— Конечно, заходите, — поспешно промямлила я, пропуская всех внутрь.
Нашего дивана для таких дюжих молодцев оказалось явно недостаточно, и они притащили из подсобки стулья. На стол явились дорогие шоколадные конфеты, помпезное печенье в золочёной жестяной коробке, и наша сходка стала напоминать классические чайные посиделки в стиле «Гордости и предрассудков» с поправкой на современность. Напыщенные джентельмены расточали вежливые улыбки, мамзели сидели неестественно прямо, в глазах Алёнки при взгляде на Изумрудного посверкивали острые льдинки, щёки донельзя растерянной Леры пламенели аки восточные маки, а наш Белый ангел, под курткой которого обнаружился белоснежный джемпер крупной вязки, не сводил с неё откровенно влюблённых глаз.
Я тихонько вздохнула про себя, надеясь, что хоть я не так откровенно пылаю до кончиков волос.
— Ну что ж, Хранительницы, — взял слово Вельгорн, церемонно отставив чашку. — Как видите, наша встреча в полном составе состоялась раньше, чем намечалась и прямо на Земле, чего, признаться, и вовсе никто из нас не ожидал.
— Как Элантар смог переместиться? — прямо спросила я, ринувшись носорожьим набегом через все столь нелюбимые мной экивоки и церемонии.
Вельгорн взглянул на меня остро, но тут раздался мягкий, но настойчивый голос Белого.
— Вельгорн, позволь я сам объясню Хранительнице Еве. Если не вдаваться в хитросплетения магических потоков… то между мной и Хранительницей Лерой образовалась обратная петля пространственной связи. И я через неё могу теперь чувствовать точку перемещения в Дова-Норр в том числе и с Земли.
— Чего?.. — мы дружно вытаращили глаза, ничегошеньки не поняв.
— Если очень упрощённо, — улыбнулся Элантар. — То когда вы ушли порталом на Землю — я продолжил ощущать Леру, как если бы находился непосредственно рядом с ней. Я совершил многократные переходы по всем известным мне порталам Дова-Норра, и ничего не изменилось — я продолжал чувствовать её. И это значит только одно — между нами произошло взаимное сплетение потоков. Лера теперь как маяк для меня. И не только маяк, но и энергетический канал, который, как канат, связал наши миры и наши души. Теперь мне не нужно подпитывать наши Врата. Они стабильны. И я могу свободно пользоваться ими, так же как и вы. А могу перемещаться и без них — ведь мой маяк светит мне в любой точке Вселенной, — он изящно повёл рукой в сторону Леры и почтительно склонил голову.
Несколько долгих секунд мы ошалело переваривали информацию.
— И это произошло… без зелья Истинной сути? Ваша связь… инициировалась сама?.. — я даже поднялась с места, нервно теребя лацкан халата. — Значит, я правильно предполагала, что оно когда-то лишь помогало усилить и закрепить зарождающуюся естественным образом связь?
Ответом мне был сияющий бриллиантом чистейшей воды взгляд и улыбка, способная растопить арктические льды. Я перевела взгляд на пунцовую Леру, которая не смела поднять головы. На Ярташа, чьё суровое лицо непривычно сияло и стало совсем мальчишеским. На Алёну, потерянно хлопавшую длинными ресницами. И, наконец, на Вельгорна, который пристально, серьёзно, смотрел на меня и только на меня.
— Значит ли это, — вдруг спросила Алёна. — Что я наконец-то смогу увидеть Дова-Норр? Все уже там были, кроме меня!
— Конечно, Хранительница Алёна, — поднялся вслед за мной Ярташ, подошёл к ней вплотную и опустился на одно колено. — Прошу, прости меня за прошлую грубость. Зелёных и в Дова-Норре когда-то все звали дикарями и грубиянами. Может, это и так, но для меня жизнь Вельгорна Азриэля Ай-Этарр Норрина, потомка великого Норрина, дракона драконов, намного важнее моей собственной. Я был не в себе от страха за его жизнь, но это не искупает моей вины. Позволь, я принесу тебе клятву верности, и ты сможешь наказать меня как пожелаешь.
— Наказать? — Алёнкин голос дрогнул и сполз в мышиный писк. — Мне? Тебя?..
Я не смогла не хихикнуть, живо представив наказание в Алёнкином стиле. Может, она заставит его прочитать парочку романтических фэнтези на ночь с подробным цитированием самых интересных сцен?.. Или заставит вскопать пару дополнительных грядок на своём драгоценном огороде?.. Вельгорн покосился на меня укоризненно, но я тут же состроила невинную физиономию, возведя глаза к потолку.
Когда все трое принесли совершенно ошарашенной Алёне клятву верности, и в зале любимого «Феникса» утихло дребезжание стёкол и витрин от раскатов древнего драконьего наречия, я взглянула на часы. Обеденный перерыв подходил к концу, и Сапфировый явно заметил этот мой жест.
— Нам пора, Хранительницы, — коротко поклонился он, и вслед за ним его жест повторили собратья. — Нам останется только договориться об общей встрече в Дова-Норре, — он улыбнулся ещё не отошедшей от шока и смущения Алёне. — Но это можно сделать позже, а пока что разрешите откланяться. Элантар ещё не насытился новыми впечатлениями от земного мира, я обещал ему показать Ельшин и окрестности.
Элантар благодарно склонил голову, и теперь, когда они были все в сборе, стало очевидным, насколько они боготворили синего предводителя. Для них он был не только друг, брат и вождь, но… король. Никогда не понимала этого раньше, но теперь явственно видела в Вельгорне эту царственную стать. И да, корона или изящный золотой венец на этих чёрных шёлковых волнах волос смотрелись бы совершенно естественно…
И тут я окончательно приуныла.
Король и Дуська.
Дуська и король.
Про такое фэнтези не сочиняют…
И когда я, не поднимая глаз, уже почти закрыла за уходящим последним Вельгорном дверь, он неожиданно не дал мне её закрыть. Махнув рукой товарищам, он остановился вместе со мной в тамбуре и тихо спросил:
— Ева, что случилось?
— Ничего, — мрачно пробормотала я, всё так же не поднимая глаз. — Всё нормально.
Его пальцы мягко, но уверенно приподняли мой подбородок, и я привычно застряла в гипнотической синеве байкальского льда.
— Не надо меня обманывать. Ты ещё недавно хихикала над Алёной с Ярташем, а теперь мрачнее тучи. Я что-то сделал не так?
— Да всё так, — наконец-то во мне проскочила так необходимая мне сейчас искорка злости. — Идите, товарищ Синий, по своим драконьим делам. Мне пора работать.
— Мне сейчас действительно некогда, — он вдруг осторожно поправил прядку моих выбившихся из заколки волос, аккуратно заложив за ухо. — Но если хочешь, я зайду к вам вечером после работы. Расскажешь, что тебя беспокоит.
— Не надо, — буркнула я.
Ухо жгло, внутри всё орало: «Надо!!!», но злость уже разгорелась и пожрала неуместный порыв.
Его глаза сверкнули, рука спряталась в карман, уголки