— А ты настаиваешь, что это убийство, правильно понимаю?
Никита вздохнул и приготовился описывать то, что случилось в санатории. Он знал, что Толик очень любит истории жертв, тела которых ему приходилось исследовать. Была у Толика теория о том, что случайных убийств не бывает. В управлении даже ходила легенда, что он однажды определил убийство по аромату духов в легких. Жертва никогда не пользовалась парфюмом, у нее была аллергия, так утверждали родные. Толик сделал анализ легочной ткани, так как предположил, что перед смертью жертва вдохнула с близкого расстояния запах парфюма. Следователь поверил опыту судмедэксперта, нашел преступницу и ее орудие — платок, пропитанный дорогими духами. Любовница мужа оказалась убийцей — прижала ткань к лицу соперницы во время процедуры в спа-салоне, в котором работала, потом ушла, прикрыв за собой дверь. И вернулась только удостовериться, что конкурентка умерла.
Следователи в управлении считали своим долгом подробно рассказывать Толику, как и что произошло. В благодарность тот не скупился на различные версии. Никита тоже решил поделиться выводами. Свою историю он постарался снабдить очень яркими деталями, чтобы Толик точно ею заинтересовался.
— Правильно понимаешь. Я пообщался с семьей умершего. Вот послушай. — Никита сделал паузу, подбирая слова. — Значит, так. Этот человек, труп которого тебе привезли, накануне избил жену. Узнал, что у нее есть любовник. Заметь — врач из того же санатория.
Толик молчал, но Никита слышал, как по ту сторону беспроводной линии зашелестели бумаги. Значит, судмедэксперт уже открыл журнал с протоколами осмотров.
— Обиженная жена потребовала развод. Супруг отказал. Сестра жены считает его шантажистом. А теперь самое интересное: тетя сестер раньше спала с тем самым врачом, нынешним любовником жены.
— Ого! — наконец выдал Толик.
— Чувствуешь, как все запутанно? А ты думал!
Толик коротко и сухо рассмеялся.
— Ага, теперь понимаю, почему майор рвет и мечет. Дави не дави, а факты говорят, что дело пахнет криминалом.
Никита представил, как Толик сидит в своем кабинете, в очках с толстыми линзами, спокойно слушает Никиту, но уже начинает продумывать подробности преступления и анализировать поступки участников.
— И вот за что я тебя уважаю, Коломбо, — проговорил Толик, — за то, что не боишься такие дела брать. Небось сам вызвался? Отдыхал бы себе, птичек слушал, в бассейне плавал. Нет, нужно же обязательно влезть.
— Ну а как иначе? Сам же говоришь, что убийств без причин не бывает. А тут причин хоть отбавляй. Главное — не ошибиться, кто преступник. Вон сколько подозреваемых. Поможешь?
Еще одна пауза. Потом сдавленный вздох.
— Да я уже помогаю. Майор распорядился отставить все и заниматься твоим вопросом. Хотя постановления о возбуждении дела еще нет. Ну-ка, сориентируй, умерший имел проблемы с сердцем? Или просто вы с майором решили проверить, отчего загнулся молодой, на вид здоровый мужик?
— Кардиолог подтвердил сердечную недостаточность. Лечащий врач запретил все процедуры, кроме гимнастики, ходьбы, массажа и бассейна.
— Ага. Предполагаю, что один из них — или кардиолог, или лечащий — был любовником жены.
— В точку, Толик. Лечащий врач.
— Все интереснее и интереснее. Ты держи меня в курсе расследования. А уж я постараюсь, сделаю, что смогу, как можно быстрее. А какое лекарство принимал умерший?
— Д***н. Есть журнал с регистрацией отпуска пациентам лекарств, правда, я его еще не смотрел. Но говорят, там все чики-пуки. И выдавали согласно назначению, и есть отметки жертвы за каждый прием. Читать-то умеет. Если бы не совпало, он бы не расписывался.
— Как врач со стажем, могу сразу сказать, что передозировка д***ном увеличивает риск развития аритмий и внезапной смерти больных. Нужно обязательно учитывать факторы, которые требуют снижения дозировки. Если перебор, то лекарство накапливается в тканях и плазме, а это приводит к развитию токсического эффекта.
— То есть возможна передозировка вследствие некомпетентности или невнимательности врача?
— Не исключено. Бывают, конечно, разные ситуации. Например, пожилой человек забыл, что уже принял препарат, и выпил его повторно.
— Журнал в процедурном кабинете и подписи этого умершего человека опровергают эту версию.
— Можно проверить подлинность подписей.
— Тогда все до единой подделаны, иначе погибший увидел бы подлог.
— В общем, Коломбо, доказать убийство ты вряд ли сможешь. Будет, скорее всего, врачебная халатность. И кстати. На теле умершего при осмотре обнаружены застарелые следы побоев. Примерно недельные. Точно скажу позднее. Замечу, что били сильно. Предположу, что уронили и отпинали. Наибольшая концентрация ударов приходится на живот и спину.
— То есть бил не один? Не мог же драчун бегать по кругу вокруг лежачего и пинать его?
— Это вряд ли.
— А вот за это спасибо, Толик.
— Могу еще подсказать, Коломбо. Некоторые препараты китайской медицины для усиления потенции содержат в себе буфадиенолид, это такой кардиоактивный стероид. Причем большая доза средства провоцирует развитие дигиталисной интоксикации [2]. Если тот, что умер, бегал по бабам, как его жена по мужикам, поднимал себе потенцию кардиоактивным стероидом да еще и принимал препарат по назначению врача, вот тебе и передозировка.
— Нет, тут сомнительно. У жены был любовник для секса. А зачем тогда мужу стимулятор потенции? Он как раз позиционировал себя как отличного семьянина. Про баб мне ничего не известно. Спасибо, дружище. Как только точно определишь причину смерти, сразу звони. Завтра к двенадцати иду докладывать результаты.
Полчаса ушло у Никиты на разговор с нотариусом, который вел наследственное дело Паши. Правда, первые пятнадцать минут заняли препирательства по поводу законности запроса. Никита сослался на майора, потом на чиновника из мэрии, который мог в скором времени стать главой города, так дело пошло намного быстрее, и следующие пятнадцать минут Никита озадаченно выслушивал подробности про имущество Паши и не только. Нужно было срочно уточнить кое-какие данные, и он позвонил в управление Артему — приятелю, тоже следователю.
И только потом спустился в столовую, которая к этому времени уже опустела.
Он быстро ел, стараясь незаметно выбрать из персонала того или ту, кто ему поможет. Никите нужен был источник информации. Кто, как не столовский работник, по три раза в день наблюдает за отношениями между посетителями, слушает разговоры, подмечает взгляды. Никиту интересовал отдыхающий по имени Миша. Крупный, здоровый, румяный Миша, который почему-то решил, что Паша захочет его на себе женить. Откуда Миша узнал, что Паша — богатая вдова? Объяснение Германа было похоже на правду, но Никита хотел проверить его суждение. Следователь не может позволить себе принимать что-то на веру, каждая деталь должна быть подтверждена.
Сначала Никита, полагаясь на свою наблюдательность, думал вычислить место, где мог столоваться Миша. Тогда вопрос об информаторе решился бы сам собой. Кто обслуживает, тот и