Не отвечая, я подхожу к своему телефону и беру его в руки.
— Ты сама можешь ввести информацию, если увидишь что-нибудь на экране, — я протягиваю ей свой телефон, и на короткое мгновение её взгляд смягчается, в нём мелькает чувство вины, когда она замечает большую трещину прямо посередине.
Она начинает вводить свои данные.
— После того, как посылка придет, я хочу, чтобы ты удалил это.
— Почему? — спрашиваю я, наблюдая, как она набирает номер мобильного.
Она записывает свой почтовый индекс и передает мне телефон обратно.
— Потому что я тебе не доверяю, и ты мне не нравишься. Ни капельки.
— Но ты всё равно позволила бы мне купить тебе леггинсы? Тебе не кажется, что это немного лицемерно?
Когда она прижимает палец к центру моей обнаженной груди, её взгляд опускается на ножницы и нитку над моим сердцем.
— На случай, если ты не слушал раньше, ты должен мне как минимум две пары за ужин, который ты скинул мне на колени. Другие, чтобы компенсировать то, что ты ведешь себя как придурок.
— Значит, мы квиты? — спрашиваю я.
Дженна кривит губы в усмешке.
— Я готова прекратить нашу вражду, если ты пообещаешь оставить меня в покое и удалить мои данные
Не в силах остановиться, я снова наклоняюсь к ней. Наши губы почти соприкасаются, но они недостаточно близко.
— Договорились, — шепчу я. — Я не храню контактные данные женщин в своём телефоне. Они сами связываются со мной.
Она смотрит с сомнением.
— Кроме твоей мамочки?
Я чувствую запах её ванильных духов, напоминающий мне о том времени, когда она отклонила моё предложение.
Однажды укушенный, дважды осторожен.
— Может, у меня и сохранены данные моей мамы, а может, и нет, — размышляю я. — Не то чтобы это тебя касалось, чертовка. Я не разглашаю подробности о своей семье придуркам.
ГЛАВА 8
ДЖЕННА
Я возлагала большие надежды на эту связь.
Не в плане того, что я буду жить долго и счастливо, потому что, давайте будем честны — это не входит в мои планы. Мои надежды были больше сосредоточены на оргазмах и уверенности этого парня в том, что он может их доставить.
Но вот в чём дело: несмотря на то, что всегда говорила мне моя мама, я не рассматриваю секс как священный акт, который я должна разделить только с единственным особенным человеком в моей жизни. Если бы я прислушалась к её словам, то в двадцать семь лет я бы всё ещё была девственницей, а кому это надо.
И хотя я не ожидаю, что в ночном небе позади нас взорвутся фейерверки, я хотела бы, по крайней мере, зарыться лицом в пуховое одеяло, чтобы никто из соседей не услышал мой пронзительный крик от оргазма. Если рядом со мной нет подходящего мужчины, то остальные могут, по крайней мере, помочь в его отсутствие. Проблема с сексом на одну ночь в том, что он редко бывает захватывающими, в основном неловкими, и чем больше у меня партнеров, тем яснее становится суровая реальность.
Стараясь не разбудить парня, чье имя я не могу вспомнить, хотя прошлой ночью он обещал, что я буду кричать его без остановки, я медленно слезаю с его кровати, хватаю свою сумку и одежду, и сбегаю.
После нашей крупной победы прошлой ночью нам предстоит провести ещё три матча до окончания регулярного чемпионата в ноябре. Победа в сухую у Питтсбурга — ключевой шаг в нашем стремлении поднять щит3 в этом сезоне. Наш клуб никогда не раньше не выигрывал его, и для меня это цель номер один в моей карьере.
Учитывая это и нашу победу со счетом 4:0, я решила остаться выпить с парой моих одиноких товарищей по команде, поскольку у подавляющего большинства команды есть партнеры и семьи, к которым нужно вернуться домой, и отпраздновать свою лучшую игру в сезоне на данный момент.
Когда же ты поймешь, Дженна, что когда дело доходит до их талантов в постели, мужчины — лжецы?
Когда я быстро прохожу через гостиную моего партнера, на ходу натягивая джинсы и толстовку, я мельком вижу своё отражение в смехотворно большом зеркале, которое висит над столиком рядом с входной дверью.
Я выгляжу дерьмово, несмотря на то, что всю ночь была трезва как стеклышко. С волосами, выбившимися из моего вчерашнего конского хвоста, потекшей тушью под одним глазом и пятном прямо в центре моего голубого топа, любое подобие вины за то, что я оставила ещё одного парня просыпаться в одиночестве, вскоре исчезает.
Никто не должен видеть меня такой.
К счастью, мои сапоги стоят прямо у входной двери, а не в спальне, и я натягиваю их и медленно застегиваю.
Отодвигая засов, я осторожно поворачиваю замок и открываю дверь, проверяя, не забыла ли я что-нибудь после себя, когда начинает звонить мой мобильный, и я быстро принимаю вызов Холта, аккуратно закрывая входную дверь.
— Вот это тайминг, — шепчу я.
— Хочу ли я вообще знать, почему ты говоришь так, словно прячешься? — хрипловатый голос моего брата накрывает меня как теплое одеяло.
Я не могу сказать, что детство у меня было одинокое, но скажу — бывают родители получше. Те, кто не отдают предпочтение одному ребенку другому. Те, кто не жертвует потребностями своего ребенка ради собственных нужд. Те, кто не ведут себя так, словно всё ещё живут в 1920-х годах.
К сожалению для меня, я не была любимчиком своих родителей. Этой чести был удостоен мой тридцатилетний брат. Помимо моих девочек, он самый лучший друг, который у меня когда-либо был, и также мой герой.
Когда мне было двенадцать и папа бросил мою маму, растворившись в закате с женщиной помоложе, Холт взял на себя заботу обо мне, поскольку мама совсем потеряла голову, ежедневно находя утешение в местных казино.
Холту только исполнилось восемнадцать, и он устроился работать в местный ресторан официантом, совмещая работу с тренировками и играми по регби. Он отказался от стипендии мечты в престижном университете в Англии и вместо этого поступил в местный университет, расположенный не более чем в часе езды от дома. И всё потому, что он не мог бросить свою младшую сестру.
Он возил меня на тренировки по футболу и помогал маме оплатить мою экипировку. Он избивал хулиганов, которые издевались надо мной в старших классах, потому что