Роса потряхивало от эмоций, я ласково гладила его по спине, стараясь успокоить, хотя у самой текли слезы, и едва не выпрыгивало сердце от ужаса.
— После часовой ругани, меня пустили в реанимацию, ты не представляешь, как тяжело было видеть ее подключенную к тем всем трубкам и аппаратам. Думал, не дойду до кровати, рухну от разрываемой боли в груди. Врачи не давали никаких гарантий, хоть и сделали операцию, но у Светы не было ни единого шанса. Она умерла, не приходя в сознание, пока я был рядом с ней. Не помню, как оказался дома, меня всего колотило, руки дрожали, в голове царил полный бардак. А еще Анисью потом привела соседка. До сих пор помню, как малышка спрашивала меня: «Где мама с папой?» В один день оборвались четыре жизни, а тому мудаку даже ничего не было. Кто я такой против мужика с толстым кошельком? Его оправдали, не взирая на все аргументы против. Может, глупо или трусливо, но после того дня я запрещал себе любые серьезные отношения. Только с Наташей поддерживал связь, хоть и знал, что она все никак не выкинет меня из головы. Надежд я не давал ей, так что жаловаться нет смысла.
У меня застрял ком в горле, хотела что-либо сказать, но банально не находила нужных слов. Заметив, как по щеке Роса скатилась слезинка, мигом стерла ее пальчиками, сама крепко обняла мужчину и зарыдала. Может, гормоны разбушевались, или мне действительно стало больно на сердце после рассказа, что даже в какой-то степени поняла поступок Демьяна. Наверно, именно поэтому он и сказал при встрече «хреново». Я бы и сама, скорее всего, в подобной ситуации так охарактеризовала положение.
Рос сидел неестественно ровно, захват железный, будто мужчине нужно было держать все под контролем. Сердце болезненно сжималось, стоило мне подумать о Свете. Надо же, Рос был женат, и они с женой ждали ребенка… Этот факт абсолютно не смущал меня, наоборот, вселял надежду на будущее.
Сынок шевелился внутри, активно пинался ножкой, только благодаря этому мой мужчина немного ссутулился, нежно гладил живот и что-то бормотал себе под нос. Даже уже не казался таким напряженным, как сначала. Нужные слова так и не смогла прикинуть в уме, решила молчать и нежно поглаживать Роса, возможно, так будет намного лучше. Не утешать же, в самом-то деле.
— Хозяин автосервиса, в котором я работал тогда, скупал битые машины, даже те, что оставалось только на свалку. Хотел таким способом наживаться на клиентах. Мы разбирали нутро, ну и, если что-то целое или рабочее, оставляли для ремонта. Чтобы хоть как-то держать себя в руках, через несколько дней вышел на работу и увидел вдруг нашу машину для разборки. Не знаю, зачем полез внутрь, что-то искал, как сумасшедший. Скорее всего, совсем голову потерял от горя. А потом заметил, что мои пальцы вымазаны в крови, перед глазами встало бледное лицо Светы с синяками и ссадинами… Казалось, что это именно ее кровь, и я… — его голос надломился, — долгое время винил во всем себя: в смерти родителей, жены и ребенка, что не уберег родных. Ночами часто просыпался в холодном поту, кошмары стали чуть ли не каждодневными спутниками. Я не знаю, как не сошел с ума, наверно, не было ни единого шанса. На моих плечах осталась Анисья, ей тоже нелегко далась новость, она часто плакала, звала маму… Я поклялся на могиле родителей, что не брошу сестру, воспитаю, как подобает.
Время шло, постепенно боль угасала, малая росла в достатке, можно сказать, свое слово я сдержал. Но не хватало мне чего-то. Вроде и было все, а любви, как таковой — нет. Как раз в то время вилась вокруг меня одна девица, решил рискнуть и оставить прошлое за плечами, окунуться в романтику и прочую хрень, — Рос трагично рассмеялся, уткнулся носом мне в висок и ласково поцеловал в щечку. — Фиговый вышел эксперимент. Даша хотела красивой жизни, огромный дом. Она видела во мне спонсора, нежели парня или будущего мужа. Демьян намекал мне пару раз, что моя бывшая та еще бл*дь, но, как говорится, не пойман, не вор. А я все-таки поймал ее за изменой. Это было как раз примерно за месяц до того, как мы с тобой встретились на базе. Честно, после Дашки вообще не хотелось больше экспериментировать, но что-то пошло не так.
— Жалеешь? — спросила я, когда молчание стало неуютным.
Рос нежно гладил мой живот, сосредоточиться на разговоре было сложно, но я нашла в себе силы не растекаться сладкой лужицей. Раз уж пошли откровения, не лишним будет для меня знать все нюансы.
— Нет. Ты и сын — вы теперь часть моей жизни, я не собираюсь упускать этот шанс. Вчера едва не потерял контроль после звонка Таши. Плюнул на все и гнал домой так быстро, как мог. Это был поистине адский день.
— Сам виноват, — буркнула, а сама соображала, что теперь делать.
Простить и вернуться? Или помучить из вредности? Тяжелый предстоял выбор. Как бы там ни было, а Рос не признался, любит или нет. Я же вижу ту нежность, с которой он смотрит на меня, как задерживает дыхание, ловя каждое мое слово. Так не поступают с теми, кто безразличен. Немного поколебавшись, собралась сделать первый шаг, а там уже буду смотреть по ситуации.
— Рос, я…
— О, братец приперся.
Так не вовремя на кухне появилась Анисья. Застонав от разочарования, повернулась и метнула на рыжую злющий взгляд. Ее не проняло. Открыв холодильник, она без зазрения совести достала молоко и налила себе в кружку.
— Вы уже обменялись любезностями? А то кушать хочется.
— Мало я тебя порол в детстве, — Рос вздохнул, немного переместился на стуле, но мне не дал встать. — Где Ташу потеряла?
— В спальне, велела не тревожить. Она не сильно горит желанием видеть некоторых.
— Это взаимно, — громко отчеканил Рос. — Ты вернешься? — это уже было адресовано мне.
Я замялась, не решаясь ответить, как вдруг Ниська спросила:
— А ты во сколько пришел? — и так хитро сощурилась, словно ожидала услышать утвердительный для себя ответ.
— Да я откуда знаю, темно было уже.
— Поня-я-я-тно, — расстроено протянула