– Поэтому худшее, что тебе грозит, это… – Сестра Ариэль вдруг замолкла. – Виридиана, ты точно никого не убивала?
Ви не могла посмотреть ей в глаза.
– Дитя, ты ведь понимаешь, что рано или поздно Совет выслушает развернутые доклады наших послов в Борами? Сестер, которые подробно допрашивали свидетелей. Если найдется хоть малейшее доказательство тому, что ты принимала участие в резне на штормоходе, то у тебя будут неприятности совсем других масштабов. Особенно если ты солгала об этом.
Сестра Ариэль сняла с носа очки и стала протирать линзы уголком шали. Ви остолбенела. Их обдувал легкий, приятный ветерок; солнце сверкало в небесах и играло рыжими бликами на ровной утренней глади озера Вестаччи. Рядом стояла низенькая сестра, которая относилась к Ви лучше, чем все, кого она знала в первой половине своей жизни. Все вокруг было таким открытым, свободным и прекрасным.
Ви казалось, что она в западне.
– Виридиана. Ты ничего не хочешь мне рассказать?
Глава 69
Новая ложь, старая любовь
– Снимай мундир. В шкаф его, – шепчет Ви.
Она роется в сумке рядом с выходом из гримерки. Я снимаю сержантский мундир и закидываю его в шкафчик одного из артистов. Взамен Ви протягивает мне фрак – красный с золотой вышивкой, дорогой, сшитый в точности по моим меркам. Она помогает мне одеться. Затем натягивает поверх моих темных волос парик. Предыдущий я, наверное, потерял, пока дрался.
Затем мы выходим из гримерной в коридор. Ви ведет меня быстро, бежит, когда на нас никто не смотрит, срезает путь через смежные залы.
– Хвоста нет, – говорю я ей.
Ее глаза сверкают. Ви всегда была вспыльчивой. Гневом она прикрывает чувства. Сейчас, наверное, это чувство вины за убийство Исмаены.
Еще несколько минут Ви тащит меня за собой и как будто игнорирует. Мы поднимаемся на два этажа и наконец заходим в одну из кают. Похоже, это каюта Ви.
– У тебя есть вопросы, у меня есть ложь, – говорит она. – Только давай быстрее.
– Прости, что?
– Я не могу торчать здесь весь день, Кайлар. У меня осталось несколько свободных минут, а потом я должна поработать над моим алиби. На какой минимум вопросов мне нужно ответить, чтобы ты к моему возвращению все еще был здесь?
Я лишь тупо моргаю в ответ. Все происходит слишком быстро.
– Давай начнем с самых очевидных, хорошо? – говорит Ви.
– Давай, – соглашаюсь я. Не знаю, какие очевидные вопросы она имеет в виду, но я всегда рад сделать вид, будто я умнее, чем есть на самом деле. Особенно когда мне нужно перевести дух от нашего бегства, а заодно и от мысленных попыток поспевать за Ви.
– Часовня послала сюда мою группу не только для того, чтобы помочь Логану добиться встречи с императрицей.
– Это я уже понял. Зачем вы здесь?
– Я как раз пытаюсь тебе рассказать, но ты все никак не заткнешься! – огрызается Ви.
– Ты сказала, что собираешься мне соврать!
– Я подразумевала не это! Я имела в виду, что расскажу тебе обо всем, о чем лгала до сих пор.
– Какое облегчение, – говорю я. Но затем прикусываю язык. Мамочка К уже намекнула бы мне, что слушать лучше с навостренными ушами, а не с раскрытым ртом. – Продолжай.
– Как ты уже, наверное, догадался, мы пришли за ребенком Логана.
– За которым из двух? – спрашиваю я, мгновенно позабыв, что собирался держать рот на замке.
– За самым важным. – Ви начинает снимать платье.
Я непонимающе смотрю на нее. Она поворачивается ко мне спиной.
– Не поможешь с пуговицами?
Я расстегиваю несколько пуговиц, хотя понятия не имею зачем.
– Возьми иголку и нитку, они в том ящике, – говорит Ви, указывая в нужную сторону.
Я роюсь в комоде, нахожу иголку, вытаскиваю белую нить, подходящую платью, и радуюсь, что мой мозг наконец-то снова заработал. Ви хочет зашить шов, порвавшийся под мышкой. За хорошей маскировкой нужно следить так же тщательно, как и за хорошим доспехом, и жизнь она спасает ничуть не хуже.
Платье Ви, похоже, нарочно сшили так, чтобы оно выставляло напоказ ее грудь.
Я слышал об одном колдовстве, очень болезненном и не всегда срабатывающем, которое в редких случаях может навсегда изменить фигуру человека. Не знаю, заставлял ли Хью Висельник пройти через это Ви – а такой подонок, как он, мог и заставить, – или же она просто из тех редких женщин, которые мало того, что стройные и подтянутые, так еще и очень пышногрудые. Прямо ведь о таком не спросишь, правда? «Эй, классные сиськи. От природы или от морального урода?»
Познакомившись с Ви, я очень долго учился не глазеть на ее грудь каждые несколько секунд.
~– Каждые несколько секунд?~
«Да не буквально же. Я преувеличил для красного словца».
Но сейчас со мной что-то случилось: не то от одиночества, не то от воздержания, не то просто потому, что Ви давно не было рядом, моя старая привычка, похоже, вернулась. Корсаж ее платья открыт до пупка, и я, как озабоченный юнец, все время поглядываю на ее декольте, позабыв о происходящем.
Ви в свою очередь пристально разглядывает каждый дюйм платья, выискивая пятна крови.
– Белое платье? – спрашиваю я. – В нашем-то ремесле?
Она ругается – замысловато, но без чувства, – после чего замолкает. На меня не смотрит.
– Сейчас в моде яркие цвета. Одев белое, я выделяюсь в море пестроты и узоров. – Она жестом указывает на свое декольте, подразумевая, что я, профессиональный мокрушник, должен понимать: это – тоже ее инструмент.
Я полностью ее понимаю, и в то же время не понимаю совсем. То есть да, я понимаю, что мы давно знакомы и что сейчас ты выставила свои сиськи напоказ не ради того, чтобы меня соблазнить.
И все же… Сиськи.
– Наверное, мне нужно поблагодарить тебя за то, что ты спасла мою жизнь, – говорю я, поворачиваясь к ней боком.
– Не надо, – отвечает Ви. – Я скорее всего… Боги, даже думать об этом не хочу. Эй, ты чего расселся? У тебя лучше получается управляться с иголкой и ниткой, чем у меня. Можешь помочь?..
Откуда она это помнит? Да, мы какое-то время жили под одной крышей – Элена, я и Ви; я тогда был женат на Элене и магически связан с Ви, и мы говорили Часовне, будто женат я на самом деле на Ви… Ну и времечко было! Однако я не помню, чтобы хоть раз что-нибудь зашивал.
– Шей. А я буду говорить, – произносит Ви, и я слышу в ее голосе извинение.
Я приступаю к