боюсь, что тебя из-за этого убьют. Знаем мы намного меньше, чем думает большинство сестер, поскольку они путают догадки и намеки заинтересованных сторон с тем, что нам хочется считать правдой, и с тем, что нам на самом деле известно. Вплоть до финальной схватки на штормоходе Сестринство знало, что существует шесть ка'кари, и что все они были созданы талантливым и умным магом, равные которому рождаются раз в тысячу лет. Этого мага звали Эзра, а позднее – Безумец Эзра, и семь веков назад он был близким соратником императора Джорсина Алкестеса. Теперь мы знаем, что шесть ка'кари Эзры были созданы по аналогии с еще одним, более древним. С черным ка'кари, который иногда еще называют Пожирателем.
Большинству сестер, которым известно об их существовании, ка'кари важны по одной причине: мы считаем, что некоторые или даже все они даруют низшее бессмертие. Ты знакома с традиционными классификациями бессмертия?
– Э-э-э… да. – Раньше Ви о них не знала, но ведь Кайлар о чем-то таком писал, верно? На перечеркнутой странице. – Полная неуязвимость ко времени и мечу доступна только Единому Богу, если Он существует. Люди могут заполучить только неуязвимость ко времени, но не к мечу, и… нет, я ведь что-то пропустила, да? Между ними еще были пришельцы, правильно?
Сестра Ариэль, похоже, была впечатлена тем, что Ви вообще знает об этой теме хоть что-то.
– Промежуточная ступень вызывает много споров. Кто-то заявляет, будто есть могущественные создания, способные путешествовать по Тысяче Миров и по желанию принимать смертный облик, но, если эту смертную оболочку убить – или убить определенным способом, – то существа эти не погибают, а навеки изгоняются из своих материальных воплощений в том мире. Такие создания кажутся пугающе могущественными, не правда ли?
– Ну… Да, пожалуй, кажутся.
– Забавно, но некоторые ученые утверждают, будто и люди относятся к таким созданиям – будто