Томи достал платок и вытер подтёк крови у её губы.
— Прости, что не появился раньше. Спешил как мог. — рассматривал он ссадину на её губах.
Не в силах сдерживать прилив крови к щекам, смущённая Кристина едва слышно дышала.
— Ты... Ты не должен извиняться, — смотрела она в пол. — Если кому и извиняться, так мне... Прости... Я снова принесла тебе неприятности... — она медленно подняла взгляд.
Алые глаза Томи смотрели нежно, заботливо:
— Ты никогда не приносила мне неприятности. Наоборот. Ты — моя удача, Кристина, — он улыбнулся ей беззаботной улыбкой и вынул из кармана брюк мобильник, который трезвонил уже секунд десять.
— Алло.
— Господин! У вас всё в порядке?! Вы обещали позвонить в 22:10! — растерянно тараторила Анастасия. Для неё сегодняшняя боевая тревога была первой, так что девчонка была как на иголках, ещё и Томи не отвечал. Страшно же!
— Так сейчас 22:09, — взглянул Томас на часы.
— И правда... — промямлила секретарша.
— Всё в порядке, Анастасия. Можешь ехать домой и отдыхать. А, чуть не забыл. Пришли человечка или позвони в доставку еды. Юто небось голодный. Нужно накормить.
— Господин, Куросаки ведь не хомяк! Вы к нему так трепетно относитесь, он ведь взрослый мужчина и способен себя прокормить. — удивилась Настя.
— Ты плохо знаешь Юто, — хмыкнул Томи. — Короче, если не покормить его до полуночи, он превратиться в самого настоящего зверя.
— Он правда так опасен?
— Ага, — усмехнулся Томас. — В общем, не дай Юто сойти с ума и сама отдохни, день был трудный.
— Хорошо, господин, доброй вам ночи.
— Доброй ночи.
Томи отключил мобильник. Кристина немного успокоилась от его слов. Она его удача? Звучит как признание какое-то.
— Ты голодна? — спросил он её.
— Нет...
— Да не переживай. С Жауриньо всё в порядке. Глянь, он даже улыбается, — указал Томи глазами на лёгкую улыбку итальянца, он и правда улыбался. Ну или почти улыбался.
Кристина поджала губы и сама едва улыбнулась:
— Прости. Я скоро приду в себя.
— Сейчас отвезём Жауриньо в клинику нашего клана, его там подлатают, завтра ему на работу.
— На работу? Но разве нельзя дать выходной? — захлопала глазами блондинка.
— Он итак сегодня отдыхал, — пожал Томи плечами. — При том глянь как, на всю жизнь запомнит. Так что больше никаких выходных.
Адепт не выдержал и усмехнулся. Вот это юмор у главы... настоящий злодей.
— В общем, не переживай. Кстати, когда ты назвала его братом, думал мне показалось.
— Мой отец и его мать — родные брат и сестра. — пояснила Кристина. — Мы двоюродные.
«Хорошо, что не сводные...» — успокоился Томи, а то в голове пробежала мысль, что у них романчик эдакий.
— Понятно. Значит ты приехала в гости?
— Да. Вернее, не совсем, — поправила себя Кристина. — Приехала посмотреть игры, а после сбежать в Токио, — опустила она взгляд.
— Сбежать? — удивился Томи. — Неужели твоя семейная жизнь настолько ужасна?
— Какая ещё семейная жизнь? — пробубнила блондинка. Теперь уже удивилась она.
Аркадий сделал радио чуть громче. Адепт тоже не отсвечивал, пытаясь раствориться в сиденье.
— Э... Ну, это, — почесал затылок Томи, растерявшись. Не мог же он сказать, что пробивал по ней информацию, а то выйдет, что сталкер. — Мне сказали, что ты замужем и у тебя двое детей...
— Чего... — удивилась Кристина и спохватилась. — А. Ты об Антонио? Господи, даже до тебя добрались эти нелепые слухи, — покрутила головой блондинка, а после взглянула Томасу в глаза. — Он муж сестры. Да и не в моём вкусе. А мой отец после случившегося в Токио, создал столько легенд моего пребывания в Италии, что сам чёрт теперь ногу сломит, решив докопаться до сути.
«Теперь ясно откуда столько дезинформации. А как был раздражён Максим, копаясь в слухах, хе-х. Оказывается глава Бартелли не прост...» — сделал выводы Томи. Но главное: Кристина свободна... не значит ли это шанс для них?
— Ясно. Только непонятно: зачем собралась в Токио? — хладнокровно продолжал Томас допрос.
Кристина отвела взгляд:
— Была причина.
— Повидать школу?
— Нет.
— Джулию?
— Она переехала в Италию.
—Хм. — почесал Томи подбородок. — Осталось не так много вариантов...
— Действительно, — посмотрела она на него.
— Хочешь сказать: меня что ли увидеть?
— Конечно, нет! — смущённо отмахнулась блондинка. — Боги, что ты там надумал в своей голове! — фыркала она красная, как помидор. Ну почему Томи всегда такой прямой! Поизящней нужно! Поизящней с сердечком Кристины!
— И правда. Ты же отправляла письмо, что против наших отношений, — хмыкнул Томи.
— Письмо? — нахмурила брови Кристина. — Я не отправляла никакого письма. Да и куда? Твой дом сгорел.
— Письмо, чтобы я не искал тебя, — насупился Томи.
По лицу Кристине было ясно: ни о каком письме она и не в курсе.
— Может, ты что-то перепутал? После всего что было, Томи... разве могла я отправить тебе просто письмо! — намокли её глаза.
Он сглотнул. В голове пришло понимание: либо это сделала Арису, что очень даже вероятно, либо глава Бартелли. И если Арису он накажет уж точно, то что делать с отцом Кристины?
— Я и сам был не в себе, когда прочитал его, — признался Томи. — Знаешь, как было неприятно? Вернулся в Токио. Тут письмо. Так ты ещё завела семью. — он впервые отвёл взгляд.
Кристина утёрла слезу запястьем. Похоже, не одной ей было непросто. Так кто-то отправил ещё какое-то письмо. Неужели отец? Блондинка поправила полу юбки, как микроавтобус остановился.
— Приехали, господин, — обозначил Аркадий остановку.
Томи взглянул в окно и разблокировал телефон, набрав номер. Через несколько гудков раздался женский голос:
— Господин, слушаю.
— Марина Анатольевна, пришлите санитаров к приёмке. У нас раненый.
— Сию минуту, господин! Требуется ли срочная реанимация?!
— Нет.
— Поняла! Я кладу трубку! — врач тут же позвонила дежурному будучи выходной.
Через двадцать секунд двери приёмки раскрылись, и наружу выскочили группа медиков. Томи с адептом передали Жауриньо в заботливые руки врачей.
— Докладывайте о его самочувствии, —