Полина глубоко вдохнула, медленно выдохнула, взглянула на часы (прошло всего три часа) и вернулась к просмотру вакансий.
* * *
– Лучшая награда в нашей жизни – это возможность заниматься делом, которое того стоит. Теодор Рузвельт.
– А что, цитаты современников уже не в ходу? Сколько мне еще тут торчать?
– Ожидаемое время – шесть минут. Еще раз прошу прощения. Не хотите ли…
– Не хочу.
– …прослушать анекдот?
– Да не хочу я!
– Хорошо. Если что, я на связи.
* * *
В воскресенье утром, помешивая овсянку, Полина бросила через плечо:
– Ты слышал о «День если»?
Артемий собирал сумку для фитнеса и бросил через плечо:
– А что?
– Вика там протестила себя с парой знакомых. Говорит, прикольно.
– Ну не знаю, – ответил Артемий. – По мне, так это просто игрушка типа гадалки какой-нибудь.
– Вика нашла среди пользователей тебя.
Артемий выпрямился. Ложка размеренно скребла по стенкам кастрюли. Вж-ж-жинк. Вж-ж-жинк.
– Ну ладно, – вздохнул Артемий. – Да, когда-то я им пользовался. Ты же знаешь, как я не люблю сюрпризы. Мне необходимо было хоть как-то прикинуть, что меня ждет.
– Что нас ждет? – уточнила Полина.
– Нас, да.
– И как?
– Можешь не париться, все хорошо. Все очень даже замечательно.
Полина обернулась:
– Ты видел наших детей? Какие они?
– Что там Вика, выбрала кандидата?
– Артемий, я спросила про детей.
– Да не знаю, Полин, я тестировал на небольшой срок, года три. Мы с тобой и не планировали, что они появятся быстро.
Полина задумчиво оглядела Артемия. Он еле заметно покраснел, глаза его сузились:
– Ты мне что, не веришь?
Полина оперлась о столешницу.
– Все. Я пошел, поем потом. – Он раздраженно дернул плечом, бросил беглый взгляд на Полинин телефон и крикнул уже из прихожей: – Сама-то когда возьмешь абонемент?
Полина не ответила. Она мешала и мешала кашу, пока та не вылилась за края кастрюли.
* * *
– Женщина! – гулко раздается откуда-то извне. – Вы еще там?
«Нет, я уже не здесь», – думает Полина.
– Я тут! – кричит она.
– Сейчас вытащим, не переживайте!
Минуты три что-то скрежещет и лязгает. Потом лифт дергается и плавно едет вверх. «Хорошего дня». Под поставленным на пол пакетом растекается лужа растаявшего мороженого.
* * *
Вибрирует телефон. Сообщение от Дениса: «Ты сейчас свободна?» Полина кусает губы. Артемий на работе, но у нее уже все распланировано: уборка, душ, обучающий вебинар. Она садится и барабанит пальцами по столу. Пальцы отстукивают: Ли-за, Ли-за. Внутри теплеет. Фиолетовые волосы, какой-то поганец Женька. Полина буквально чувствует запах кофе с молоком. Денис рядом в такси. Предложение в силе.
– Мир молочной пенки, – шепчет она и улыбается.
«Пара часов у меня есть».
Как все объяснить Артемию? Ли-за, Ли-за.
«Пары часов мало. Может, пообедаем, а потом сходим на балет?»
«Во сколько ты будешь?» – набирает Полина и гипнотизирует взглядом экран телефона. Через пару минут приходит ответ:
«Пока не знаю, когда освобожусь. Час, два. Я наберу».
Полина закатывает глаза. Пальцы больше не отстукивают ритм.
Полина встает, моет ложку. Потом снова садится.
– А вдруг все начнется заново? Все эти сюрпризы. Да, нет, подумаю, возможно…
Вибрирует телефон. Сообщение от Артемия: «В магазине что-то взять?» «Помидоры полтора килограмма и гречку два пакета», – машинально отвечает Полина.
Овощи и фрукты Артемий всегда брал свежие, выбирал сам («Доставят еще не пойми что»). Про помидоры Полина забыла. Вообще после закрытия лаборатории стала рассеянной.
«Буду в шесть двадцать примерно».
И она точно знает, что в шесть двадцать зайдет Артемий и принесет ровно полтора килограмма крепких помидоров и два пакета отборной гречки.
Снова сообщение. Денис. «А может, рванем за город? Или по местам юности, в Нижний?»
Полина встает, повторно моет ложку, садится.
Звонит Артемий:
– Сейчас с отцом разговаривал. Сидишь?
– Сижу, – отвечает она.
– Тебя берут в закрытый проект!
Полина взвизгивает:
– Врешь?
– Будешь заниматься нано-продуктами, спасать человечество от голода.
– Уи-и-и! Мама дорогая! Это же моя мечта! Если бы не твой отец…
– Если бы не я, – поправляет Артемий.
И стабильность скромно, будто прося прощения, дотрагивается до нее, пытается обнять.
Полина щиплет пальцами нижнюю губу. Нужно изучить массу материала, чтобы будущие коллеги не считали ее попавшей в проект исключительно по блату. Правый глаз слегка дергается. Она всегда хотела быть полезной. Делать хорошо то, в чем разбирается. Построить карьеру в науке. Вот он, шанс. И будут гранты, грамоты и белые халаты рукав к рукаву… Она мелко моргает, наливает стакан воды с лимоном и пьет новопассит.
«Полиныч, так Нижний или балет? Что выбираешь?»
Она подходит к окну, муха бьется о стекло. Полина открывает форточку и машет рукой. Лети! Муха рывками двигается вдоль рамы. Упорно. Бьется, не сворачивая. Ли-за. Ли-за.
– Да что же ты! Вот же выход, – нетерпеливо дергает плечом Полина и замирает.
– Да что это я? – говорит она. – В конце концов, это просто аналитическая программа. Сгенерированная жизнь. С чего я вообще должна верить какому-то приложению?
Она достает из принтера лист бумаги и пишет Артемию записку. Смотрит на часы. Двенадцать тридцать. Полина подходит к шкафу, открывает его. Все необходимое за десять минут помещается в чемодан.
– Алиса, забронируй одноместный номер на сутки и вызови такси.
Полина заходит в лифт:
– Первый этаж.
– Добрый день! – ласково отзывается из громкоговорителя.
– Молчи! – Полина грозно поднимает указательный палец. – И только попробуй сломаться второй раз за день!
…Автопилот плавно, как сливочное масло, разрезает раскаленный московский воздух.
Сообщение от Дениса. «Так что выбираешь?» Полина смотрит в окно.
В холле гостиницы столпотворение. Полина растерянно топчется и встает в очередь. Кто-то трогает ее за плечо.
– Девушка, вы от какой организации?
Она оглядывается. Симпатичный мужчина за тридцать. На груди бейджик: «Новосибирский государственный исследовательский университет».
– Вы же на форум нутрициологов?
– Как вы сказали? – переспрашивает Полина.
– Вы с каким докладом выступаете?
– Я не выступаю. А послушать можно?
Мужчина широко улыбается:
– В такую радостную погоду можно что угодно. Даже влюбиться!
И Полина, запрокинув голову, заливисто смеется.
Анастасия Баскова
Утопия отражения
Ведьма выглянула с кухни, собирая чашки на поднос. Посередине квадратного столика, заросшего мхом и стоящего у витражного стекла, танцевали лучи вечернего янтарного солнца. Последний луч уселся на тыквенной булочке, от которой все еще шел пар.
Внушительных размеров мужчина растянулся на