— Наше дело маленькое. Помещение убрать, получить оплату и домой! — заявляю я бодро, протянув руку в двери.
Та сама открывается. Нас встречает немолодая темноволосая женщина. Видимо, экономка. Черты лица вроде приятные, но смотрит так, словно укусить хочет.
— Мы из клининга. Приехали выполнять заказ на уборку, — сообщаю я вежливо.
Женщина окидывает нас недовольным взглядом и выплевывает сквозь сжатые зубы:
— Заходите.
Не пойму, чем мы ей так не понравились. И рот только один раз успели открыть.
Осматриваюсь. В холле царит чистота. И я бы лучше не убралась. С удивлением смотрю на экономку. Может, они для какого-то особенного помещения уборку заказывали.
— У хозяина есть конкретные пожелания? — спрашиваю.
— Ты займешься хозяйскими комнатами на втором этаже, — поджав губы, цедит она мне и, повернувшись к напарнице, добавляет. — А на тебе уборка гостевых спален на третьем.
Разворачивается и уходит, не дождавшись нашей реакции. Интересно, какой у этих хором хозяин, если у него даже экономка с таким гонором. Хотя нет, неинтересно. Чем дальше от хозяев, тем безопаснее.
— Гостеприимный прием, ничего не скажешь, — с дрожью в голосе тянет Алина.
— Бывало и хуже. Прорвемся! — подбадриваю я подругу. И отправляюсь знакомиться с фронтом работы.
Хозяйские комнаты занимают целое крыло. Прохожу мимо кабинета. Заглядываю в круглую гостиную, любуюсь огромной гардеробной с длинными рядами костюмов и рубашек. Везде ослепительная чистота. Остается спальня. Наверняка там погром, иначе зачем посылать сюда уборщицу.
Открываю дверь. И замираю в недоумении. Ни пустых бутылок в ряд, ни грязного белья на полу. Даже постель застелена.
Дверь в ванную комнату приоткрыта, иду туда. Заглядываю.
Посмотреть есть на что, но насладиться зрелищем не успеваю. За спиной скрипит дверь. Я резко разворачиваюсь и с трудом сдерживаю крик.
На пороге стоит татуированный амбал из гостиничного комплекса и ухмыляется.
— Ну что, рыжик, давай знакомиться.
Взгляд у него плотоядный. Масляный.
На кровать садится и рядом с собой ладонью хлопает.
Я головой верчу, а сама к двери пячусь. Зрительный контакт держу. Где-то читала, что со зверем главное — не разворачиваться спиной. Обязательно набросится.
Но это же не зверь. Человек. С ним договориться можно попробовать.
— Простите. Я не знала, что здесь кто-то есть. Не буду вам мешать. Позже уберу, — лепечу себе под нос, а руки подрагивают.
Он скалится. Глаза темные. Горящие.
Секунда, и вскакивает. Припирает к стене. Нависает. Сжимает. Оглаживает.
Я упираюсь руками в каменную грудь. Отталкиваю. Колочу.
Он словно не чувствует, прижимается сильнее. Забирается пальцами в волосы. Тянет к себе. Я стискиваю губы и изо всех сил мотаю головой.
— Все, молодец! Распалила меня, — выдает злобно. — Называй свою сумму и пошли в кровать. Трахаться хочу.
Глава 3
— Хорошо, — послушно киваю я.
Натягиваю на лицо улыбку и легонько подталкиваю мужчину к кровати. Он рычит. Поцеловать меня пытается. Лапищами по телу шарит, футболку стаскивает. Уворачиваюсь.
— Я сама. Пожалуйста, — прошу с дрожью в голосе.
— Стриптиз изобразить хочешь? Это можно.
Он отстраняется. На кровать садится. И на меня смотрит.
— Давай, — приказывает.
Щеки вспыхивают. Руки дрожат. Бедрами как сумасшедшая кручу, а сама к двери пячусь.
Он ко мне подается. К броску готовится. Только я быстрее.
Распахиваю дверь и несусь из дома что есть мочи. На лестнице спотыкаюсь, чуть не падаю. Он мне в затылок дышит. Догоняет.
Влетаю в холл, там Алина.
— Немедленно уходим! — кричу я ей.
Девушка мешкает, смотрит на меня изумленно. Раздается:
— Не так быстро, Рыжик!
Сердце ухает. В глазах режет.
Амбал путь преграждает. Ноздри раздуваются. Глаза бешеные. Ошиблась я. Не человек это. Зверь.
Кричу Алине:
— Беги!
И вцепляюсь зубами ему в руку. Мужик охает и отступает, а я несусь к двери.
Вылетаю во двор, а там. Забор. Охрана. Не выбраться.
Перед носом внедорожник стоит. Водительская дверь открыта. В зажигании ключи. Это наш шанс.
— Прыгай в машину, — командую напарнице.
Она забирается на сидение рядом. Нервно пристегивается. Жму на газ до отказа и направляю машину на ворота. Если хватит скорости, то выбьем. А нет, подушки сработают. Но об этом лучше не думать. Не сейчас. Иначе решимость оставит и конец.
Время застывает. Как при замедленной съемке створка ворот ползет в сторону, открывая нам путь. Я убираю ногу с газа. Притормозить не успеваю. Будет удар, нас перевернет.
— Держись! — слышу я собственный голос.
Сердце замирает. Я не дышу. Нас задевает. Автомобиль подкидывает. Руль рвется из рук. Я едва успеваю выровнять машину и не вылететь в кювет.
Выбрались.
В голове эйфория. Я смеюсь и что-то кричу от восторга.
Жаль, что состояние быстро проходит. Удрать из особняка — полдела, надо еще оторваться от преследования.
Гоню вперед, и в зеркало заднего вида посматриваю. Местность я знаю. Если на шоссе догнать не успеют, проселочными уйдем. Там хоть с собаками ищи.
Машина у этого бугая роскошная, дорогая. Я бы за такую по голове не погладила. А погони между тем нет. Мне бы радоваться, но на душе неспокойно.
Весь этот заказ — сплошной обман. Хозяйка подставила, не иначе, а ведь у нас с ней договор. Мы ей больше половины дохода оставляем, а она нас защищает в случае необходимости. По-хорошему нам с Алиной испариться бы на несколько недель. Только у нее ребенок маленький, а мне маму одну оставлять боязно.
— Где ты научилась так водить? — спрашивает подруга, когда мы, наконец, поворачиваем на грунтовку и петляем среди тихих дачных поселков.
— Мамин брат научил. Он мне вместо отца был, — протягиваю с неохотой.
Ворошить семейную историю больно. Дядю Володю я любила сильно, а он из-за меня в тюрьму попал. Защищать полез вот от такого же богатенького подонка.
— Что с ним случилось? — спрашивает Алина.
Девушка не видит, как я до белых суставов впиваюсь в руль.
— Посадили, —