— Мы не станем его убивать. Но Харрисону пора усвоить урок, и впредь он дважды подумает, прежде чем распускать свой грязный язык.
Губы Ронана кривит зловещая ухмылка.
— Тогда дадим этому ублюдку то, чего он заслуживает.
— Наконец-то снова повеселимся, — добавляет Призрак, тем самым скрепляя наш уговор.
5
Октавия
Шершавая кора впивается в оголенные голени. Сидеть на поваленном стволе, пожалуй, не лучшая идея. Вдалеке тихо играет поп-музыка, а ночь уже окутала весь участок леса непроглядной тьмой. Лишь редкие фонари освещают лужайку, в то время как озеро полностью поглотила чернота.
Я снова осматриваюсь вокруг. Рейна отлучилась по делам примерно час назад и до сих пор не вернулась. Темные рыцари тоже куда-то исчезли. Это заметно по общей атмосфере — стало гораздо тише. Несколько человек стоят небольшими группами и о чем-то беседуют, а я сижу здесь в одиночестве.
Впрочем, я уже привыкла.
Внутри разливается облегчение, и я глубоко вздыхаю. Не могу припомнить, когда в последний раз чувствовала такое умиротворение. Свободу от любых страхов, как я всегда и мечтала. И все же мне мерещится тень. Фигура в капюшоне, похожая на моего брата.
Ривен Пандора.
Я подавляю нарастающую панику и достаю телефон из маленькой сумочки.
Хантер ответил на сообщение.
Открыть его?
А если он видел меня на вечеринке?
Он никогда не показывал своего лица, и тем более не должен знать, как я теперь выгляжу.
Меня накрывает страх. Вдруг я ему не понравлюсь? Или он захочет поговорить о... непристойных вещах? Благодаря Хантеру я узнала, что мне нравится секстинг. Я могу спрятаться за экраном телефона и при необходимости заблокировать его номер. Лично обсуждать такие интимные темы я бы никогда не решилась.
Или все-таки…?
Вздохнув, открываю чат.
Хантер: Чего ты боишься больше всего?
Я ожидала чего угодно, но только не такого вопроса. Он заставляет меня задуматься. Даже если бы я захотела, не смогла бы сказать ему правду. Мой самый большой страх — это Ривен. Мой собственный брат. Он знает всех моих демонов, все мои самые страшные кошмары.
Я: Наверное, высоты. А что?
Хантер: Интересно.
Я: А ты? Чего ты боишься больше всего?
Хантер снова и снова начинает печатать, но сообщение так и не приходит. Я закрываю чат и наблюдаю за парами, которые крепко обнявшись танцуют, когда экран моего телефона вновь загорается.
Хантер: Потерять контроль.
Что он имеет в виду?
Я уже набираю вопрос, но он выходит из сети, и я стираю сообщение. Наверное, не стоит дальше развивать эту тему, но мне сложно сдержаться.
Я: Тогда найди что-то, что поможет тебе его не терять.
Я выдыхаю и убираю телефон в сумочку. Куда же подевалась Рейна?
— У тебя все в порядке? — внезапно чувствую легкое прикосновение к плечу. Вздрогнув от неожиданности, оборачиваюсь и вижу девушку с каштановыми волосами до плеч. Она дружелюбно улыбается. — Почему ты сидишь здесь одна?
Я немного расслабляюсь и робко улыбаюсь в ответ.
— Да, все хорошо. Просто жду подругу.
Она понимающе смотрит на меня и присаживается рядом.
— Я Элис. Прости, если напугала. Хотела убедиться, что с тобой все в порядке.
Внутри разливается тепло.
— Спасибо, это мило с твоей стороны. Я Октавия.
— Может, проводить тебя до общежития? Мне как раз по пути, — предлагает она с улыбкой, на ее щеках играют милые веснушки.
— Нет, спасибо, — поспешно отвечаю я. — Я еще немного подожду ее здесь.
Элис кивает.
— Хорошо, но будь осторожна, ладно? — Она поднимается и упирается руками в бока.
— Обязательно. Может, еще увидимся.
— Буду рада! — Она разворачивается и не спеша идет в сторону общежития. Огни вечеринки освещают ее фигуру, пока она не растворяется в лесной темноте.
Может, все-таки стоило ее проводить?
Ночью в лесу может быть довольно опасно.
Я планировала дождаться Рейну, чтобы вместе вернуться в общежитие. Но я уже устала, а она, похоже, не собирается появляться в ближайшее время. Прошло больше часа, а она не отвечает ни на одно из моих сообщений. Поэтому я решаю пойти обратно одна. Встаю и смотрю в сторону опушки, откуда мы пришли.
Твердым шагом я углубляюсь в темноту. Меня окружают высокие дубы, и я словно растворяюсь в темно-зеленом лесу. Музыка затихает с каждым шагом, пока совсем не умолкает. Вечерний воздух становится прохладнее, и я обнимаю себя руками, продолжая идти. Внезапно позади что-то скрипит, и я вздрагиваю. Напряженно замираю на месте и медленно оборачиваюсь. Ожидаю, что сейчас увижу убийцу, который положит конец моей жизни. Но там никого нет, и я с облегчением продолжаю двигаться вперед.
Ненавижу свою паранойю. Хотя уверена, что любой на моем месте был бы настороже. Впереди я вижу поле — путь к академии. Пробравшись через последние деревья, замечаю церковь.
Я мгновенно застываю. Сердце колотится при виде этого жуткого места, в горле пересыхает. Не помню, чтобы проходила здесь раньше. Видимо, я не туда свернула.
Черт возьми!
С любопытством приближаюсь к старой церкви. Я слышала о Сумеречной церкви, но никогда ее не видела. Колокольня возвышается над землей, хотя есть и более крупные соборы. По разрушенному граниту видно, что сюда давно уже никто не захаживал. Заброшенное святилище, спрятанное в лесах Полуночной долины — идеальная декорация для фильма ужасов. И все же я не могу удержаться. Обхожу фасад и провожу руками по серому камню. Он шершавый, и от него по пальцам пробегает легкая дрожь. Останавливаюсь у разбитого окна и встаю на специально положенный внизу камень. Похоже, я не первая, кого заинтересовало это место.
Мне следовало бы бояться, испытывать ужас перед заброшенной церковью посреди леса, освещенной только луной.
Но страха нет.
Жизнь с Жнецами и моим братом сделала меня нечувствительной к подобным вещам. Хотя вряд ли это можно назвать преимуществом.
Прежде чем заглянуть внутрь, я слышу шум. И тут же прячусь. Прижавшись к стене, прислушиваюсь к глубоким голосам, доносящимся изнутри.
Кто, черт возьми, бродит здесь по ночам?
Интуиция кричит, что пора убираться. Но любопытство берет верх, когда до меня снова доносятся голоса.
— Вы не можете накачивать меня наркотиками, а затем похищать! Это похищение!
Я узнаю этот голос.
Неужели...
— Ах, Майлз, — мрачный смех эхом разносится в воздухе. — Ты же видишь, что мы вполне способны на это. К тому же ты сам позволил Хейзел привести тебя сюда.