Теперь мы с Линком каждый день гуляли по вечерам. Наступал новый этап отношений. Постараться обучить языку, узнать побольше о родине Линка и о нём самом, попробовать завербовать для работы на Тайную стражу. Разговоры пока были самые простые, на уровне пятилетнего ребёнка. Гораздо важнее было наладить доверительные отношения. В один из вечеров я, вроде как нечаянно, взяла Линка под руку. И он, не прекращая разговора, поддержал мою руку и продолжал идти как ни в чём ни бывало! Для меня это был маленький шок. Зная, что я ларга, идти со мной под ручку⁈ Я, конечно, не собиралась на него нападать, но немногие из мужиков решились бы на такое, а этот идет, и хоть бы что. Кем же он был у себя на родине, если для него идти под руку с женщиной так естественно?
Но к хорошему привыкаешь быстро. Теперь мы почти всё время гуляли под руку. Особенно приятно было встречать знакомых. Они поодиночке, а я с мужчиной. Тем более, что Линк вёл себя достаточно скромно и с достоинством, а когда я во время разговора прижималась к нему, лишь снисходительно улыбался. У знакомых при виде таких отношений глаза лезли на лоб от удивления. Так приятно…
Одним из любимых мест для прогулок стал городской парк. Здесь Линк и совершил первую ошибку, открывшись с новой стороны. Ему очень нравилось наблюдать за маленькими детьми, что для мужчины уже необычно. А однажды к нам подошла заплаканная девчушка, и Линк попытался её утешить. Мне стало интересно его поведение, и я не стала вмешиваться. Сначала он пытался что-то бубнить и сюсюкаться, но это не помогло, и тогда он начал показывать фокусы, поразившие меня. Как он превратил камешек в воробья? Откуда взялись монеты? Я и раньше видела подобные фокусы, знала некоторые секреты. К каждому надо готовиться, но Линк всё время был на виду, да и денег я ему не давала. Он что, воровать начал? А потом на ровном месте из-под платка достал «эскимо». Вот это точно фокусом не было. Вокруг тепло, а это «эскимо» обжигает руки холодом. Я, конечно, видела и лёд, и снег, но это в горах. Откуда он взял замороженное сладкое молоко здесь, в парке, посреди города⁈ И я ни разу не слышала о такой сладости. Он что, сам его сделал? Вкусно было невероятно, и мы с Юси млели над каждым кусочком, а Линк лишь улыбался. Я постаралась сделать вид, что ем такое эскимо чуть ли не каждый день, но вопросов к Линку резко прибавилось. Но пока подождём когда он научится свободно говорить.
Линк. Таверна
Настроение было хорошее, погода была хорошая, и люди мне все нравились (почти). Занятия в Академии шли уже два месяца и весьма успешно. Словарный запас тоже быстро пополнялся и при случае я уже мог закосить под не очень грамотного крестьянина из глухой деревни. Жизнь налаживалась. Зайдя с Ларой в таверну, заказали себе вина, закуски и решили немного отдохнуть. Выпив кувшинчик и разомлев, заметил недалеко от себя прислоненную к стенке гитару (во всяком случае, инструмент, на неё весьма похожий). Настроив её под себя, начал тихонько наигрывать. Сразу честно скажу — играл на гитаре и пел для себя я только в далёкой молодости. Но то чувство свободы, когда отпускаешь свой голос на волю, и он вибрирует в каждой клеточке тела, я запомнил навсегда. А сейчас — компания хорошая, чего бы не спеть. Играл я негромко, но внимание соседей привлек сразу. Вон и служаночка посматривает с интересом. И я потихоньку начал «Love me tender» Элвиса Пресли. Бархатный глубокий голос, завораживающий взгляд и к концу песни служаночка стояла вся пунцовая от смущения и не смела поднять глаза. Да и остальным понравилось. Спел ещё с десяток хороших песен на разных языках. А всем объяснил, что по-настоящему песня звучит лишь на родном языке, а о чем она и так понятно. Потом сидящая за одним из столов группа солдат проставилась вином и попросила спеть для них. Ну что ж.
— Песня одного из легионов великой империи, с которой они шли в бой — как настоящий конферансье объявил я. Песня была достаточно простая, главное было передать ритм и настроение. Отбивая ногой ритм и старательно делая голос грубым, я начал петь. Солдаты быстро запомнили припев и стали подпевать мне, отбивая руками и ногами ритм шагов. Я же закрыл глаза и погрузился в звуки песни. Не хватает только звуков ударов мечами по щитам, с некоторой досадой подумал я и тут же их услышал. Вот так гораздо лучше. Когда песня закончилась, я ещё посидел с закрытыми глазами — хорошо-то как, как будто и в самом деле шел в бой вместе с товарищами, полностью уверенный в нашей победе. Потом меня насторожила тишина. Открыв глаза, увидел, что все сидят, замерев, и смотрят мне за спину. Я тоже медленно повернулся. Мама дорогая… В каком-то сиреневом мареве стояли явно духи и в то же время весьма материальные фигуры трёх римских легионеров. И все смотрели на меня. Я непроизвольно кинул руку к груди в римском приветствии и на чистой латыни (откуда я её знаю?) произнес:
— О, великие воины, гордой поступью прошедшие половину мира! Молодой воин приветствует лучший легион империи, покрывший себя неувядающей славой! — и коротко, но почтительно склонил голову в приветствии. После некоторой паузы их главный хмыкнул и сказал — Хорошо пел. Будет трудно — позови, споём вместе по-настоящему — И призраки растворились.
Опустившись на подгибающихся ногах на лавку, я хорошенько приложился к кувшину с вином. Обернувшись к настороженно смотрящим на меня посетителям, попытался улыбнуться и разрядить обстановку.
— Иллюзия, однако, когда хорошо поёшь, бывает иногда!
Вряд ли кто мне поверил, потому что несколько минут было слышно только булькающие звуки — все активно запивали потрясение. Но понемногу все расслабились, опять начались разговоры, я спел