— Яромир! Можно тебя на пару слов?
Разговоры прекратились, и оставшиеся пять пар глаз уставились на меня, кто изучающе, кто оценивающе, кто-то безразлично, а кое-кто и с оттенком презрения. Разумеется, последней была Китсу. Она что-то прошептала своей рыжей подружке, и та вздернула носик, рассматривая меня с каким-то нездоровым любопытством.
Вот же черт, еще этого не хватало. До сегодняшнего дня эти красивые куклы обращали на меня внимания не больше, чем на лишний стул в столовой: может он тут всегда и стоял, а может только появился, кому какое дело? Сейчас на меня мало что обратили внимание — подозвали, и это настораживает: за все время, которое я провел в этом универе я могу по пальцам пересчитать количество слов, обращенных в мою сторону кем-то из них.
Я приблизился, стараясь не показывать внутреннего напряжения и неловкого чувства, словно я не в своей тарелке.
— Привет! — поздоровалась Моник, жгучая брюнетка со стрижкой-каре и кукольной внешностью, и помахала рукой.
— Добрейший денек, дамы, — поздоровался я, останавливаясь на расстоянии пары шагов, благоразумно держа дистанцию.
Девушки рассмеялись. Китсу слегка приподняла носик и демонстративно отвернулась, всем своим видом выказывая презрение и нежелание общаться. Вчера она была куда общительней и доброжелательней, даже советы давать пробовала. Своеобразные правда… Похоже, она на меня до сих пор злится, после хамоватой выходки демонессы, управлявшей моим телом. И кстати, именно эта единственная выходка по отношению к представительнице противоположного пола обернулась для меня наибольшей неприятностью и агрессией от объекта. Все остальные хоть и были до ужаса странными и эксцентричными — но в конечном итоге располагали к себе девушек, на которых были направлены…
Честно говоря, обдумав вчерашнее происшествие я пришел к выводу, что извиниться, наверное, стоило бы. Девушка явно непростая, и не привыкла к такому пренебрежительному обращению. При этом, до выходки демонессы — общалась нами вполне дружелюбно, без презрения или брезгливости. Извиниться, наверное, и правда стоит. Не на коленях конечно, но все же.
— Чем обязан вниманию к своей скромной персоне? — я отвлекся от своих мыслей и делано-безразлично улыбнулся. Пришлось слегка прищурился от бьющего в глаза полуденного солнца.
— Девчонки, это наш вчерашний герой Яромир Харт. Тот самый, кто неплохо так Никеаса Мазанакиса прессанул, а потом еще и И Су чуть не навалял, — Яна выразительно вскинула бровь, и продолжила обращаясь уже ко мне: — Я аж офигела: тут он держит тебя за грудки, а вот уже скулит припертый к стенке, когда ты его… Круто вышло, одним словом.
— Вышло глупо, — вздохнул я, поняв, откуда растут ноги. А точнее — откуда интерес к моей персоне, похоже на мне решили похайпить. — Не планировал я вступать с ними в перепалку, и вообще зря я так…
Девушки переглянулись. Я успел заметить, как на лице Китсу проскользнула тень понимания, а ярко рыжая незнакомка разочарованно фыркнула, сложив руки на груди.
— А мне кажется — было круто! — Пышногрудая и сероглазая красотка Яна обошла подружку, поравнялась со мной и достала из сумочки телефон.
— Можно я с тобой сфоткаюсь? Пожа-а-алуйста!
И прежде, чем я успел возразить — прижалась ко мне щекой и сделала пару селфи. Ну точно, вот и вся причина интереса. Ладно, скоро это уляжется… Неожиданно в глубине сознания зашевелилась демонесса.
«Как интересно, — прошелестело в моей голове. — С виду такая милая и наивная девочка, и столько двуличия в душе. Не доверяй ей, Ярик…»
Не успел я удивиться и переспросить что именно имела в виду демонесса, как появилась новая кандидатка на совместное фото.
— О, я тоже хочу! Меня кстати, зовут Кристина, — представилась блонда, протянув мне руку, словно парень для рукопожатия. — Можно прости Кристи.
Я осторожно взял девушку за руку (ну не отказывать же в таком пустяке, точно обидится), и она улыбнулась, слегка смутившись и зарумянившись.
«Миленькая… красивенькая, и наивная. Такая недалекая… жаль…» — последовал очередной комментарий.
Я же в этот момент, следил, как Кристи медленно приобнимет меня и тоже делает селфи. Честно говоря, такое странное рвение девушек вызывало по меньшей мере множество вопросов. И вообще не исключено, что это все ловушка или попытка подшутить. Например, изобразить живой интерес, спровоцировать меня похвастаться своей пирровой победой, и потом перекрутить и выложить куда-нибудь.
Правда, уверен, что Китсу в этом не участвует. Она кстати все это время смотрела куда-то в сторону, всем своим видом демонстрируя безразличие к происходящему и нотку раздражения от моего присутствия.
Когда наконец со мной сфотографировалась третья и последняя девушка — Вита — я как раз прокручивал в голове возможные варианты как заговорить с Китсу, и не нарваться на ответную агрессию, неожиданно свой ход сделала ее рыжая подружка.
— Яромир Харт, — медленно, немного тягучим голосом с легким акцентом проговорила она, заслоняя собой от меня Китсу и делая шаг на сближение. — Так неожиданно и ярко загоревшаяся звезда университетского боевика. Увлекаешься budō… боевыми искусствами?
Сократив расстояние между нами до неприлично близкого, девушка медленно обошла меня по кругу, заходя за спину. Я почувствовал легкое касание кончиками пальцев. Воображение тут же дорисовывает картину, будто девушка словно невзначай цепляет меня своим бюстом, словно нарочно хочет оказаться поближе и потереться как… как… даже не знаю как кто.
— Не совсем… — ответил я, внутренне напрягаясь, хотя как по мне — беспричинно.
От нее и ее прикосновений по телу пробежали мурашки. Девушка была по-своему экзотически красива, вкусно пахла чем-то неуловимым сладковато-тропическим. Я словно кожей ощущал идущий от нее жар и бурлящий темперамент.
«Какая прелесть! Какой занятный экземпляр, — снова прокомментировала демоница. — А она та еще горячая штучка… О-хо-хо! Ну, не буду портить тебе сюрприз, наслаждайся…»
Такое поведение Малиссы было мне знакомо. Насколько я ее изучил, она всегда говорила намеками и подтруниваниями, подталкивая меня к очередной неприятности, или точнее — приятности по женской части. Правда, с Китсу получилось из рук вон паршиво. Я мысленно чертыхнулся и погрозил кулаком в темноту.
— Меня зовут Akakitsu Yue, — напомнила о себе огненно-рыжая малышка, — но для тебя… можешь называть меня просто Аки-тян, или Аки… — ее пальчик остановился на уровне моей груди, поднялся к моей шее, скользнул по подбородку, погладил мою щеку и губы. Я почувствовал себя неловко, с учетом того, что на нас уставились не только ближайшие пять пар глаз, но еще и проходящие мимо случайные свидетели этой сцены. Трое ребят