— Знаю. — Даниэль смотрел на точку заворожённо, надевая вторую куртку. — Скажу хоть что-нибудь — и меня нет. — Он поднял взгляд, спокойно добавив: — Угроза уже не так пугает, но делиться я всё равно не рвусь.
— За Даниэля не переживайте, — донёсся голос Орхидеи из-под шляпы. — Я его сторожевой пёс. Прослежу, чтобы он умер, если пикнет про нас хоть словечко.
Пелхан склонил голову набок; его улыбка исчезла, когда Орхидея высунулась наружу и коснулась бедра, где висел заточенный металлический шип.
— Как-то даже спокойнее стало, — сказал он, и Орхидея просияла. Даниэль закатил глаза, явно не понимая, что угрозу пикси можно воспринимать буквально.
— Итак… что это? — спросила Триск.
Пелхан вернул внимание к металлическому кольцу у неё на ладони.
— Трекер. Моя тётка делает такие. Мы используем их в делах о пропавших. Ульбрин велел настроить его на Кэла.
Он слегка повернул кольцо; светящаяся точка на ладони Триск сместилась.
— Он на улицах. Я бы сказал… идёт пешком. — Пелхан отступил, глядя на закрытую дверь и ночь за толстым стеклом. — Постарайтесь только не попасться оборотням. На улицах неспокойно.
— Спасибо, — сказала Триск. Она понимала, что пора уходить, но почему-то не хотела.
Пелхан переступил с ноги на ногу, в неуютной тишине.
— Хотел бы сделать больше. Я бы дал вам пропуск для патрулей, но…
— Но тогда остался бы след, ведущий к вам, — договорил за него Даниэль, выглядывая в окно на тёмную улицу и пустую трёхэтажную парковку позади. — Не переживайте. С оборотнями мы уж как-нибудь разберёмся. — Он задержался на секунду. — Вроде чисто. Готова, Триск?
Она кивнула и по внезапному порыву поднялась на цыпочки, коснувшись губами щеки Пелхана с двухдневной щетиной щеки.
— Спасибо. Я рада, что вы нас нашли.
— Я тоже. Твои советы по работе с вампирами действительно помогли. — Его улыбка поблекла, и он посмотрел на Даниэля. — Прости, что оставил тебя с беженцами, доктор. Но это помогло разнести весть о том, как замедлить распространение. Ты и здесь сделал своё дело. Спасибо.
Даниэль покраснел, и сыпь от пикси стала ещё заметнее.
— Пожалуйста.
Капитан Пелхан кивнул и подвёл их к двери:
— Ты, случайно, стрелять не умеешь?
Даниэль отпустил дверь, та захлопнулась.
— А, ты имеешь в виду… пистолет? — спросил он, распахнув глаза.
Пелхан скривился:
— Понятно, что нет, — сказал он, опуская руку от бедра туда, где висела кобура.
— Я умею, — сказала Триск.
Пелхан дёрнулся от удивления.
— У меня был дополнительный курс по безопасности, — добавила она.
— Тёмная эльфийка, точно, — пробормотал он и, расстегнув кобуру, протянул ей тяжёлый пистолет. — Мне не нужна магия на моих улицах. Поняла? Лучше уж стреляй. — Он запнулся. — В ногу.
Её щёки вспыхнули, когда она вспомнила, что натворила в комнате отдыха. Боже, она чувствовала себя ребёнком. Никакого самоконтроля. И то, как хорошо это ощущалось, было почти постыдно.
— Извини за комнату отдыха, — сказала она. — Но там не было людей. Кроме Даниэля.
— Так они и в Детройте думали, — сказал он, нависая над ней угрожающим силуэтом. — Пообещай мне. Или я тебя прямо сейчас закрою.
Триск нахмурилась, глядя на него снизу вверх.
— Глупо так говорить, когда отдаёшь мне оружие.
Брови Пелхана собрались в ответ. Наконец Триск тихо выдохнула, вспомнив, как его кабинет пах, словно красное дерево; как быстро он сделал поисковый амулет — всего за несколько минут; и что он был начальником единственного работающего полицейского участка на этой стороне Миссисипи.
— Никакой магии, — сказала она. Он удовлетворённо кивнул.
Нехотя принимая необходимость носить оружие, она взвесила его на ладони, проверила предохранитель и сунула в карман куртки. Странное чувство: уйти вооружённой пистолетом, когда можно было бы удержать кого-нибудь мягче — магией. В этом было что-то неправильное.
— Камбри! — донёсся крик Ульбрина из глубины здания, и Триск вздрогнула.
— Шевелись. — Пелхан распахнул дверь. — Рад был познакомиться, доктор Камбри. Приятно знать, что не все эльфы хитрые, лживые ублюдки.
Шевелись? — подумала Триск, но Даниэль уже вытолкнул её в ночь. Она хотела поблагодарить Пелхана ещё раз, но он уже ушёл в глубину участка, видимый только в отражении стекла, когда его фигура скрылась, а приглушённый оклик затих.
— Сюда, — сказал Даниэль, увлекая её в более густую темноту. — К машине я не рискну подбираться — слишком близко к участку. Но на улице, может быть, найдём какую-нибудь.
— Я не умею угонять машины, — сказала Триск.
Он остановился, разворачиваясь к ней, его изумление едва различимо в тусклом уличном свете.
— Я думал, у тебя был курс по безопасности.
Лицо Триск напряглось.
— В тот день, когда проходили, как угонять машины, я болела. Держи сам, — сказала она и вложила ему в ладонь поисковый амулет. — Я не могу одновременно стрелять и ориентироваться.
— Я? — Даниэль едва не пискнул, перебрасывая прохладное металлическое кольцо из руки в руку, будто оно было раскалённым. — Я не умею кол… — Он осёкся и остановился посреди пустой улицы, уставившись на кольцо. — Ничего себе. Оно работает.
— Поздравляю, ты жив, — пропищала Орхидея из-под его шляпы.
Триск улыбнулась и потянула его вперёд.
— Любой с аурой может работать с магией лей линии, если её уже вызвали, — сказала она, когда он споткнулся, взбираясь на бордюр следом за ней. Она не знала, что будет делать после того, как найдёт Кэла, но вариант «пристрелить» внезапно оказался вполне приемлемым. — Куда?
Даниэль шагнул вперёд, остановился, повернулся, потом снова развернулся, не отрывая взгляда от кольца.
— Туда, — сказал он наконец, только теперь поднимая глаза.
Кэл был либо в здании впереди, либо за ним. Поставив на второе, Триск втянула Даниэля в переулок. Здесь было темнее, и шаг замедлился, пока они пробирались через влажную сырость. Сквозь остаточный запах автомобилей и бензина до неё донёсся запах реки. Звуков почти не было; небо затянуло тучами, и привычное свечение города пропало. Неудивительно, что Оборотни только и искали повод выскользнуть в ночь. Ни автобусов, ни машин, ни такси — будто мир опустел.
— Даниэль, — шепнула она, когда они приблизились к концу переулка, где темнота чуть светлела. — Может, не так уж плохо было бы, если бы люди знали о нас.
Он нахмурился, всё ещё глядя на амулет.
— Да, может быть, — рассеянно ответил он.
— Посмотри на себя, — сказала она. — Ты, возможно, первый человек за две тысячи лет, который работает с амулетом. Ты встретил ведьм, оборотней — и держишься нормально. Может, мы вас недооценили.
Даниэль остановился на выходе из переулка, явно не желая выходить наружу, даже несмотря на то, что амулет теперь светился ярко-красным, показывая близость цели.
— Отдельно один человек — нормальный, — сказал он, вглядываясь в