Он опускает голову, и я вижу, как в его глазах появляются слёзы.
— Я просто хотел быть с тобой, — шепчет он.
— А ты спросил, хочу ли этого я? — мой голос дрожит от обиды. — Нет, ты просто решил всё за нас обоих.
В комнате повисает тяжёлое молчание.
— Знаешь что? Уезжай – наконец говорю я – Можешь остаться в квартире до утра. Мальчишки всеравно у Аньки, там и я останусь.
— Ты бросаешь меня?
— Егор, ты вообще меня слушал? Никто ни кого не бросает, потому что нас и не было.
Глава восемнадцатая.
Стою в пустой комнате и до сих пор не могу прийти в себя. То, что случилось, до сих пор не укладывается у меня в голове. Сердце всё ещё колотится как сумасшедшее, а в ушах до сих пор звучит его растерянный голос.
Оглядываюсь вокруг — свадебное платье Аньки всё ещё лежит на пуфике, косметика разбросана на столике. Всё напоминает о том, что всего час назад здесь царило веселье и радость, а теперь я одна, в полной тишине, пытаюсь осмыслить произошедшее.
Присаживаюсь на пуфик, прижимаю ладони к пылающим щекам. Как он мог так со мной поступить? Как мог решить за нас обоих? И почему именно сегодня, когда всё и так перевернулось с ног на голову?
Вспоминаю взгляд Саши в тот момент, его ухмылку, его слова… Он ведь знал, он всё видел. Чувствую, как внутри поднимается волна гнева, но тут же сменяющаяся горечью разочарования.
Слышу, как в зале снова играет музыка, как кто-то смеётся, как звучат тосты. Там продолжается праздник, а здесь, в этой комнате, рушатся все мои иллюзии.
Достаю телефон, чтобы написать Аньке, что ухожу, но не решаюсь. Не хочу портить ей день своими проблемами. Она заслуживает счастья, а я… Я просто должна пережить этот момент.
Медленно поднимаюсь, беру себя в руки. Нельзя позволять этому моменту разрушить вечер для всех остальных. И прежде чем решаюсь выйти, дверь открывается.
— Всё хорошо? — спрашивает Саша и входит.
— Более чем, — отвечаю я и снова сажусь на пуфик, стараясь скрыть своё волнение.
Он закрывает за собой дверь и прислоняется к ней спиной. Наши взгляды встречаются, и я вижу в его глазах что-то, чего не могу понять — то ли сочувствие, то ли удовлетворение.
— Не похоже, — произносит он тихо. — Я видел, как ты убежала.
— Это не твоё дело, — отвечаю резко, отворачиваясь.
— Может, и не моё, — соглашается он. — Но я не могу не беспокоиться.
Его слова заставляют меня вздрогнуть. Почему он вдруг проявляет заботу? После всего, что было?
— Не стоит, — говорю, стараясь звучать холодно. — Со мной всё в порядке. Просто… не ожидала такого поворота.
Саша отходит от двери и садится на корточки напротив меня. Теперь наши глаза на одном уровне, и я чувствую себя уязвимой под его пристальным взглядом.
— Ты ведь не любишь его, правда? — спрашивает он прямо.
Этот вопрос застаёт меня врасплох. Как он может так легко читать мои мысли? Или он просто знает меня лучше, чем я думала?
— Это не твоё дело, — повторяю я, но мой голос звучит неуверенно.
— Когда-то было моим, — тихо произносит он. — И, кажется, до сих пор остаётся.
В комнате повисает тяжёлое молчание. Я не знаю, что ответить. Все слова кажутся пустыми и бессмысленными.
— Тебе лучше вернуться к гостям, — говорю наконец, стараясь сменить тему. — Аньке не стоит знать о случившемся.
Саша поднимается, но не уходит. Его присутствие давит на меня, но в то же время я чувствую странное облегчение от того, что он здесь.
— Мальчишки тоже приехали? — спрашивает он, словно пытаясь сменить тему.
Я киваю, не решаясь на него посмотреть. Мои пальцы нервно перебирают край платья.
— Они у Ани дома, остались с её… — я запнулась, не зная, как правильно назвать эту женщину — Даже не знаю, как её назвать…
Александр усмехнулся.
— Домработница?
— Точно. Так звучит лучше, чем прислуга.
— Она хорошая, — добавляет он и садится напротив на небольшой диванчик. — Хорошо присматривает за детьми.
— Тебе-то откуда знать? — мой голос звучит с лёгкой насмешкой.
— У Алексея два младших брата и сестра, Антонина за ними присматривала, — спокойно объясняет он, глядя мне прямо в глаза.
Несколько секунд мы молчим. Эта информация заставляет меня задуматься. Я никогда не знала об этой стороне его жизни.
— И что же, она была няней? — спрашиваю, пытаясь скрыть своё любопытство.
— Можно и так сказать. Помогала родителям с детьми, пока те были на работе.
В голове крутятся мысли. Почему он рассказывает мне всё это? Какое мне дело до Антонины и её прошлого?
— Зачем ты мне это рассказываешь? — наконец спрашиваю прямо.
Он медлит с ответом, словно взвешивая свои слова.
— Просто хочу, чтобы ты знала — она не тот человек, которым кажется на первый взгляд. У неё есть свои причины поступать так, как она поступает.
— И какие же? — поднимаю бровь, не скрывая скептицизма.
— Разные, — уклончиво отвечает он. — Но поверь, у каждого из нас есть свои тайны.
Его слова повисают в воздухе, заставляя меня задуматься. Может быть, он прав? Может быть, стоит перестать судить людей по первому впечатлению?
Но что-то внутри меня сопротивляется этой мысли. Слишком много всего произошло, чтобы так просто изменить своё мнение.— Она хорошая, — добавляет он и садится напротив на небольшой диванчик. — Хорошо присматривает за детьми.
— Тебе-то откуда знать? — мой голос звучит с лёгкой насмешкой.
— У Алексея два младших брата и сестра, Антонина за ними присматривала, — спокойно объясняет он, глядя мне прямо в в глаза.
Несколько секунд мы молчим.
— Ты никогда не рассказывал, что у тебя есть друг детства, — замечаю я, внимательно наблюдая за его реакцией.
Он слегка улыбается, но в этой улыбке есть что-то грустное.
— Как-то не дошли до этого, наверное, — пожимает он плечами, отводя взгляд в сторону.
— Да уж, — отвечаю я, чувствуя, как неловкость становится почти осязаемой. Мне