– Да, и джиу-джитсу с пяти лет. Это давно было.
– А Паша тоже занимался?
– Немного. Я и познакомился с ним на секции, но уже будучи взрослым. Пашке навалял.
– Правда?
– Сомневаешься в моих силах?
Усмехаюсь, но на душе горько, вспоминаю свои синяки. Вот почему Викинг такой сильный и выносливый. Он спортсмен.
– Ничуть.
Повисает неловкая пауза, я прикрываюсь книгой, скрывая смущение и, конечно, обиду.
– Хочешь, посмотрим что-то?
Выглядываю из-за книги. Вадим отложил телефон, смотрит прямо на меня. Пронзительно, смело, но без злости. Как-то по-доброму, что ли. Не знаю, но мне так кажется.
– Что именно?
– Вон полка с кассетами. Выбирай, там боевики преимущественно, но, может, что-то будет интересное и для тебя.
Предложение весьма заманчивое, и я поднимаюсь, иду к этим кассетам. И тут и правда полно фильмов, всяких-разных, большинство названий я не знаю, но одна все же привлекает внимание названием “Человек дождя”.
– Можно эту?
Показываю Вадиму, он коротко кивает:
– Включай.
С этим как раз проблемы. Если честно, у нас не было видеомагнитофона, все никак не получалось купить, Илюша хотел, но у Шурочки не хватало на такое денег. И я не умею этим пользоваться. Совсем. “Деревня” – как сказала бы Снежка.
– Что-то не включается.
Пробую так и так, пока не вижу, как Викинг поднимается и подходит ко мне. Берет кассету из моих рук, и наши ладони в какой-то момент соприкасаются. Меня пробирает током. Снова. Кажется, я просто устала.
– Вот так. Включить, сюда кассету ставишь и запускаешь, поняла?
– Да.
И мы смотрим этот фильм вместе, усевшись на диване рядом. Картина и правда прекрасная, я вижу ее впервые, тогда как Вадим, кажется, знает все диалоги наизусть.
– Что будет дальше, чем закончится?
– Смотри, а то неинтересно будет. На, жуй.
Дает мне нарезанные бананы с апельсинами, и, пожалуй, этот такой обычный вечер становится чем-то новым для нас. Мы больше не шарахаемся друг от друга, и Викинг показывает мне, что мы вполне себе можем находиться рядом, касаться руками друг друга, сидя очень близко, и даже дышать.
Сразу после фильма меня начинает клонить в сон, и я просто отключаюсь на ходу. Сквозь дремоту слышу, как меня кто-то несет по лестнице, укладывает в кровать и укрывает одеялом.
– Вадим, это вы…
– Да. Спокойной ночи, Нюта.
***
Утром меня будит приступ тошноты. Когда смотрю на себя в зеркало, вижу бледную поганку. И, кажется, никаких пар я уже не выдержу.
– Ты едешь? Там Пашка ждет.
Викинг входит без стука, и, смутившись, я прикрываюсь одеялом, хоть и спала одетой.
– Черт, забыл.
– Мне что-то… ой!
Снова бегу в туалет, Вадим идет следом, убирает мои волосы, пока меня нещадно тошнит.
– Что делать? Вызвать врача?
– Нет, для первого триместра это нормально.
Полощу рот, задыхаясь от смущения, но, похоже, Викинг никуда не спешит уходить.
– Бери академ, девочка. Тебе сложно уже. Догонять будешь потом.
– Да. Согласна, – киваю, соглашаюсь сразу, потому что и правда сил никаких нет. Умываюсь и вытираю слезы. Ничего мне уже не хочется, и беременность, как оказывается, то еще испытание.
– Иди сюда, малыш.
Вадим подходит и подхватывает меня на руки, относит в кровать. Долго смотрит на меня, а после идет на кухню и возвращается с мятным чаем, яблоком и нарезанным лимоном.
– Вот, выпей, должно помочь.
– Спасибо, – коротко улыбаюсь. Да, конечно, он делает это все только ради ребенка, но все равно его забота приятна.
– Мне надо на работу. Сама тут справишься?
– Да. У меня есть телефон. Позвоню, если что.
– Умница.
Когда Суворов уже выходит, окликаю его:
– Вадим!
Оборачивается, сжимает ручку двери крупной рукой.
– Что?
– А моя учеба?
– Не волнуйся, я все решу.
И он и правда решает. В этот же день мне звонят из деканата, без упреков и негатива. Поздравляют с беременностью и подтверждают, что я взяла академ.
Глава 27
К вечеру мне лучше. Викинг приезжает раньше и грузит пакеты с едой на стол. Я выхожу его встретить, как только он заходит. Нет, я не ждала его, хотя… ждала все же. Сидеть в одиночку в этом большом доме страшновато, и, когда Видим рядом, мне как-то лучше, не знаю даже почему.
– Как ты, тошнит снова?
– Нет. Уже прошло.
С интересом поглядываю на пакеты. Кажется, во мне проснулся зверский аппетит.
– Хотите, посмотрим что-то и сегодня?
– Можно.
Идея кажется до простого банальной, но вчера мне понравилось, и сегодня я хочу повторить. Мы вместе с Викингом готовим ужин, складываем все это на подносы и базируемся в гостиной.
Я выбираю новую кассету под названием “Хищник”. Наивно думаю, это про животного, но оказывается, это какой-то это боевик с примесью ужастика.
За окном уже давно темно, на экране это чудовище мелькает, и мне становится страшно. Сама не понимаю, как подлезаю ближе к Викингу. Нет, я его не трогаю, и я не трусиха… просто.
– Это всего лишь фильм, Фиалка. Если тебе страшно, давай выключим.
– Нет! Все нормально, я люблю такое. Ой!
Вздрагиваю, когда на экране очередной раз брызги крови и этот Хищник ужасный мелькает, рубя всех вокруг. От страха вжимаюсь в грудь Вадиму, прилипаю к нему, закрываю глаза.
Вдыхаю его запах. Горький черный шоколад, мед. Сердце стучит как бешеное, страшно. Я такого ужаса никогда не смотрела.
– Спокойно. Все хорошо.
В этот самый миг я чувствую, как Вадим меня обнимает, как нежно гладит по волосам, и я понимаю, что делаю то же самое! Боже, я его обнимаю. Более того, я первая к нему полезла и обняла. Сама!
Тут же отстраняюсь, делаю невозмутимое лицо, скрывая смущение.
Горят уши. И щеки. И вообще. Чего это я к мужу лезу? Совсем с ума сошла? Стыдно.
– Извините. Я не боюсь, ой!
Снова вздрагиваю, Вадим стискивает зубы и берет пульт.
– Так, все. Хватит, это кино не для тебя.
Телевизор выключается, кошмар окончен.
– Иди спать, Фиалка.
– Мне не хочется спать. Я после такого точно не усну, – отвечаю честно, потому что после такого фильма сна и правда ни в одном глазу.
– Как хочешь.
– Я тут побуду, можно?
– Можно, только мне надо сделать пару звонков. Я буду в кабинете.
– Нет! Вы мне и здесь не мешаете.
Вадим коротко кивнул и начать работать, тогда как я взяла книгу и откинулась на диване.
Мне нравится быть с ним рядом, и, кажется, мои гормоны начали шалить. Это из-за беременности все. Мои метаморфозы, потому что мне нравится запах Вадима. Его голос