Воспоминания из того дня были яркими и четкими лишь до того момента, как я начала убеждать гостей разойтись по комнатам…
И я почему-то не помнила лица. Только фрагменты, какие-то незначительные черты, вроде часов на синем ремешке у одного из них.
— Ах, да! — вспомнил Шандор. — Ваша тетушка Фелана ведь знала, зачем именно Катрина поехала в город. Она-то была убеждена, что графиню убили. И она так же после похорон подходила к твоему отцу. И советовала обратиться в полицию. Иначе она это сделает сама. Но граф не подал виду, что испугался, и Примула уехала из замка с оказией. Потому что к сожалению, Катрина разбилась за рулем именно ее мотора. По словам дворецкого, она была очень сердита.
— Вы говорили с дядей Маргелом?
— Да. И он очень хорошо помог нам при опознании бандитов после облавы, — продолжил рассказ Шандор. — Так вот. После того случая, после которого ты сбежала. Вспомни-ка. Кто-то из вашего дома к Примуле Фелане приходил?
— Не помню. Хотя, возможно. Я же не все время сидела в комнате. Я… только первые три дня. А потом за нами приехал мотор. И я туда больше не вернулась. До этого года.
— Ящерка, — вздохнул Шандор. — Прости, что спрашиваю. Представить не могу, как ты тогда выбралась…
— Ничего. Я себе говорила — это не страшно. Это глупая история. И я обязательно придумаю чем покрасить волосы. Или вовсе введу новую моду. Тетушка меня поддерживала. Мы… мы шутили над. Над этим. Кроме отца. Про него я не хотела говорить. А она не настаивала. А надо было! Тогда бы мы сейчас знали больше!
— Может быть. А могли и погибнуть, — разорвал вдруг повисшую паузу следователь. А профессор Карт поднялся со своего места, и через минуту вернулся с графином настойки янтарного цвета и несколькими миниатюрными рюмочками.
— Почему Ящерка? — удивился он, возвращаясь за стол. — потому что такая шустрая?
— И это тоже. — Шандор развел руками, но рассказывать правду об особенности моей магии не стал. — Как-то так повелось.
— Но это тоже не конец истории, — Крайн задумчиво повертел в пальцах рюмочку, и со вздохом отставил: служба. — Вы, Верона, оказались правы и во втором вашем утверждении. Да, ваша тетушка Примула действительно умерла от простуды. Но не все так просто. Все дело в том, что дом, в котором она жила в Ключах, принадлежал вашей матушке. Графиня не брала с Примулы плату за аренду, но и услуги гадалки при необходимости получала совершенно бесплатно. Да и вообще они, как я понимаю, успели стать почти подругами. И после гибели Катрины, дом снова вернулся в собственность графу. Граф написал гадалке, чтобы она забирала имущество и выметалась. Примула так и сделала, напоследок напугав, что пойдет в полицию и все расскажет про делишки графа с бутлегерами. Она забрала практически все.
— Да, мы ездили прошлым летом «за вещами». Тетушка говорила, что уже стара, жить на два дома. И что теперь будет работать только в столице. Я видела, что она расстроена и даже потрясена, но она не отвечала на расспросы. И я перестала спрашивать. Какая же я была глупая!..
— Ронка, ты молодец. Дослушай. Это интересно!
— Именно. Ваша тетушка забрала в столицу в том числе и документы, оставленные графиней на случай, если разговор с бутлегерами не заладится. Те самые, о которых упоминала в беседе с графом. Второй раз она приехала, чтобы сообщить, во-первых, что вообще-то дочь его жива, и что у графа есть неплохой шанс ей помочь. А во-вторых, договориться, что она не даст ход бумагам Катрины, если граф поклянется вам помочь. Но граф был несколько не в себе. Обругал Примулу и выгнал. Та была вынуждена идти до Ключей пешком, в сильный дождь. В Ключах она тоже не стала останавливаться, да там уже и не где было. Дом в Ключах для нее уже год как не был доступен. Так, вероятно, она и простудилась. И вернулась домой в столицу уже с больной. Однако на допросе один из сообщников господина Здана, рассказал, что он регулярно под видом клиента приходил к вам в городской дом и подсыпал небольшое количество яда в лекарства. Простуда просто довершила начатое. А делал он это, потому что дальновидная госпожа Фелана не хранила бумаги дома. Люди из картеля несколько раз забирались к вам, искали документы. А Примула убрала их в банковскую ячейку. Здана и его босс об этом понятия не имели. План был — заполучить дом, как только старушка скончается.
— И план удался… — поежилась я.
— И опять же, не совсем! — улыбнулся следователь. — они решились на подлог, который любой юрист выявит, не просыпаясь. Так что, спустя несколько формальностей, вы станете обладательницей небольшого и довольно запущенного особняка в спальном районе. Прямых наследников у Феланы не было, а вы жили с ней, вели общее хозяйство и помогали в последние дни жизни. Думаю, суд легко признает ваши права на это наследство…
— А письма? Те? Мамины? И другие бумаги?!
— Письма могут до сих пор храниться в банке — мы не знаем, нашли их бандиты или нет. Мы даже не знаем, что за банк это мог быть. Возможно, к сожалению, что бандиты их все-таки нашли и сожгли. Дом им был не нужен, но и он требует теперь ремонта. Однако, думаю, трудности вас не пугают. Вот так.
— Не пугают, — повторила я.
Значит, у меня теперь снова есть дом. Свой собственный. Тетушкин. Ох, какая это отличная новость!
Конечно два этажа для меня одной — многовато. Да и зал на первом этаже тетушка Примула использовала только для того, чтобы принимать в нем клиентов…
А вот и решение! Мы можем устроить на первом этаже приемное отделение нашего будущего центра. Это к тому же не так уж и далеко от Суррага. Если по прямой.
— А еще две папки? — спохватилась я. — Это же тоже важно.
— Конечно. — Крайн снова мне улыбнулся. А он может быть даже симпатичным. Когда вот так улыбается: добродушно и лукаво. — Вот эта папка — это ваше приключение в Остоши. С именами, датами, биографиями. А это — все, что касается фигурантов дела о лаборатории в академии Западной Башни…
Глава 27
Скоро свадьба, будет бал!
Я стояла на крылечке салона красоты. День выдался ясный и холодный. Под ногами похрустывал