Пхарё, лежащий ничком, вспомнил Её лицо. Той, ради кого он живёт. Той, за кого готов умереть.
«Пхарё, так вы любите это существо?» – послышался голос Сомун Бин.
Пхарё закусил губу. Нельзя было искать Её бесконечно лишь потому, что в Пхарё пылала любовь, с которой он не мог совладать.
– Мне нечего вам ответить.
Джоннюн сжала шею Пхарё, который не согласился ей подчиняться, даже когда она вмяла его в землю. Грубые руки заставили его закашляться. Сквозь маску на Пхарё смотрели смеющиеся глаза. Он попытался высвободиться, но не смог пересилить Джоннюн.
– Конечно. Йомра так заботилась о тебе, кормила и воспитывала. Хотя ты был всего лишь змеёнышем, готовым вот-вот подохнуть.
Тц. Джоннюн цокнула языком и ослабила хватку.
Пхарё повалился на землю, а королева смотрела на него с ухмылкой.
– Что? Ты решил, что стал для Йомры чем-то особенным, а? – спросила она ласковым голосом. – Как бы это сказать… Йомра была странноватой. Потому-то ей и нравилось заботиться о ничтожных тварях вроде тебя. Пытаясь понять её, я даже завела лису, но это не помогло. Потому что для королев ада важна не жизнь, а смерть.
Пхарё, стоя на коленях, сжал кулаки. Если бы кто-то оскорбил его самого, он бы сдержался, но оскорбление Йомры даже от Джоннюн он стерпеть не мог.
– Так что, змеёныш, нашёл какие-нибудь следы Йомры? – Этот вопрос прозвучал учтиво. – Ты уже давно бродишь по миру живых, но весточки о том, что ты её нашёл, до меня не доходило.
Пока Джоннюн говорила, на лице её ясно читалась уверенность, что Йомру отыскать невозможно.
– Может, она предвидела, на что ты сгодишься? Змея, рождённая в мире живых и взращённая в загробном. Кто, кроме тебя, сумел бы так долго оставаться в том мире и искать Йомру? Ты преданный слуга или просто тупица?
Пхарё, уперевшись руками в землю, тяжело дышал.
– Среди десяти королев ада Йомра занимает самое важное место, она – один из столпов. Оттого, что она так надолго оставила свой пост, проблемы – лишь вопрос времени, – сказала Джоннюн. – Ты ведь и сам прекрасно знаешь. Всё, что идёт против законов природы, не может длиться долго. Чем дольше отсутствует Йомра, тем сильнее разрушается загробный мир.
Пхарё понял, чего хочет Джоннюн. Занять место пропавшей Йомры. Быть не королевой Ододжоннюн, что управляет десятым, самым глубоким уровнем ада, а единственной императрицей, что правит всем загробным миром и самой смертью.
– Что ж, ничего не поделать, раз ты, змеёныш, не знаешь, где Йомра. – Джоннюн разочарованно облизнулась. – Если вдруг отыщешь её следы, дай мне знать в любое время. Конечно, лучше тебе не пытаться меня обмануть.
Джоннюн кивнула стоящему на коленях Пхарё, показывая, что отпускает его. Глядя, как Пхарё, шатаясь, уходит, она поджала губы. Всё это ей было не по душе.
– Почему-то у меня нехорошее предчувствие…
Чем дольше отсутствовала Йомра, тем сильнее колебался загробный мир. Джоннюн взглянула на свои ладони:
– Я ведь собственными руками разбила душу Йомры. Почему я до сих пор не чувствую полного её исчезновения? Что же тому виной?
Чтобы занять место Йомры, которая управляет всеми умершими и отвечает за саму смерть, нужно хотя бы раз пройти жизненный цикл. Жизнь и смерть неразделимы, поэтому тот, кто не понимает жизнь, не может стать Йомрой, которой подвластна смерть.
– Это была Её третья жизнь.
Королева загробного мира. Та, кто управляет мёртвыми и самой смертью.
Уязвимее всего Йомра тогда, когда получает новую жизнь, чтобы пройти ещё один цикл. Джоннюн выжидала именно этого момента, мига, когда Йомра переродится в мире живых в новом теле. По естественному порядку вещей, если навредить великому существу, это соразмерно отразится на карме, но поскольку, обретая жизнь в мире людей, Йомра утрачивала свой ранг, Джоннюн избежала бы последствий, даже погубив её.
– Я пошла даже на это, но почему?..
Йомра ещё жива. В какой бы то ни было форме. Эта мысль преследовала Джоннюн повсюду, как ночной кошмар. Она столько усилий приложила, чтобы занять место Йомры, но все закончились ничем.
– Значит, нужно избавиться от неё наверняка. Не важно, где сейчас Йомра и в каком виде, я найду её и убью. – Глаза Джоннюн мрачно вспыхнули под маской.
– Госпожа Джоннюн, – обратился к ней мальчик, который прежде привёл Пхарё.
– Да. Что такое?
– Я успел осмотреться в мире живых, и, кажется, там есть сосуд, которым вы могли бы воспользоваться.
– Сосуд?
– Да. Поскольку вы одна из десяти королев ада, вам наверняка трудно пребывать в том мире в своём истинном облике, не так ли?
Мир живых подобен гигантским весам. И он получит огромный удар, если там появится великое существо из загробного мира. Поэтому до сих пор Джоннюн и не способна была выйти в мир живых, чтобы отыскать Йомру.
– Верно.
– Но ведь можно использовать как сосуд, который достаточно крепок, чтобы вместить часть вас? – Мальчик моргнул чёрными как смоль глазами. – Госпожа Джоннюн, я отыщу человека, жадного и надёжного, который сумеет пережить ваше пришествие. Если такой найдётся, вы сможете вселиться в него и использовать вашу силу даже в том мире. Кроме того, вероятно, отняв жизнь этого человека, вы выполните главное условие восхождения на трон Йомры – пройдёте жизненный цикл.
Джоннюн слегка улыбнулась – эти слова прозвучали привлекательно.
– Аха! Ха! Значит, есть и такой способ! И я могу получить нужный опыт, даже не проживая жизнь сама?!
– Да. Госпожа Джоннюн, зачем вам проходить собственный жизненный цикл? Достаточно отнять тот, что принадлежит другому.
Джоннюн громко рассмеялась. Слова мальчика пришлись ей по душе.
– Хорошо! Найди мне человека, который сможет стать моим сосудом. Вселившись в него, я полностью уничтожу Йомру и займу её место, отняв жизнь этого человека!
Смех Джоннюн сотрясал сад из драгоценных камней.
– Госпожа? – Самволь показалась из-за спины смотрящейся в зеркало Бин.
Та вздрогнула и выронила мешочек с благовониями, который держала в руках. Самволь подняла его и протянула Бин.
– Что случилось? Я звала вас несколько раз, а вы всё не отвечали.
– Просто задумалась.
– Зачем вам вдруг понадобились благовония? Разве сегодня вы не идёте изгонять призраков?
– Ммм? А-а, конечно. Куда ещё я могу пойти!
Увидев, как Бин поспешно схватила и спрятала мешочек с благовониями, Самволь прищурилась.
– Как-то это подозрительно. Вы идёте изгонять злых духов, но зачем-то берёте с собой не инструменты пёксага, а бесполезный мешочек с благовониями.
– Это, ну… А, точно! Их запах призраки терпеть