Граф с жалостью посмотрел на меня.
— Пётр, прекрасно понимаю твоё настроение. В самом начале я предупреждал тебя, обратной дороги не будет. Можно, конечно, подать в отставку, но это не решит проблемы. Тебя отзовут и всё равно заставят выполнить поручение. Ты стал доверенным человеком в ближнем окружении императора. Или ты служишь с честью и достоинством, или опала, забытьё и жалкое существование.
— Это в вашем понятии жалкое существование. Я же опалу вижу как манну небесную. Тишина и покой на душе. — Усмехнулся я. — Впрочем, придётся ехать, и поэтому, Дмитрий Борисович, обрисуйте мне обстановку в Константинополе. Кто есть кто и с чем его едят?
— Вот это другое дело, ваше высокопревосходительство, — улыбнулся граф. — Как гласит ваше замечательное выражение: «Нашим братьям туркам глаз на жопу натянем и моргать заставим».
Я выпал в осадок и с изумлением смотрел на графа, пытаясь вспомнить, когда я такое говорил. У меня появилось смутное подозрение, а не приложил ли к этому назначению свою руку этот старый лис.
Конец 9 книги.