— Правда? — требовательно уточнила Триха у всё ещё растерянного Ксайдена.
Тот в ответ закивал головой, будто болванчик. Феликс вновь отвернулся к окну. Юми стёрла с лица слёзы. Ка снова к ней наклонился.
— Прости, но это всё, чем я могу помочь, иначе твои спутники меня действительно убьют, — прошептал он, на что Юми ему благодарно улыбнулась.
Карету неожиданно тряхнуло. Юми и не заметила, как они пошли на посадку. Через минуту им открыл дверцу слуга. Ка тут же спрыгнул на землю.
— О дом, милый дом. Как же меня укачало, — пожаловался он.
Юми вышла следом и удивлённо замерла. Столица герцогства Шакрат не была похожа на всё, что она до этого видела. Их высадили посреди многолюдной улицы. Везде что-то гремело и шуршало, некоторые дома стояли боком или крышей вниз. Худой торговец книг рядом с одним из таких свесился вниз головой с перекладины и читал книгу.
— Раз, два — теремок, пусть сегодня свет погаснет. Три, четыре — ты уйдёшь. Пять, шесть — ужин ждёт. Семь, восемь — дом пустой. Девять, десять — личность спит… — донеслась до Юми какая-то странная считалочка от пробегавших мимо ребят.
— С дороги! — крикнул кто-то.
Феликс мягко подвинул её в сторону. Рядом с Юми прокатилась карета на квадратных колёсах с запряжёнными по бокам лошадьми.
— Можете остановиться у меня, думаю, покажу вам пещеру завтра. Скоро стемнеет, — докричался до них в этом хаосе Ка и пошёл к башне.
Они заспешили за ним, стараясь не потеряться. Ка взялся за огромный молоток и постучал. Дверь приоткрылась.
— Пароль? — спросил у него огромный мужчина в форме стражника.
— Беспардонность, — ответил Ка.
— Не тот пароль, — отозвался мужчина и закрыл дверь.
Ка постучал снова. Тот опять выглянул.
— Пароль?
— Чепуха, — спокойно отозвался Ка.
Мужчина задумался.
— Этот истёк в четверг того месяца, что шёл за следующим, — ответил стражник и закрыл дверь.
Ка тяжело вздохнул.
— Минуточку, — попросил он и начал что-то искать в своих карманах.
Он вытащил маленькое зеркальце и прижал к себе стеклом. Затем постучал в третий раз.
— Пароль? — повторил мужчина.
Ка показал ему зеркало и быстро убрал его в карман.
— Беспардонность, — произнёс он.
Мужчина пару раз моргнул, а потом улыбнулся.
— Верно, — сказал он и открыл дверь.
— Прошу прощения, иногда бывает сложновато попасть домой, — будто ничего и не случилось, сказал Ка. — Слишком много паролей и приходится иногда хитрить.
Ка пожал плечами и пошёл вперёд.
— Ты живёшь посреди улицы? Без охраны? — удивлённо спросила Юми.
— Почему без охраны? Ты же её уже видела.
Юми скептично оглянулась на мужчину, что закрывал за ними дверь на не очень-то надёжный засов.
— Да и какому сумасшедшему понадобится к нам соваться? Ему же из-за политического переворота придётся… — окончание фразы Юми не расслышала.
— Придётся что? — переспросила она.
Ка снова что-то пробурчал.
— Что-что? — Юми уже начало казаться, что она совсем глухая.
— Брать ответственность! — прокричал Ка и сразу заткнул себе рот.
Проходящий мимо слуга кинул поднос на пол и зашипел на него, а потом начал истерично смеяться.
— Нам туда, — поспешил ретироваться Ка.
Они пролезли через узкий занавешенный проход и оказались около шести разных лестниц. Три вели вниз, а три наверх.
— Комнаты для хороших гостей внизу, а для плохих наверху. Предупреждаю сразу — лестницы перестраивают каждый день. Некоторые ведут в тупик, а другие в такие места, где вас никогда не найдут, поэтому по ним надо ходить осторожно, — сказал Ка и начал спускаться вниз по верёвочной.
— Спасибо за предупреждение, — проворчал Ксайден.
Они начали спуск, который длился минут пятнадцать. Юми даже успело укачать от этой шатающейся лестницы. В итоге Ка спрыгнул с неё на площадку и пошёл вглубь. Юми кинула взгляд вниз: лестница тянулась так далеко, что и края не разглядеть. Ка начал вести их бесконечными коридорами.
— Как здесь вообще ориентироваться? — устало спросила Юми.
— Да никак. Просто доверься своей интуиции, — отозвался Ка.
Юми растерянно замерла. Да он действительно чокнутый. Что если и письмена-то никогда не видел. Ка начал что-то насвистывать.
— О, вот и ваши комнаты, — радостно известил он, а потом неожиданно остановился.
Улыбка сползла с его лица. На полу около дверей, через которые можно пройти только согнувшись, сидела девушка в рваном платье. На голове у неё красовались два хвостика из светлых волос, один из которых доставал до пола, а другой кое-как заплели из-за очень коротких волос с левой стороны головы. Ка вздохнул, подошёл к ней и сел на корточки рядом.
— Привет, мам. Что ты здесь делаешь? — мягко спросил он.
— Играю в прятки. Не мешай, — прошипела она.
— А с кем? — снова спросил Ка.
— Как с кем. С моим сыном, — хихикнула она.
— Кажется, он не придёт. — Ка вздохнул.
— Придёт. Точно придёт. Уйди, не мешай, — начала канючить она.
— Может, ты хочешь поесть сладкого? В столовой приготовили новый десерт, — доверительно зашептал Ка.
— Нет, я играю с сыном. — Она начала быстро мотать головой.
Из-за угла вылетел запыхавшийся слуга.
— Вот вы где, а я…
Он резко замолчал, увидев Ка. Сухощавый мужчина-слуга побледнел. Ка поднялся на ноги с таким грозным выражением лица, будто того сейчас на месте убьёт. Триха от неожиданности прижалась к Ксайдену, а Юми даже попятилась.
— Почему моя матушка осталась без присмотра? — с мягкой угрозой спросил Ка.
— Она… Я… — У слуги пропал дар речи.
— Ещё раз такое произойдёт, и мне придётся действовать довольно жестоко. Тебе очень повезло, что она не поранилась, — продолжил Ка.
— Не ругай Захшу. Захша хороший. — Герцогиня разрыдалась.
Ка тут же вернулся к ней и протянул платок.
— Больше не ругаю, — осторожно произнёс он.
Женщина высморкалась.
— Знаешь, я слышал, что твой сын проголодался, — вдруг с наигранным ужасом произнёс Ка.
Она тут же перестала плакать.
— О, нет! Надо срочно пойти в столовую. — Герцогиня подорвалась и побежала.
Слуга заспешил за ней. Ка посмотрел на своих спутников так, будто ничего и не случилось.
— Здесь ваша комната. Еду принесут слуги. Увидимся завтра утром, — сообщил он и ушёл.
— Я, конечно, знал, что у шарканей далеко не все в порядке с головой, но чтобы настолько, — тихо произнёс Ксайден.
— Не думаю, что мы должны это обсуждать, — холодно заявил Феликс.
Ксайден поморщился. Юми поняла, что они сейчас опять начнут ругаться, и поспешила вмешаться.
— Феликс прав. Они не виноваты в том, что родились такими, — непреклонно заявила Юми.
Возможно, ей только показалось, но когда Ка смотрел на свою маму, то глаза у него затуманились болью и скорбью. Юми знала этот взгляд, потому что и сама раньше смотрела